Мафия Беннет
Шрифт:
– Эй, - Кай провел рукой по моей спине, соблазнительно скользнул по ягодице и забрал бутылку, - что случилось?
– Ничего.
Он больше не спрашивал. Да и зачем? Он наблюдал за мной. Он знал.
Отставив бутылку, Кай продолжил легонько поглаживать меня, а я, снова устроившись в его объятиях, попыталась не обращать внимания на то, как он погладил мой живот, задевая пальцами кожу под футболкой. В конце концов я не выдержала и застонала.
«Черт бы его побрал!»
Не знаю,
– Ты говорил, что у Таннера не было даже подобия нормальной жизни, как у Джоны и Брук. Что это значит?
Он остановил фильм и вопросительно поднял бровь.
– Хочешь сейчас об этом поговорить?
Я отчаянно нуждалась в отвлечении. Меня переполняли чувства, которые я не могла себе позволить.
– Да.
– Хорошо.
– Он откинулся назад, устраиваясь поудобнее.
Я сделала то же самое: села, оседлав бедра Кая, но так, чтобы не касаться внушительной выпуклости в штанах.
Хотя Кая стояк, похоже, совсем не беспокоил.
– В Канаде есть Совет, - начал он.
– Совет?
– переспросила я, но мои мысли были далеко.
«Я влюбляюсь в него! Нет, нет, я не могу. Мне нельзя!»
– Много лет назад, - продолжал Кай, словно мой мир не рушился прямо у него на глазах, - между семьями мафии разразилась война. Она почти уничтожила нас, погибло много невинных людей. Чтобы не допустить подобное в будущем, создали Совет.
Он взял мою руку и принялся чертить узоры на запястье.
Сердце отчаянно забилось в груди.
– Совет? – снова повторила я.
Кай нахмурился.
– Да. А поскольку отец был бездушным и беспощадным дураком, он его возглавил.
Так, минуточку.
Я посмотрела ему в глаза.
– Значит...
Он кивнул, проводя большим пальцем по линиям на ладони.
– Я глава Совета.
– И Таннер злится, потому что...
– Второй в очереди после меня.
Кай приподнял меня за талию и усадил поближе. Его член дернулся подо мной. Я проглотила стон. Мне хотелось сдаться, хотелось ощутить его внутри себя.
– И если ты… - Я прикусила губу, чтобы не ерзать бедрами.
– Он возглавит семью и Совет.
– Кай сел, стянул с меня футболку и начал целовать грудь.
Я прижала его голову к себе. Я хотела, чтобы он целовал, лизал, пробовал на вкус, скользил во мне до самой старости, пока не придет время сойти в могилу. И даже тогда я с трудом могла представить, что не желаю его.
– Кай, - простонала я, почти готовая рассказать ему все это.
– Хм?
– Он поднял голову.
Я тут же затосковала по его губам, ласкающим мою грудь.
Какие к черту разговоры, когда я сгорала
– Ничего, - прошептала я и потянулась к Каю губами. – Ничего.
Глава 43
В этом доме на северной оконечности штата Миннесота среди озер и бескрайних лесов мы провели пять дней.
Пять дней безудержной страсти, когда мы с Каем выбирались из постели только к полудню. Пять дней веселой болтовни с Джоной, Брук и Таннером за ужином, приготовленным Брук. Ей нравилось готовить, а нам есть ее стряпню. Помниться, она всегда хотела стать шеф-поваром.
Но все когда-нибудь кончается.
Первым уехал Джона – как и предсказывала Брук, он спешил вернуться в свою больницу. За ним Таннер, у него были дела в Ванкувере, а потом пришла очередь Кая.
*** *** ***
Я проснулась среди ночи, одна в постели.
Кай стоял вполоборота у окна и задумчиво глядел на озеро, в темной глади которого, как в зеркале, отражалась полная луна.
Я встала с кровати, завернулась в простыню, чтобы не щеголять голышом, и подошла к нему.
Кай приобнял меня за талию и притянул к себе.
– Я тебя разбудил?
Я уткнулась в его плечо и довольно вздохнула.
– Не знаю из-за чего проснулась, а ты почему?
– Я не спал.
– Что-то случилось?
Кай повернул голову, и я увидела в его глазах сожаление.
– Сегодня уезжаю в Милуоки.
– На машине?
Луна спряталась за облаком, и лицо Кая, прежде ярко освещенное, скрыла тень.
– Здесь недалеко есть частное летное поле, а вы с Брук обратно в Ванкувер поедете на машине.
– Что?
– Так безопаснее.
Ладно, с этим спорить я не стала, но было еще кое-что.
– Я хочу помочь. Помнишь?
Кай сжал челюсть.
– Мы это уже обсудили.
– Но...
– Ты, мы, это, - он указал на кровать, - все меняет.
Мое сердце ухнуло вниз, а через секунду воспарило – кто знал, что оно способно на такие трюки.
– Отец знает, что я жива. Я хочу его увидеть.
– Я привезу его к тебе.
– Почему ты едешь в Милуоки? – Я отступила назад, поддернула простыню и скрестила руки на груди.
– Семейные дела.
Иными словами, это было не мое дело, но я не собиралась сдаваться.
– Хочешь разобраться с моим отцом, верно?
– Кай начал уходить, но я схватила его за штаны.
– Ты не можешь сделать это без меня. Это мое право.
– Я сказал, что привезу его к тебе.
Он не понимал. Мне было важно быть там, видеть лицо отца, когда он впервые ощутит, что его мир пошатнулся, когда почувствует хоть малую толику того страха, с которым жили мы с мамой.
– Зачем ты так со мной?