Маг моего сердца
Шрифт:
Экзамен сдан.
Все так и случилось. Дипломы Ральф вручал нам в индийской деревне, освещаемой светом костров
— которые попросили зажечь Джона, убрав предварительно тропический ливень. Правда, одежду
Ральф, смилостивившись, разрешил оставить свою, так что мне удалось все-таки поразить
Даймонда коктейльным платьем.
В самой большой хижине, которую сляпали мы с Этель, уже ждало угощение: не только плоды тропических деревьев, но и лепешки.
— Хорошо,
— И плохо, что не посадили чай, — заметил Ральф.
Мы с Этель с досадой взглянули друг на друга: про чай никто из нас даже не вспомнил.
Но зато, мы пили сок тропических фруктов, что на выпускном вечере куда как интереснее.
— А алкоголь креадорам не положен? — осторожно поинтересовался положительный Джон.
— А это опять же вопрос к вашим коллегам, — отмахнулся Ральф.
И все грозно посмотрели на нас с Этель.
Ну кто ж знал, что надо было еще и производство строить!
Даймонд сидел со мной рядом и все шептал, что чуть погодя, когда все будут отмечать Самхайн плясками у костра, обязательно затащит меня в дальнюю хижину. Для этого ему индийский ром вовсе не нужен.
Но вышло иначе.
Сначала Ральф выгнал всех нас на улицу, поэтому танцевать у костра пришлось. Профессора были тут же, каждый из них играл на каком-то национальном инструменте, создавая подобие музыки. В
общем, было даже весело.
А потом — с помощью профессора Реванто Ральф расположил костры в две линии, образовав между ними коридор. По нему должны были пройти все по очереди, как положено на Самхайн.
Мы выстроились цепочкой, костры запылали ярче. Индийские инструменты смолкли. Воцарилась тишина. И в наступившем безмолвии Ральф произнес:
— Коллеги, прежде чем вы пройдете между костров — у нас с вами остается последнее дело.
Помните, я говорил о жребии, который определит контролера?
Я затаила дыхание: думаю, то же сделали все.
— Сегодня один из вас его вытянул.
Как? Когда?!
Поднялся гвалт. Нашему возмущению не было предела.
— Кто этот счастливчик? — кричал Рихард, единственный, кто радовался. Видимо, это не он? Он же не хотел.
— Почему нам ничего не сказали? — крикнула я.
Даймонд поддержал меня.
Этель с Джоном тоже возмущались.
И тут — все разом замолкли и воззрились на Ральфа.
— Вы думаете — это я, коллеги? Нет. Вы ошибаетесь. У куратора немного другая стезя. Это один из вас. Тот, кто сегодня на экзамене вытянул билет. Пусть контролер выйдет вперед.
Я с нетерпением ждала — но никто не двинулся с места. Ага, боится, совесть заела? Да кто же это?
И тут я вспомнила! Единственный, чьего задания я не слышала — да и никто не слышал — это Джон!
Так вот,
— Мне кажется, Ральф, креадоры вас не поняли, — мягко сказал профессор Соулс.
Ральф шумно вздохнул.
— Я думал, мы с вами научились понимать друг друга с полуслова, коллеги. Но раз нет… Пусть
выйдет вперед тот, кому сегодня пришлось дважды тянуть билет!
Джон, стоящий с самого края, резко обернулся… и уставился на меня!
И тут до меня стало доходить.
Я отпустила руку Даймонда, которую до сих пор сжимала.
И сделала шаг вперед.
— Мне достался вопрос из арсенала контролера, — сказала я, ни на кого не глядя.
— Бренна! — ахнула Этель.
— Как ты могла! — кривляясь, завопил Рихард — видимо, считал, что разряжает обстановку.
— Почему ты молчала? — резко спросил Даймонд.
— Подождите, ребята, — вдруг раздался голос Джона. — Я же был там — я последний в списке. Бренна тянула билет при мне. Она и сама не поняла, что это жребий — да и я не понял. Правда же, Бренна?
— Совершенно верно, коллеги! — выступил вперед профессор Винтер. — Вытянувший жребий не должен был знать о том, что вытянул. Бренна думала, что ей просто достался неправильный билет: с вопросом о работе контролера — который ей разрешили перевыбрать. Это было сделано для того, чтобы не отвлекать вас от основного экзаменационного задания.
— А если бы этот билет не вытянул никто? — волнуясь, спросила я.
— Тогда бы вы сейчас просто тянули короткую спичку, — вздохнул Ральф. — Но это было бы слишком нервозно.
И снова я ему не поверила. Чего-то он не договаривает.
— Ну раз так… то все честно, — констатировала Этель. — Поздравляю, Бренна!
Она улыбнулась и шепнула мне в ухо:
— Ну вот видишь! У тебя получилось. Удачи!
Рихард с Джоном тоже поздравили. Профессора жали руку, хлопали по плечу… А я стояла, как оглушенная.
Я — контролер.
Я.
Теперь я смогу видеть Даймонда! Хотя бы изредка.
Наконец, я взглянула на него, боясь увидеть злость, обиду, досаду… Даже ненависть.
Но он раскрыл объятья. И я бросилась в них.
— А теперь — вперед, креадоры!
Мы снова построились и двинулись по проходу между костров, все еще обсуждая мое назначение.
Сзади шел Даймонд, который дразнил меня цербершей, а впереди — Джон, который то и дело оборачивался и смеялся. Ральф и профессор Реванто стояли по одну сторону костров, а Винтер и
Соулс — по другую.
— Тебе-то что выпало в билете, — пнула я в бок радостного Джона.
Видимо в глубине души не так уж он и хотел быть контролером. А может — я плохо думаю о людях, и он просто радовался за нас с Даймондом?