Маэстро
Шрифт:
– Нет! – воскликнула Кэтти-бри и резко обернулась. – Я не могу принять такой взгляд на вещи. Только не теперь, когда Дзирт… – Она тяжело вздохнула и снова отвернулась.
– Когда Дзирт – что? – повторила Пенелопа, и догадка потрясла ее. – Только не теперь, когда Дзирт ушел спасать Далию?
– Она была его возлюбленной, – прошептала Кэтти-бри.
– Но к тому моменту ты была мертва больше пятидесяти лет! – возмущенно воскликнула Пенелопа, не успев обдумать свои слова. Неужели Кэтти-бри ревнует? Для нее это не имело смысла. За те дни, что они вместе провели
– Я не нуждаюсь в том, чтобы ты напоминала мне о событиях моей жизни, – заявила Кэтти-бри; она была совершенно выведена из себя и находилась в полном смятении.
И Пенелопа никак не могла догадаться о причине этого смятения.
Но ведь Пенелопа не могла прочесть мысли Кэтти-бри, которую вновь искушали и дразнили сцены, где она видела себя в объятиях Громфа Бэнра. Эти запретные мысли опровергали все ее слова, заставляли ее усомниться в собственных представлениях о сущности ее отношений с Дзиртом.
– Ты выглядишь встревоженной, моя дорогая, – обратился старый Киппер Гарпелл к Пенелопе, когда она вернулась в главную палатку в той части лагеря, которую отвели Гарпеллам, – на противоположном берегу узкого пролива, на Охранном острове.
Женщина без сил упала в кресло, которое стояло рядом с креслом ее дяди, и Киппер протянул руку, чтобы помассировать ей плечо.
– Что-то неладное происходит, и я не могу определить, что именно, – вздохнула Пенелопа. – Боюсь, Кэтти-бри сейчас во взвинченном состоянии.
– Из-за башни? Мне кажется, стройка движется вполне успешно! Мы намного опережаем…
– Нет, – перебила дядюшку Пенелопа. – Здесь что-то личное. Возможно, она боится за Дзирта.
– По слухам, он отправился в Мензоберранзан, – заметил Киппер. – Ничего удивительного, я тоже за него боюсь!
Пенелопа серьезно посмотрела на него.
– А может быть, она тревожится из-за этой эльфийской женщины, которую Дзирт собирается спасти.
Киппер несколько мгновений в изумлении смотрел на родственницу, затем на лице его появилось озадаченное выражение.
– Дзирт? – недоверчиво переспросил он. – Да на всем Фаэруне не найдется другого такого верного мужа!
– Как я сказала, здесь что-то неладно. – Теперь настала очередь Киппера сделать серьезное лицо. – И я боюсь, что это имеет непосредственное отношение к нашему хозяину здесь, в Лускане.
– Ты говоришь о Джарлаксе? Или о Бениаго?
– О нашем настоящем хозяине.
– Ах, ты о нем… – На лице Киппера появилась недовольная гримаса, как бывало всякий раз, когда Громф Бэнр находился поблизости или упоминался в разговоре. – Ну что ж, боюсь, в таком случае твои страхи имеют под собой основание.
Она очнулась вся взмокшая от пота, дышала тяжело, прерывисто. Она не знала, что должна сейчас испытывать – ужас или удовлетворение,
Она по-прежнему видела их, эти глаза с бледно-желтыми радужными оболочками и слегка розоватыми белками. Эти глаза как будто говорили, что за необыкновенно красивой и соблазнительной внешностью могущественного темного эльфа скрывается уродливый кровожадный демон.
Кэтти-бри постаралась успокоиться, шепотом утешала себя, прижала руку к бешено бьющемуся сердцу.
Что это было – сон?
Неужели она была одна?
Сегодня – и в прошлый раз?
Она заставила себя сделать глубокий вдох. В ее палатке было слишком темно в эту безлунную ночь – она не могла отличить сны от реальности.
Она протянула руку и осторожно прикоснулась к одеялу, словно боялась обнаружить рядом с собой спящего мужчину. Когда оказалось, что этот темный страх безоснователен, она нащупала небольшой ночной столик, думая зажечь светильник.
Но прежде чем нащупать светильник, она нашла нечто другое, что утешило ее больше, чем свет.
– Гвенвивар, ты нужна мне, – прошептала она, крепко прижав к груди фигурку из оникса.
Мгновение спустя она почувствовала, как пантера взбирается на кровать, затем животное устроилось на одеяле, прижалось спиной к бедру Кэтти-бри, словно прочитав ее мысли.
Кровать застонала под весом огромной кошки, но Кэтти-бри не обратила на это внимания. Даже если бы кровать сломалась, она спала бы на полу, на матрасе, но в безопасности рядом с Гвенвивар. Она протянула руку, взъерошила шерсть кошки, и та подняла голову и посмотрела на женщину. Даже в темноте глаза кошки светились.
Кэтти-бри успокоилась – на несколько секунд.
А затем перед ее мысленным взором глаза пантеры превратились в бледно-желтые точки, которые всего несколько минут назад манили Кэтти-бри к себе и заставляли ее сердце лихорадочно биться.
Глава 15
Могущество безумия
Джарлакс, который находился ближе всех к распахнутым двойным дверям, развернулся навстречу вражеским воинам, сжимая в одной руке Хазид-Хи, а в другой – магический скипетр. Группа стражников клана Меларн, спешившая на помощь своей Верховной Матери, ворвалась в зал – и все как один остановились, словно наткнувшись на стену, когда шар липкой слизи врезался в двух передних воинов. Затем на отряд шлепнулся второй шap и, склеив стражников между собой, помешал им двигаться дальше.
На какое-то мгновение Джарлаксу показалось, что ситуация у него под контролем, но внезапно над липким магическим шаром возникло огромное копье – и наемник понял, что в бой вступил один из известных всему городу смертоносных драуков Дома Меларн.
– Не сомневайтесь! – снова подбодрил Джарлакс своих товарищей, и этот приказ сейчас был вдвойне важен, поскольку он сам вынужден был оставить сражение со жрицами и отступить к дверям. Необходимо было закрыть и накрепко запереть их прежде, чем исчезнет последняя надежда на спасение.