Люфтваффельники
Шрифт:
77. Полевой выход или сон под наркозом
В соответствии с планом занятий по тактике, скрупулезно разработанным на кафедре общевойсковых дисциплин, все учебные подразделения училища ВВС были обязаны периодически выходить «в поле» для тщательной отработки навыков общевойскового боя в составе отделения, взвода, роты, батальона и т. д. и т. п.
Вопросов нет, каждому мужчине, особенно «будущим офицерам» Красной армии необходимо виртуозно владеть личным стрелковым оружием, а также получить практические навыки
А это совсем непростая наука, хочу Вам честно сказать. Тупо положить свой личный состав ради достижения победы «любой ценой» — чести полководцу не принесет и героем его не сделает, поверьте на слово. Надо еще матерям «погибших» как-то в глаза посмотреть. Похоронки подписывать тоже дело весьма непростое и нервенное, не каждому под силу, «врагу не пожелаешь»… поверьте на слово, лучше не проверять. Поэтому «нравится, не нравится», а полевые выходы для отработки занятий по тактике были достаточно частыми.
«Курсантская разведка» старательно разнюхала и достоверно сообщила, что завтра, ровно в 4-ре часа утра начнется очередная «мелкая» война. Почему «мелкая»?! Потому что в составе одной 4-й роты. «Средняя» — в составе 1-го учебного батальона. «Большая» война — в составе всего училища ВВС. «Мегаглобальная» — с внешним противником, упаси Господи от такого сомнительного счастья, тьфу-тьфу-тьфу, стучу по дереву.
Итак. Разумно используя полученные разведданные и организованно проснувшись загодя — в 3.30 утра, курсанты 4-й роты спокойно и неторопливо умылись. Неспеша и без лишней суеты оделись. Идеально намотали портянки. Свернули свои постельные принадлежности вместе с матрасом в головную часть кровати. Аккуратно, не оставляя даже намека на малейшие щели, вывесили на все окна казармы плотную «светомаскировку». Навьючили на себя, любимых «с вечера приготовленные» вещмешки и противогазы. Дотошно отрегулировали натяжение ремней и всевозможных лямок. Старательно подогнали амуницию с максимальным удобством для предстоящей «беготни» по бескрайним полям предстоящей войны. Подготовились весьма прилично, чего греха таить и лукавить.
Выполнив все обязательные и желательные процедуры самым тщательным образом, курсанты 4-й роты опять завалились на голые панцирные сетки своих кроватей и, прислонившись к свернутым «в рулет» матрасам, погрузились в сладкие грезы ленивой полудремы, ожидая наступление «время Ч» — секретное и совершенно внезапное время начала «официальных боевых действий»!
Естественно «внезапное и совершенно неожиданное», а как же иначе? Откуда ж нам знать? Мы сладко спим, и ведать не ведаем…
— Рота, подъем! Тревога! Команда: «777»!
В спальном помещении казармы включилось яркое освещение. Противно завыл зуммер сигнализации у вскрытой «оружейки». 144 курсанта мгновенно вскочили с металлических сеток персональных кроватей и уже одетые и обутые, с вещмешками за спинами и обвешанные с ног до головы всевозможной армейской амуницией, организовано побежали получать оружие.
Живая цепочка цвета хаки без лишней суеты и хаотичного мельтешения, опустошила оружейку в неприлично рекордное время и, буквально через 5-ть минут личный состав 4-й роты уже стоял на улице в монолитном строю, с полной готовностью выполнить любой приказ «партии
У офицера-посредника, назначенного на предстоящую «войну» с общевойсковой кафедры, вытянулась мордуленция как у безмерно удивленной лошади. Челюсть подполковника безвольно отвисла и уперлась в портупею. Глаза офицера изумленно округлились как у совы, попавшей в свет прожектора. Недоверчиво пялясь на показания «контрольного» секундомера, искренне пораженный невиданным результатом построения роты по «тревоге», преподаватель кафедры тактики торжественно зафиксировал в своем блокноте установление нового «олимпийского рекорда».
Категорически не веря своим глазам, «тактический» подполковник, периодически проверял исправность секундомера методом интенсивного встряхивания с последующим плотным прикладыванием оного к своему уху, на предмет акустического обнаружения признаков характерного «тиканья». Главный посредник удивленно-радостно цокал языком и восхищенно покачивал головой с такой неприличной амплитудой, что полевая фуражка не слетала с его головы лишь по причине периодического повисания на ушах подполковника, оттопыренных в разные стороны на манер боковых антенн радиолокационной станции.
Ёпт…, ну дык…?! А чего он еще ожидал? Кто владеет информацией, тот владеет миром. Честь и хвала разведке! Даешь рекорд! Мы еще и быстрее могём… только предупреждать надо …заранее!
Пока 4-я рота демонстративно скучала на плацу в ожидании дальнейших распоряжений, прибежали взъерошенные и слегка растерянные отцы-командиры, которых разбудили наши посыльные. Выслушав восторженные комплименты за образцово организованный выход по «тревоге» идеально-вышколенной роты, и получив «заслуженно-хвалебные отзывы» от офицеров-посредников, командный состав 4-й роты с несказанным удивлением и как-то «по-новому» — с плохо скрытым недоверием и явным недоумением, посмотрел на свой «любимый» личный состав.
Честно говоря, было чему удивиться! Рекорд училища — раз! Перекрытие всех разумных нормативов — два! …и все это выполнено легко и непринужденно, причем на полном «автопилоте» — без какого-либо участия и непосредственного присутствия отцов-командиров. Без их истеричных вскрикиваний с давно надоевшими угрозами лишить всю роту увольнений в город и прочих откровенно убогих «ускоряющих подгонялок». Мде… непонятно как это все так вот… мммм…. вышло, но все равно молодцы! В смысле, молодцы — командир роты собственной персоной безусловный молодец! Его рота рекорды бьет, значит, именно он и молодец! Ну и частично молодцы командиры взводов — молоденькие лейтенанты! Вот как подготовили личный состав?! Каких орлов воспитали?! …аж сами не ожидали такой идеальной «организованности» и фантастических результатов! Сейчас стоят перед главным посредником, глупо улыбаются и недоуменно глазенками хлопают. Молодцы! А чего молодцы? А кто его знает? Хвалят? Значит за дело! Заслужили, раз хвалят!
В соответствии с планом предстоящего «полевого занятия», нашу роту разделили на «наших» и «ненаших». Роль «ненаших» отвели 41-му классному отделению — диверсанты, враги-супостаты, кровожадные головорезы которых надлежало срочно поймать и жестко обезвредить.
«Ненаших» возглавил старшина роты — Игорь Мерзлов (бывший десантник), посредником к нему назначили молодого старлея с общевойсковой кафедры — тоже бывшего десантника, списанного из ВДВ после ранения в Афгане. Мде, сегодня побегают парни из 41-го отделения, много километров намотают, только держись!