Магический Индекс
Шрифт:
– Да, это истинная сущность оккультизма. Везение - это просто наши мечты о таких неизвестных правилах. Хотя реальность - это всего лишь жалкое совпадение, наши души ошибочно принимают её за какую-то великую неизбежность. Вот это и есть оккультизм.
На мгновение Индекс нахмурилась как недовольная кошка, но затем сказала: - Так значит, ты не просто отрицаешь ее, не раздумывая?
– Верно. И именно потому, что я так серьезно думал об этом, я могу сказать, почему эти затхлые старые истории ни на что не годны. Я не могу поверить
Он чувствовал, что люди смотрели на экстрасенсорные способности как на странность лишь потому, что ничего о них не знали. Тот факт, что эти способности можно объяснить с точки зрения науки, был общеизвестен в этом городе.
– ... Но магия существует, - сказала Индекс, надув губы.
Скорее всего, магия была чем-то вроде опоры для её души, подобно Разрушителю Иллюзий Камидзё.
– Ну, неважно. Так почему они гнались за тобой?
– Магия существует.
– ...
– Магия существует!
Похоже, что она упрямо хотела, чтобы он признал это.
– Т-тогда что такое магия? Можешь ли ты метать огонь из рук, не пройдя нашу программу развития способностей? Если да, то я хотел бы посмотреть. Может быть, тогда я тебе поверю.
– У меня нет магических способностей, так что я не могу этого сделать.
– ...
Камидзё почувствовал себя так, словно стал свидетелем неудачи эспера, сказавшего, что не может согнуть ложку перед телекамерой потому что камера отвлекает его.
В то же время его душу наполнило довольно сложное чувство.
Он настаивал, что оккультного не существует, и что магия была нелепой, но на самом деле он ничего не знал о силе Разрушителя Иллюзий, находившейся в его правой руке. Как она работала, и что оставалось скрытым от его взгляда? Академгород находился на мировой вершине развития способностей, но даже его системные сканеры не смогли проанализировать эту способность. В результате ему присвоили нулевой уровень.
К тому же, эта способность не появилась в результате развития способностей по научно составленному графику. Она существовала в его руке с рождения.
Он настаивал, что оккультного не существует, и всё же он сам был частью сверхъестественного, игнорировавшего правила.
Так или иначе, он отказался принять нелепые доводы о том, что магия могла существовать просто потому, что в мире существовали странные явления.
– ... Магия существует.
Камидзё вздохнул.
– Отлично. Давай допустим, спора ради, что магия существует.
– "Спора ради"?
– Если она существует, - продолжал Камидзё, не обращая на неё внимания, - то почему они гонятся за тобой? Это имеет какое-то отношение к тому, как ты одета?
Камидзё говорил о довольно странном
– ... Потому что я Индекс.
– Ха?
– Наверное, они гонятся за ста тремя тысячами гримуаров, которые у меня есть.
...
...
...
– ... И снова я ничего не понимаю.
– Почему ты выглядишь утратившим интерес каждый раз, когда я что-нибудь объясняю? Ты что, такой переменчивый человек?
– Э, давай вернемся к этому. Я не уверен, что такое упомянутые гримуары, но я представляю себе, что это книга, вроде словаря.
– Да. Книга Эйбон, Лемегетон, Unaussprechlichen Kulten, Cultes des Goules, и Книга Мертвых хорошие тому примеры. Некрономикон настолько знаменит, что есть множество имитаций и подделок, так что он не очень надежен.
– Нет, меня не особо волнует их содержание.
Он хотел добавить: "потому что в любом случае все они просто куча ерунды", но придержал язык.
– Вместо этого он спросил: - Так где же эти сто тысяч книг?
Он не собирался отступать от этого вопроса, ста тысяч книг хватило бы, чтобы заполнить целую библиотеку.
– Ты имеешь в виду, что имеешь ключ к тому месту, где они хранятся?
– Нет, - Индекс покачала головой.
– Все эти сто три тысячи гримуаров до единого со мной.
– Ха?
– нахмурился Камидзё.
– Ты же не хочешь сказать, что это книги, которые не могут видеть дураки, правда?
– Ты бы не смог увидеть их, даже если бы не был дураком. Не было бы смысла, если бы кто угодно мог их видеть.
Слова Индекс были настолько оторваны от реальности, что Камидзё показалось, что над ним смеются. Он оглянулся по сторонам, но не увидел ни единой заплесневелой старой книги, которая могла бы быть гримуаром. Всё, что он увидел - разбросанные по полу журналы об играх, манга и домашнее задание на лето, которое он забросил в угол.
– ... Вааа.
До сих пор он заставлял себя выслушать всё это, но теперь он был на пределе.
Он начал размышлять, не вообразила ли она себе, что за ней гонятся. Если она прыгнула с крыши восьмого этажа, соскользнула, и уцепилась за его балкон только из-за иллюзии, она была не тем человеком, с которым он хотел бы иметь дело хоть минутой дольше.
– Верить в экстрасенсорные способности, но не в магию, бессмысленно, - сказала Индекс, надувшись.
– Эти экстрасенсорные способности что, и правда настолько замечательные? Это неправильно - смеяться над людьми только потому, что у тебя есть какие-то особые способности.
...
– Ну, ладно, - Камидзё слегка вздохнул.
– Я согласен. Это неправильно. Неправильно думать, что ты выше других лишь потому, что ты можешь исполнить небольшой трюк.
Взгляд Камидзё остановился на его правой руке.