Магистр
Шрифт:
– Значит, сдаваться по-хорошему вы не желаете? – громко спросил я, сжимая в руке заветный ларчик. Яй от удивления даже не нашел что ответить на мою реплику. – Как хотите, больше уговаривать не буду. Считаю до трех. Кто не бросит оружия, мы не виноваты.
На счет «три» ларчик ударился о землю, и тотчас раздался грохот от падения не только оружия. Такого быстродействия я не ожидал (спасибо Соньке): пикообразная скала вмиг очистилась от заполнившей ее нечисти, а в вертикальном положении осталось только восемь человек, затаивших дыхание.
Когда, по моим расчетам, прошло полминуты,
– Мы же вас предупреждали.
– Чистая победа! – восхищенно заметил Виркус. – Что я говорил? Воевать на его стороне одно удовольствие: не успели прийти, как все в лежку.
– И надолго это мероприятие? – указал на «отдыхающих» подошедший князь.
– Через час начнут просыпаться.
Гарпина только хмыкнула, поскольку имела собственное мнение, поделиться которым не сочла нужным.
– Ну ты здесь и намусорил! Кто ж так работает? – укоризненно посмотрела ведунья в мою сторону. – Глянь на скалу. К ней же, окромя как на метле, более ни на чем не доберешься.
Старушка что-то прошептала, и мы стали свидетелями небольшого смерча, который в считанные секунды вобрал в себя всю нечисть и вместе с ней удалился прочь. Теперь немногие из «отдыхающих» под воздействием Сонькиного подарка имеют шанс проснуться, зато какая чистота! Шнырик незамедлительно решил воспользоваться открывшимися возможностями и, соскочив с головы Эльруина, направился прямо к камню.
– Я ничего не пропустил? – раздался громкий голос откуда-то сверху, и лавина боли накрыла мою шею.
Болевой удар был такой силы, что я вряд ли устоял бы на ногах, если бы не онемение всего тела, которое превратило меня в статую, как, впрочем, и всех наших. Боковым зрением отметил неподвижных Гарпину, Эльруина и Виркуса. Значит, про остальных и говорить нечего. От навалившейся опасности не спасли ни магические способности, ни защитные амулеты. Прямо как при встрече с грюнзами. Но мы же не в Тангоре…
С большим трудом удалось поднять глаза. На вершине скалы стоял мускулистый человек с вытянутым лицом. Кого еще притащило по наши души? Скалолаз не стал спускаться по крутой каменистой поверхности традиционным способом, предпочтя более быстрые методы передвижения. Он просто спрыгнул с десятиметровой высоты. Возле самой поверхности земли прыгун чуть замедлил свое падение, обеспечивая мягкую посадку. «И почему бы сейчас каменной глыбе не привалить этого качка с козлиной мордой?» – подумал я, глядя на приближающегося.
Узкое вытянутое лицо, заканчивающееся клиновидной бородкой, может, и подошло бы Дон Кихоту из романа Сервантеса, но никак не этому типу с гипертрофированной мускулатурой. Форма одежды тоже вызывала много вопросов. «Интересно, он специально ходит в плавках и цилиндре? Чтобы прикрыть единственные неразвитые части тела?» – вертелось у меня на языке, но сам орган речи не мог даже пошевелиться.
– Ха! И это называется – гроза Долины? От обычного крукса вреда больше. Тьфу! – плюнул в мою сторону незнакомец и снисходительно бросил: – Говори, разрешаю.
Лицо обрело подвижность.
– Я с какими-то неизвестными личностями не разговариваю, – надеясь на чрезмерное самомнение узколобого, произнес я.
– Ха, много ты знаешь
Вот оно что! К нам заявился самый страшный ужас Тангора.
– Не тот ли это Люциферг, которого позорно вышвырнули из дома за плохое поведение? – Мне бы только спровоцировать это зазнавшееся чудовище на какую-нибудь глупость. Должно же быть у него слабое место. Скучно и некомфортно ощущать себя каменным изваянием.
– Ха, вышвырнули! Нелепая случайность, с кем не бывает? Зато какой сюрприз я им теперь приготовил! Всех демонов обращу в цифергов и заставлю охотиться на дронгосов. Людишек сделаю синими, растительность – оранжевой, воду – черной. Люблю контрастные краски.
– Не боишься конкуренции? От циферга до люциферга – один шаг. А две такие сволочи в одном мире не уживутся.
– Ха! – Своим «хаканьем» он начинал действовать на нервы. – Мне бояться? Я же не паршивый дронгос, который брезгует замарать руки. Люциферг после обращения целый год слаб, как ребенок, по себе знаю. Так что живых конкурентов у меня не будет, пока я сам не захочу.
– Если ты такой умный, что ж нанялся сторожевой собакой? Видать, на большее уже не тянешь?
– Ха, куда больше? Ты вон стоишь, дернуться не в силах, языком ворочаешь, и то по моей прихоти. А тот, кто меня любезно пригласил, вздрагивает при одном упоминании имени Магистра Солнечного Света.
Логика у него железная и с самомнением все в порядке. На мои попытки его разозлить – внимание, как на писк комара.
– Просто у меня сильный удар правой. Вот Черный призрак и не желает со мной встречи. Ты-то сам, кроме чародейства, хоть что-то из себя представляешь? Или мускулы – лишь иллюзия? Наивных девушек соблазнять. – Я был готов нести любую чушь уже просто из спортивного интереса. Неужели не удастся подобрать ключ к этому типу?
– Ха, зачем мне девушки? А силой мериться – так и подавно. В моих планах этого нет, а значит – бессмысленное занятие, – ответил сторож камня с откровенным недоумением в голосе.
– Скучный ты мужик, Люциферг. Все-то у тебя продумано, распланировано, по полочкам разложено. Может, тебя кто-то под контролем держит? Составил там наверху указания и забросил в твою тупую башку – исполняй. И чтобы без самодеятельности!
– Ха, – в излюбленной манере начал кошмар Тангора, но с продолжением задержался. Неужели мне удалось чем-то зацепить этого самоуверенного типа? – Нет, людишек сделаю желтыми, белыми и черными. И пусть ненавидят друг друга вусмерть. Вот будет потеха!
Непробиваемый. Как такого разозлишь? А делать что-то надо. Его полет мысли может снова остановиться, и он вспомнит, зачем здесь находится. И все же моя болтовня дала какой-то результат: культурист в цилиндре завелся сам на себя. Речевой поток полился самостоятельно, оставив мне роль пассивного слушателя.
«Может, подсобить, хозяин? У тебя еще четыре прухи в запасе имеется», – проявился в голове голос Валерика.
«Так, пошли галлюцинации – этот здесь никак не мог оказаться», – подумал я, спокойно взирая на разглагольствующего атлета, перекрашивающего вслух весь мир Тангора.