Мафия пишет оперу
Шрифт:
За стеной послышался смех, который пресек чей-то командный голос. «Веселятся. Ликуют. Подождите, рано веселитесь, враги…» – не выходя из образа, подумал Антоша. И решительно добавил к реплике Пленника:
Меня не сломить вам,Тираны, убийцы!Секрет я не выдам!Чего зря трудиться?В этот момент дверь открылась, в нее заглянули Жека и Маша. Но Антоша бросил на них взгляд, исполненный такой гордой непреклонности, что мучители смущенно
МУЧИТЕЛЬ:
Мы будем пытать тебяДолго и часто.Антоша вздохнул, посмотрел на свои пальцы, перемазанные пастой от шариковой ручки, представил, как смотрелись бы на них следы тяжелых пыток, вздохнул и накорябал на листе:
ПЛЕННИК:
Давайте, пытайте!МУЧИТЕЛЬ:
Скажи нам —И баста!Антон даже фыркнул, недоумевая – какой же настоящий Скорбный Пленник возьмет и расскажет мучителям тайну? Хоть с пытками, хоть с фруктами? А поступит он вот как:
ПЛЕННИК:
Какая вам баста,Когда я в плену?И тайну своюНе скажу никому!Антон Мыльченко нарисовал огромный восклицательный знак. Бамс! – от души намалевал жирную точку.
– Эй, Мыльченко, а ты спать не хочешь? – в этот момент вновь появился Жека. – Первый час ночи. Мы тебя проводим умыться, кровать постелим… Иди давай, а то перетрудишься…
Гордо подняв голову, пленник покорно собрал бумажки в кучу, сложил их в стопочку. И когда появились конвоиры, сопровождающие его даже в передвижениях по квартире, поплелся в ванную.
…Когда в комнате уже был погашен свет, а охранники Толик и Жека расположились на ночевку на диване и раскладушке, предоставив Антону мягкую удобную кровать, плененный поэт выскочил из-под своего одеяла, подбежал к столу. Вытащив чистый лист бумаги, Антоша оглядел свое темное узилище, головы встрепенувшихся конвоиров, которые пристально наблюдали за ним, и дописал:
МУЧИТЕЛИ
(все вместе):
Мучайте, мучайте,Мучайте его!А то он нам, и правда,Не скажет ничего!«И это действительно правда!» – решительно подумал Антоша, вновь забираясь под теплое одеяло. Вскоре он заснул. И ему снились суровые пытки и страшные мучения, из которых он выходил достойным победителем.
Глава VIII
Белая
Ровно в одиннадцать утра следующего дня мафия встретилась возле универмага на улице Хороводной. Брат Федя Горобец тоже сбежал с уроков – ведь честь мафии превыше всего! Рассредоточившись, пятеро братьев Белой Руки подкрались к месту, где стояла телефонная будка, возле которой Федя видел вчера пленного Антона, и заняли наблюдательные посты.
Прошел час. Никого знакомого в окрестностях не появлялось. Ждать можно было до бесконечности. Но ничего другого не оставалось…
Арина Балованцева пряталась на троллейбусной остановке и, не отрывая взгляда, гипнотизировала телефонную будку. Кто только в эту будку не забирался позвонить! Но все какие-то неизвестные люди.
Совершенно случайно предводитель мафии бросила взгляд на подъехавший к остановке троллейбус. Несколько знакомых Арине лиц мелькнуло в толпе высаживающихся из него. Самая настоящая интуиция, иначе Арина это объяснить никак не могла, заставила ее спрятаться за спину толстого дяденьки. Незаметно выглядывая, Арина присмотрелась повнимательнее и узнала Толика, Машу и еще нескольких ребят из своей школы. Что их могло занести сюда?
Троллейбус умчался, а объекты Арининого наблюдения сбились в кучку и собрались переходить дорогу. В руках Толика Арина заметила большой пакет, из которого высовывалось что-то вроде черной атласной мантии с красной подкладкой. Кому еще может понадобиться такая одежда, кроме как…
Артистам! Конечно!
Толик и его приятели, оглядываясь на машины, переходили дорогу, а Арина, сделав знак мафиози Редькиной и Вите, которые показались из-за угла соседнего дома, осторожно направилась вслед за носителями мантии.
Однако Витя предостерегающе поднял руку. Арина вовремя заметила это и остановилась. Действительно, неразумно было бежать вслед за Толиком и другими – ее могли увидеть на открытом пространстве. Арина вернулась на остановку и затаилась, не выпуская из поля зрения подозрительных типов.
А Витя замахал Костику, который стоял на посту с другой стороны улицы. Замахал и указал на группу, переходящую дорогу. Костик шмыгнул за газетный ларек, не переставая вести наблюдение…
Арина уже сигналила Феде Горобцу – он, единственный, с кем Толик и его команда не были знакомы, быстро бросился в обход, нагнал их возле входа в подъезд и проследил, в какую квартиру они вошли.
– Гнусные «ашки»! Со своей рок-оперой! – когда вся мафия перебежала в подъезд дома напротив, воскликнула Арина. – Сомнений больше нет – это они!!! Они Мыльченко украли!
– Конечно, и Толик, и Машка, и все остальные в «А» классе учатся! – яростно пыхтел Костик Шибай. – Козлы! Козлы!
– Да, я и парня этого, с сумкой, и девчонку белобрысую вчера с Гуманоидом видел, – подтвердил Федя.
– Ловко они нас одурачили! – подхватила Редькина.
– Танцы, блин, по коридору плясали! А у самих опера! – возмущению обманутого Костика не было предела.
– Рок-опера!
– Вот для кого наш Антоша старается!
– Оперу пишет! – Братство Белой Руки бушевало.