Магия грез

Монинг Карен Мари

Сейчас я была неподвластна чарам Фейри, способных убивать сексом. Могла преодолевать барьеры. Эти силы я могла получить только при условии, что окажусь в ситуации, выход из которой — умереть или стать сильнее. Испытательный полигон: умри или эволюционируй.

Отвратительная тема для размышлений.

— А может, четвертым был ты, В'лейн? Откуда мне знать, что это не так?

Я замерзла. Стоило мне вздрогнуть, и вниз посыпались десятки иголочек инея.

— Я был с моей Королевой.

— Это ты так говоришь.

— Я никогда не причинил бы тебе вреда.

— Ты

постоянно манипулировал мной при помощи своих сексуальных штучек.

— Лишь до тех пор, пока это было приятно.

— Приятно кому?

Его лицо напряглось.

— Ты не понимаешь моей расы. Видимые и Невидимые терпеть не могут друг друга. Мы не поддерживаем никаких отношений. Даже сейчас мы сражаемся, как сражались много тысяч лет тому назад.

— Это ты так говоришь.

— Как я могу успокоить тебя, МакКайла?

— Никак. — Я никому не могла доверять. Не могла полагаться ни на кого, кроме себя. — Я не знаю, кто был четвертым в тот день, но я это выясню. И когда я это сделаю… — Я потянулась к оружию и улыбнулась. Прикосновение меня успокоило. Человеческим оружием или оружием Фейри, но я отомщу.

— О да, ты изменилась. — В'лейн сузил глаза, внимательно рассматривая меня. — Возможно ли это? — пробормотал он.

— Что? — Я требовала ответа. Мне не нравилось, как он на меня смотрит. Восхищение в глазах Фейри не сулит ничего хорошего.

— Увидь меня. Я верю, что ты можешь.

Мне показалось или в его голосе действительно звучало невольное уважение?

Он замерцал, и внезапно мы оказались где-то в ином месте.

В то утро, в церкви, я видела нечто подобное, когда три принца Невидимых обступили меня, постоянно меняя форму. Мой мозг был не способен это воспринимать, и я решила, что именно так выглядят создания, существующие одновременно в большем количестве измерений, чем способен воспринять человек.

Однако, в отличие от Темных принцев, В'лейн не продолжил переходить от формы к форме. Он принял постоянный вид. По крайней мере, я считала этот вид постоянным. Он не менялся. Покой и изменение — вот как Фейри определяют все, что угодно. К примеру, если человек умирает — или, как они выражаются, «перестает существовать», — Фейри не чувствуют горечи утраты, а всего лишь отмечают «изменение». Они холодные ублюдки.

Мои глаза могли видеть В'лейна, но мозг не мог подобрать ему определение. Люди придумали слова только для тех вещей, которые нужно было как-то назвать, а ничего подобного раньше людям не встречалось. Энергия, существующая одновременно во множестве измерений? Я ничего в этом не понимала, у меня остались только школьные знания о пространстве, времени и материи. Мой мозг старался осознать то, что перед моими глазами… расширялось… почти рвалось на части, и пытался согласовать увиденное хоть с чем-то знакомым, что можно было бы понять. Я не могла найти никакого сравнения, и чем дольше я искала без малейшего результата, тем больше меня охватывало безумие. Это был замкнутый круг, который все сильнее увеличивался. «Прекрати сопротивляться, — сказала я себе, — перестань

искать определения и просто смотри».

Напряжение спало. Я смотрела.

— Ты восприняла меня в моей истинной форме. Смертные не могут сделать это и не лишиться рассудка. Их сознание разбивается на части. Прекрасно, МакКайла. Стоило ли оно того? Разве ты не повторила бы все ради этого?

К горлу подкатила тошнота. Это стоит части моей души? Вот как он думает? Считает, что, если бы у меня был выбор, я бы прошлачерез все то, что произошло со мной на Самайн? Что я бы выбрала падение Дублина, разрушение стен, освобождение Невидимых, изнасилование и превращение в животное, которое спасла сначала Дэни, а потом Бэрронс?

— Я бы никогда этого не выбрала! — Ведь не только я пострадала. Сколько людей погибло в ту ночь и после?

В'лейн вернулся в человеческое обличье.

— Неужели? Ради такой силы? Ты неподвластна моему влиянию — влиянию принца Фейри. Ты непроницаема для сексуальных чар. Ты можешь смотреть на мою истинную форму, и твой разум не рассыпается на части. Ты умеешь преодолевать барьеры. Хотел бы я знать, на что еще ты стала способна. В какое существо ты превратилась.

— Я не существо. Я человек и горжусь этим.

— Ах, МакКайла, только дурак мог бы назвать тебя сейчас человеком. — В'лейн исчез, но его голос остался. — Твое копье в аббатстве… принцесса. — Смех затанцевал в воздухе.

— Я не принцесса, — огрызнулась я, затем нахмурилась. — И откуда тызнаешь, где мое копье?

— Бэрронс приближается.

Слова почти слились с прохладным утренним ветром. Внезапно порыв теплого воздуха, странно контрастирующий с морозным утром, забрался мне под рубашку и коснулся груди.

Я резко запахнула плащ и застегнула его.

— Держись подальше от моей одежды даже в виде теплого воздуха, В'лейн.

Снова смех.

— Если ты не хочешь увидеть того, кто использовал тебя в моменты твоей слабости, а может, и сам стал ее причиной, отправляйся на юго-восток, МакКайла, и как можно скорее.

Стоп-кадр из событий прошлой ночи мелькнул у меня в мозгу: я обнаженная, лицо Бэрронса между моих ног.

Я пошла.

Определенные даты застряли у меня в голове. Они были словно шрамы, от которых не избавиться.

5 июля:день, когда Алина звонила мне на мобильный и оставила безумное сообщение, которое я прослушала только пару недель спустя. Ее убили через несколько часов после этого звонка.

4 августа:день, когда я впервые вошла в Темную Зону и в итоге оказалась на крыльце «Книг и сувениров Бэрронса».

22 августа:ночь, когда произошло мое первое столкновение с «Синсар Дабх», из-за которого чуть не взорвалась моя голова.

3 октября:день, когда я попробовала мясо Невидимого, чтобы выжить, и узнала, что такое отравляющий эффект темной силы Фейри.