Магия костей
Шрифт:
– Да, – подтвердил я, недоуменно пожимая плечами. – Но я и не высовывался...
– Вот, читай, – десятник выгрузил из поясного мешка на стол Учителя груду мятых конвертов и свитков. – Не высовывался он!
Я с любопытством открыл верхнее письмо и обомлел.
«Уважаемый дисятник.
Настаятельно требую обратить особое внимание на подзрительное поведение некоеого Аль-Тарука, живущего в «Доме в камышах». Ище того типа что как учитель у него. Мальчик болтается без дела везде и втирается в доверие к почтеным горожанам.
Заявляю что именно они являются той преступнай шайкай которая совершает дерзки ограбления добропорядочных граждан империи. Допрасите их немедленно.
Ло Лита, бедная вдовица преученейшего Гуаньберта Гуаньберта».
М-да... вдовушку муженек так изящной словесности и не обучил. Дичайшая смесь протокольных формул, просторечия и орфографических ошибок... Чем же он занимался с ней, столько лет проживая вместе? Я продолжил просмотр материала. Свитки и листы бумаги шелестели под моими пальцами: «воровской притон»... «живут не по средствам»... «сует свой нос»... – а внизу значились знакомые имена милых соседей и завсегдатаев моего любимого кабачка. Правда, некоторые коряво подписали свои опусы «доброжелатель», но я уже не удивился бы, если б узнал, что это был Умин или сам господин Дзиннагон.
– Я не дал ходу их доносам на вас, как и на остальных подозрительных им фигурантов. Я вижу перед собой не злодея, а любопытного ребенка. И ты слишком хорошо думаешь о людях, – суровый десятник сочувствующе покивал моей склоненной от стыда голове и алеющим щекам. – Но не думай о них хуже, чем они есть. Им страшно. А ты – чужак. И ты не вписываешься в их размеренную, привычную жизнь.
– Мы не вписываемся, – Учитель Доо еле сдерживал смех. – «Не вызываем доверительности».
– Я все сказал, что хотел. Не показывайте вида, что вам известно о жалобах. Будьте осторожны оба, мне не нужны неприятности еще и с вами. И так хлопот полон рот.
– Не буду задерживать многоуважаемого десятника, – Учитель вышел лично проводить визитера. – Желаю Вам успехов в Вашей нелегкой службе. Думаю, Аль-Тарук все понял и будет вести себя более осмотрительно.
– Главное, чтобы вел себя менее доверчиво, – проворчал Айсин Гёро. – Сами видите, кто тут живет...
– Люди, – понимающе кивнул Учитель. – Просто люди.
Вечером в кабачке Умина гончар Иизакки напился вдрызг. Жалобу на стражу в Управе не приняли, в компенсации за разрушенный сад отказали, жена в очередной раз закатила скандал, обвинив в шашнях с соседкой...
– Что у Вас искали стражники? – спросил я у него, на свою голову.
– Вора искали, понятно, – ответил вместо гончара ткач Веньян. Мы втроем сидели за столиком. – Обычная практика наших вояк – осмотр окрестностей. Но перестарались... сильно перестарались. Да и разве вор дурак, чтобы прятаться поблизости?
– А может, и не дурак... вот ты, например, как оказался возле моего дома? – гончар сверлил меня пьяным
Я, памятуя прочитанные доносы, испугался, что доведенный до ручки, да еще и нетрезвый, он начнет принародно обвинять меня в кражах, и примирительно улыбнулся:
– Просто мимо шел. Услышал крики, прибежал на помощь.
– В такую рань мимо шел? С чего бы это? – Иизакки не хотел отступать, с тупым упорством нагнетая обстановку.
– Я всегда рано встаю, – холодно ответил я. – Такая у меня привычка.
– Ты бездельник, богатенький сукин сын, – палец, который наставил на меня гончар, ходил ходуном, но он распалял себя все больше и больше. – Вы всегда спите до полудня. Жируете. Прожигаете жизнь. Мне-то на работу рано... а тут сад рушат, заборы ломают. Мне детей кормить! А ты мимо, значит, проходил...
– Так, стоп! – рука сама хлопнула ладонью по столу. – Не говори того, о чем пожалеешь завтра, Иизакки.
Ткач Веньян в процессе повышения градуса нашей беседы мудро успел сбежать, а в сад вошел Умин с видом, способным охладить самую горячую голову.
– Я ни о чем не пожалею, щенок, – прошипел Иизакки, швырнул на стол плату за вино и, покачиваясь, направился к выходу.
Я еще какое-то время допивал свой чай и размышлял о том, какие данные для анализа предоставило мне участие в утреннем происшествии... Злоумышленник почему-то нарушил собственные привычки и ограбил вдовушку когда солнце уже взошло: я почти столкнулся с вором. Причина в том, что Ло Лита не держит сторожевых псов? Наличие комнатной собачки он, очевидно, не учел, но она смогла его учуять и поднять тревогу. Я уверен, что неведомый злоумышленник – тот самый невидимка, что сбил меня с ног на ночной дороге. Это можно считать доказанным фактом, я дважды встречался с ним. Жаль, не успел сшить мешочек для амулета, который сотворила для меня Дэйю... Глупость и безответственность, с моей стороны! Да еще и этот гончар...
– Пьяный ищет не там, где потерял, а там, где светлее, – на мое плечо легла тяжелая ладонь Умина. – Не придавай значения придиркам. Не имея возможности добиться справедливости у властей, Иизакки обвиняет в своих несчастьях того, кто оказался рядом. Сейчас ему подвернулся ты. Я не завидую бедняжке Ло Лите, она следующая, кто станет во всем виноват: ведь именно из-за того, что воры ограбили ее дом, стражи вытоптали сад у соседа.
Я поежился, вспомнив решительную жену гончара. Такие дамы обычно ничего никому не прощают. Они способны на месть и по менее значительному поводу. Впрочем, так Ло Лите и надо, она ничуть не лучше остальных мерзких доносчиков.
Несмотря на требование десятника Гёро держаться подальше от Управы, мне все же пришлось ее посетить. На следующий день, ближе к обеду, прибежал курьер и передал приглашение от секретаря начальника Дзиннагона заглянуть в любое удобное для нас с Учителем время. Учитель Доо было нахмурился, но решил продемонстрировать лояльность к распоряжениям официальной власти, и через пару часов мы миновали пост стражи на входе. Секретарь вышел нам навстречу, почтительно поклонился и провел в свой кабинет, чем несколько сгладил не совсем уважительную форму вызова: