Маэстро
Шрифт:
Стоявший перед ней Тиаго До’Урден переминался с ноги на ногу и из последних сил сдерживался, чтобы не дать волю гневу.
Он был вынужден держать себя в руках. Верховная мать резко оборвала его, едва он успел произнести хоть слово, и сообщила, что не совсем готова к тому, что он предложил, настояв на этой встрече. И теперь она испытывала его, хотела посмотреть, может ли он должным образом повиноваться верховной матери. Квентл заставила племянника замолчать одним движением указательного пальца и собиралась затянуть это молчание на неопределенное время лишь для того, чтобы продемонстрировать
– Ты напрасно тратишь мое время, – заговорила она спустя несколько минут, окинув молодого мастера оружия страшным взглядом, одновременно и скучающим, и хищным.
– Верховная Мать?
– Да, это я, и тебе ни на минуту не следует забывать об этом. Ты потребовал у меня аудиенции, и я дала ее.
– Но ты… – начал было возражать Тиаго. Однако вспомнил о благоразумии и вместо этого пробормотал: – Да, я потребовал, но лишь потому, что этот вопрос очень срочный и важный.
Квентл изменила позу, села прямо на своей тахте, заваленной шелковыми подушками, расшитыми золотом и драгоценными камнями, и взглянула Тиаго в лицо.
– Дом Ксорларрин… – начал объяснять Тиаго и тряхнул головой, как будто сам до сих пор не мог разобраться в происходящем. – Они стали слишком смелыми под знаменами Дома До’Урден.
– Они?
– Сарибель и…
– Верховная жрица Сарибель? – перебила его Квентл, и эта поправка прозвучала как предупреждение.
– Да, моя жена.
– Нет, – снова поправила его Квентл. – Она не твоя жена. Это ты ее муж, ты мужчина верховной жрицы Сарибель Ксорларрин Бэнр До’Урден. Понимаешь разницу?
Тиаго онемел от неожиданности. Какова причина этой внезапной перемены в отношении к нему? Он практически руководил экспедицией Ксорларринов, имевшей целью завоевать Гаунтлгрим и превратить его в город дроу, он стоял даже выше самой верховной жрицы Береллип. Тиаго оказывал немалое влияние на решения и действия, предпринятые во время той экспедиции, потому что на этом: настояла Верховная Мать Квентл. А теперь она перешла на сторону тупоумной, бестолковой Сарибель Ксорларрин, теперь она против него?
Он понял, что следует действовать иначе.
– Ее… – Он снова смолк, не желая больше упоминать о Сарибель. – Рейвел Ксорларрин, – пробормотал он, затем снова поправился: – Рейвел До’Урден… к нему присоединился в качестве аристократа Дома его кузен Джемас и другие маги из семьи Ксорларрин.
– Разумеется, ведь сейчас у них нет собственного Дома, – кивнула Квентл. – А Дом До’Урден должен сам себя оградить от возможного предательства.
– Я понимаю… – начал Тиаго.
– Мне безразлично, понимаешь ты или нет, – надменно перебила его Квентл. – Какое мне до этого дело? Ты мастер оружия Дома До’Урден и поэтому подчиняешься Верховной Матери Дома До’Урден.
– Она… – хотел было возразить Тиаго. Но когда рука Квентл взметнулась и зашипели ядовитые змеи на ее страшной плетке, Тиаго сразу прикусил язык. Несмотря на то что он являлся аристократом и любимым племянником, он был, в конце концов, всего лишь мужчиной и испытывал на себе укусы этих змей слишком часто за свою короткую жизнь. Он резко втянул ртом воздух и упал на колени, всем своим видом выражая покорность.
– Встань,
– Там Дзирт До’Урден, – осмелился прошептать Тиаго.
Плеть верховной матери просвистела в воздухе, и Тиаго в ужасе отпрянул, когда змеиные головы, шипя и щелкая зубами, пронеслись в нескольких дюймах от его носа.
– Никогда больше не смей произносить при мне это имя, – предупредила его Квентл. – Это жалкое незначительное существо, букашка, и всякий раз, когда ты говоришь о нем или тратишь свое время на размышления о нем, этот клещ раздувается за счет крови Дома Бэнр. Дворфы снова захватили Гаунтлгрим. Туннели между нами и городом дворфов кишат демонами, и среди них – верховные демоны и лорды Бездны. Может быть, я должна отправить армию, чтобы пройти сквозь орды демонов и сражаться с дворфами, окопавшимися в пещерах? Это излечит твою уязвленную гордыню?
– Нет, Верховная Мать, – едва слышно пробормотал Тиаго.
– В данный момент я не считаю нужным защищать Дом До’Урден, но знай, что у вас есть враги, – без обиняков заявила Квентл.
Эта фраза прозвучала для Тиаго как приговор. Он знал, что выбора нет, что это решение окончательное. И только теперь он понял, какой вред причинила неосторожность архимага Громфа – не Мензоберранзану, а именно Дому Бэнр. Квентл не собиралась помогать Дому До’Урден защищаться потому, что это было не в ее силах, потому что она ощущала давление со стороны других Домов. Все были разгневаны появлением Демогоргона в Мензоберранзане по вине архимага, старшего из мужчин Дома Бэнр, главного чародея и правой руки Верховной Матери Бэнр.
В этот момент в мозгу Тиаго сложились кое-какие кусочки головоломки, и он из последних сил сдержался, чтобы не ахнуть, когда ему стала ясна истина. Джарлакс велел Ксорларринам уходить – так утверждал Джемас. Джарлакс устроил перемирие с королем Бренором, которое позволило Верховной Матери Зирит и ее семье бежать – Тиаго узнал это от Рейвела вскоре после разговора в часовне Дома До’Урден. А Бреган Д’эрт подчинялась прежде всего Верховной Матери Бэнр. Возможно ли, что Верховная Мать Квентл способствовала сдаче города К’Ксорларрин, чтобы не отправлять туда подкрепление, которое могло понадобиться для защиты Дома Бэнр?
– Вполне возможно, что благодаря затруднениям Верховной Матери Зирит твой Дом будет спасен, – пояснила Квентл. – Поэтому Джемас Ксорларрин теперь зовется Джемасом До’Урденом. Так же, как и Фэлас, хотя он сохраняет прежнее родовое имя. Поскольку он служит в Академии Магик в качестве моего шпиона.
– До возвращения Громфа?
Квентл лишь рассмеялась в ответ.
– Неужели Демогоргон убил Громфа? Сожрал его? Он же архимаг…
– Он был Архимагом, – поправила его Квентл.