Маэстро, вы убийца!
Шрифт:
— Вы замечательно потрудились, Бейли.
— Что-нибудь нужно, сэр?
— Боюсь, что да, — вздохнул Аллейн. — Найдите комнату убитой девушки и поработайте в ней. Прямо сейчас, не откладывая в долгий ящик. Какая-нибудь из горничных проводит вас. Если что, немедленно разыщите меня.
— Хорошо, мистер Аллейн.
— Когда закончите там, можете отправляться по домам. Надеюсь, вы оставили человека в студии?
— Разумеется, сэр. Одного из местных парней. Он так и пыжится от гордости из-за оказанной чести.
— Простодушный малый. Что ж, Бейли, принимайтесь
— Слушаюсь, сэр.
— А зачем им нужна азотная кислота? — осведомился Фокс, когда Бейли вышел.
— Думаю, что для гравирования, — сказал Аллейн. — Нужно спросить у мисс Трой.
— Похоже, что достаточно только найти Гарсию и — дело в шляпе, — ухмыльнулся Фокс. — Не так ли, сэр?
— Возможно, Фокс. Только давайте не будем переоценивать свои силы. Не забывайте — нужно всегда оставлять лазейку для сомнения.
— Но, сэр, как мог оказаться этот кусок глины на месте убийства? Ведь Гарсия вообще не должен был околачиваться возле подиума.
— Да, это верно.
— А, по версии Малмсли, выходит, что кинжал могли вставить только в то время, когда все были в Лондоне.
— Да. И тем не менее мы должны точно выяснить, где все они были и чем занимались в Лондоне. Каждый из них. Пора приступить к дознанию. Отправляйтесь в столовую, Фокс, и возвращайтесь с кем-либо из наших уважаемых маэстро.
Фокс послушно потрусил в столовую и вскоре вернулся в сопровождении Кэтти Босток. Кэтти шла с высоко поднятой головой, живое воплощение истины и справедливости. Её плотная коренастая фигура скрывалась под вельветовыми брючками, красной блузкой и коричневым пиджаком. Чёрные прямые волосы, подстриженные а ля Кромвель, закрывали уши, чуть ниспадая на широкий решительный лоб. Макияж Кэтти наложила довольно небрежно, а глаза её уверенно поблёскивали из-под густо нависших бровей.
Аллейн любезно придвинул художнице кресло, на которое Кэтти тут же и плюхнулась. Фокс мышкой скользнул за стол, изготовившись стенографировать. Аллейн уселся напротив Кэтти.
— Прошу прощения за повторное беспокойство, мисс Босток, — начал он. — Сами понимаете — работы у нас пока ещё невпроворот. Во-первых, мне хотелось бы выяснить вот что: использовалась ли у вас в студии для каких-либо целей азотная кислота?
— Для травления, — пожала плечами Кэтти. — А что?
— Мы нашли в чулане отметины, оставленные кислотой. А — где её держат?
— В бутыли на верхней полке. Она помечена красным крестом.
— Нам не удалось её найти.
— Только в пятницу её наполнили до самого верха и поставили на прежнее место. Она должна быть там.
— Понятно. Теперь, мисс Босток, мне предстоит проверить, чем занимался каждый из вас в пятницу, после обеда. В вашем случае дело обстоит довольно просто. Насколько я понимаю, будучи в Лондоне, вы почти не расставались с мисс Трой. — Он раскрыл записную книжку и положил на подлокотник кресла.
— Да, — продолжил Аллейн. — Тут сказано, что вы приехали в клуб, переоделись, а потом поужинали с сэром Артуром и леди Джейнс на Итон-сквер. Оттуда вы отправились
— Да, все верно.
— Переночевали вы в клубе. Кстати, в котором часу вы вернулись в клуб?
— Около часа ночи, — сказала Кэтти. — Меня привезли Джейнсы. Трой задержалась с Джоном Беллаской до закрытия.
— И вы встретились уже за завтраком?
— Да. Потом мы разделились и встретились снова уже на выставке. Обедала я со знакомыми, на которых случайно наскочила — с Грэхемом Барнсом — это известный акварельщик, — и его женой. Потом из клуба мы с Трой поехали домой. Она обедала с Джоном Беллаской.
— Так. Что ж, все ясно. Мне, правда, придётся ещё и самому поговорить с сэром Артуром Джейнсом, чтобы он подтвердил ваши слова. Так уж принято, не обижайтесь.
— Я все понимаю, — снисходительно кивнула Кэтти. — Вы хотите выяснить, не случилось ли так, что кто-то из нас тайком прокрался в студию и подстроил смертоносную ловушку для этой несчастной дурёхи?
— Нечто в этом роде, — улыбнулся Аллейн. — Но я немного знаком с сэром Артуром. Если хотите, я могу сказать ему, что вы потеряли жемчужное ожерелье и хотите узнать, не видел ли он его, или…
— Нет уж, увольте! Скажите ему всю правду. Неужто похоже, что я могу носить жемчужные ожерелья! А уж Джон обеспечит алиби для Трой. Только не перестарайтесь, иначе он примчится сюда на всех парах, уверяя, что сам убил нашу натурщицу. — Кэтти хихикнула и закурила сигарету.
— Понимаю, — сказал Аллейн. И тут же в его воображении всплыла Трой, которая сидела у камина, обхватив голову тонкими изящными руками. Колец на её пальцах не было.
— Кто-нибудь видел вас в час ночи, когда вы вернулись в клуб?
— Меня впустил ночной портье. Не помню, видела ли я ещё кого-нибудь.
— Ваша комната была недалеко от комнаты мисс Трой?
— Прямо по соседству.
— Вы слышали, как она вернулась?
— Нет. Она сказала, что легонько постучала в мою дверь, но я ничего не слышала. Спала, должно быть. В семь пришла горничная и принесла мне чай, но ведь это ничего не значит: я вполне могла выбраться ночью, сесть в машину Трой, прикатить сюда, свершить своё чёрное дело и вернуться в Лондон.
— Это верно, — кивнул Аллейн. — Вы так и поступили?
— Нет.
— Что ж, — вздохнул Аллейн. — Придётся порасспрашивать ночных портье, работников гаражей и бензоколонок.
— Желаю удачи.
— Благодарю вас, мисс Босток. Насколько я знаю, сюда вы вернулись к обеду. А как вы провели остаток дня?
— Стряпала статейку для «Палитры». Прямо здесь, в библиотеке.
— В студию не выходили?
— Нет.
— А с мисс Трой общались?
— Да, она несколько раз заходила. Сейчас припомню. Она довольно долго возилась вон с тем ящиком. Перебирала эскизы, сжигала ненужные бумаги. Потом приводила в порядок свой этюдник. Чай мы тоже пили здесь. Затем она отправилась в поле поискать место для этюда. Поужинали мы в Боссикоте — с Хоуортами, — а вернулись около одиннадцати.