Мафия Беннет

Тиджан

– Дверь?

– Заперта.

Я подвинулась ближе и поцеловала его.

Что это был за поцелуй! Требовательный, берущий и дарящий.

– Ты точно хорошо себя чувствуешь?
– уточнил Кай, прерываясь.

– Да.
– Я накрыла его руку своей и положила туда, где она была недавно, а затем обняла за плечи и притянула к себе.
– Я хочу тебя.

Было немало причин против этого, но я не контролировала себя. Сейчас я хотела только одного – Кая.

*** *** ***

Кай оставался со мной до вечера, но мы не разговаривали. В

воздухе витала зловещая тяжесть. Он брал меня снова и снова, каждый раз немного сильнее, немного отчаяннее, а закончив, ни на мгновение не отводил взгляда. Чутье подсказывало, что сейчас не стоит задавать вопросы – нужно просто чувствовать, быть здесь с ним, потому что должно случиться что-то плохое. То, что отнимет его у меня.

Но сегодня все это не имело значения.

Были только мы.

Как будто тот день был особенным и навсегда останется в наших воспоминаниях.

*** *** ***

Кай поднял меня, поставил на колени, прижался бедрами и вошел в меня сзади.

Я закричала. Никогда я не испытывала столько удовольствия за один день. Удивительно, как еще не сорвала голос.

Кай погружался все глубже, растягивая меня, потом закружил бедрами, и я кончила. Меня затрясло, в глазах потемнело, казалось, я падаю, но, придя в себя, я поняла, что все еще стою на коленях, а Кай, удерживая меня за талию, продолжает.

Он еще не кончил.

Я взяла его руку, поцеловала и положила на бедро.

– Трахни меня.

Кай рыкнул и дал себе волю.

Кончив, он остался внутри меня.

– Мне все время тебя мало, - пробормотал он, поцеловал в плечо, лениво провел рукой по спине и наконец уложил нас на кровать.

Мы лежали, как две ложки, тесно прижавшись друг к другу.

Я почувствовала легкие прикосновения его губ, а потом услышала:

– Как я смогу тебя отпустить?

Я не ответила.

Не могла.

Я больше ни в чем не была уверена.

Глава 41

Едва я зашла на кухню, как Таннер ехидно ухмыльнулся и наклонил голову, многозначительно глядя на меня.

– Какое совпадение! Ты поднялась с постели, как раз когда «прибыл» Кай, хоть его охрана здесь давным-давно.

Его глаза недобро блеснули, но он спрятал это, когда Брук подошла ко мне.

– Как ты себя чувствуешь?

В отличие от Таннера она была рада меня видеть.

– Лучше.

– Хочешь тыквенный мартини моего приготовления?

Ответить я не успела: из коридора появился Джона с уже привычной медицинской сумкой в руке. Он поманил меня к столу и приступил к осмотру. Как назло, когда стетоскоп оказался у меня под футболкой, на кухню вошел Кай.

Он замер. Ему явно не понравилось, что он увидел, но, слава небесам, вмешалась Брук: протянула ему бокал, сияя улыбкой, и поцеловала в щеку.

– Вернулся Большой брат. Мы скучали.

Таннер пригубил свой коктейль с тем же самодовольным и насмешливым взглядом.

– Где пропадал? Твоя охрана здесь с утра, - он покосился на меня. – Или ты только освободился?

Он не

дразнил Кая, а бросал вызов. Все это знали, и всем, то есть мне, Брук и Джоне, который ради этого даже прервал осмотр, было любопытно, чем это закончится.

Кай не отреагировал. Он даже не моргнул, но воздух на кухне сгустился от напряжения. Его темные глаза еще больше потемнели, губы сжались в тонкую линию.

– В чем проблема, брат? Это потому что я, возможно, сплю с ней? Или потому что ты всего лишь второй?
– Он шагнул к Таннеру.
– Напомнить тебе, почему я первый? Потому что убил его, - он сделал паузу.
– Ради всех нас.

Джона тихо ругнулся.

Брук смотрела в пол, скрестив руки на груди.

Они не собирались вмешиваться, но я не стану молчать, по крайней мере насчет того, что касалось меня.

Я соскочила со стола и, проигнорировав неодобрительные взгляды Брук и Джоны, обратилась к Таннеру:

– Каким боком тебя касается, сплю я с Каем или нет?

Таннер фыркнул.

– Смеешься? Как это может нас не касаться? Во-первых, Кай вообще не должен был тебя вмешивать…

– Эй, - прервала его Брук, - это я ее втянула. Обвиняй меня.

Таннер повернулся к ней.

– Ты не понимала, что делала, а Кай...

Брук фыркнула.

– А что еще ему оставалось делать, когда выяснил, что я была у нее? Появиться на ее пороге и вежливо попросить помочь?
– – Ты сам знаешь, что у него не было выбора.

Таннер уставился на нее.

– Ты должна быть на моей стороне.

– В этом случае я на стороне Райли. Я ей должна.

Таннер нашел взглядом Джону.

Тот рассмеялся.

– Не сейчас, брат, прости.

Таннер крепко выругался.

– Вы фуфло!
– он посмотрел на Кая, потом на меня.
– Вы оба!

Кай вздохнул.

– Ты злишься на меня не из-за того, что я вовлек Райли, и не из-за того, что я, может быть, с ней сплю. Ты даже не злишься на Брук за то, что сбежала.
– Он отставил в сторону мартини и налил себе бурбон.
– Ты злишься, потому что не хочешь быть Беннетом, но не можешь это изменить. Как и мы все.

Я огляделась.

На лицах Брук и Джоны было одно и то же выражение покорности судьбе. Таннер единственный, кто бунтовал, но и его мятежная искра погасла, когда он посмотрел на Кая. Он опустил голову и допил свой оранжевый мартини одним глотком.

– Да пошло оно все!
– Он запустил пустой бокал скользить по столу, взял бутылку рома и вышел из кухни, буркнув напоследок: - И вы тоже!

Кай проводил его взглядом, подошел к Джоне и спросил, указывая на меня:

– Она в порядке?

Джона ответил не сразу, поскольку тоже глядел вслед ушедшему брату.

– Да, да, - он несколько раз моргнул.
– В прошлый раз было хуже. Сейчас ей нужно только пить побольше воды и отдыхать. Слушай… думаешь, с Таннером будут проблемы? Я имею в виду... Мы Беннеты. Мне это тоже не нравится, но что тут поделаешь.