Люди сна

Покровский Владимир Валерьевич

– Да какая я тебе девушка, охальник!
– заблажила женщина.
– Я уже второго мужа схоронила. Девушка! Я тебе ряху-то умою за слова за такие!

Старик плюнул в сердцах и отвернулся к человеку с газетой.

– Да ты чего плюешься-то, ты чего рожей-то своей паскудной плюешься! Я тебе не урна, чтоб на меня плеваться. Слышь ты, с газетой, ты ему скажи, дружку своему, что в трамваях нельзя плеваться, а то я ему так плюну, забудет, где сидеть! Моду взял плеваться!

Человек сложил газету, сунул ее в карман и сказал:

– Билетики

попрошу, граждане!

В трамвае сразу стало пусто.

Женщина с сумками ойкнула и замерла с выпученными глазами. После минуты томительной тишины, она как-то опала, скривилась и проскрипела:

– Говорили шпион, а он "билетики".

– Билетик ваш попрошу, гражданка.
– Контролер вытянул длинную шею и повис над женщиной с сумками.

– Ты понимаешь, что он говорит?
– обратилась та к Зене.

Зена вдруг вспомнила, что она тоже не взяла билета, и полезла в сумочку за рублем. Но там было пусто.

– Гражданка!
– терпеливо повторил контролер.
– Люди ждут.

– А я вот сейчас милицию позову, - взорвалась тетка.
– Я всем расскажу какой ты есть контролер и что это ты за газеты в трамваях читаешь и к девушкам чего пристаешь. Глядите все, - заорала она, - он женщину оскорбляет! Он у нее блузку снял и под лифчиком билеты свои ищет! Фулиган!

Контролер коротко размахнулся и ударил тетку в висок.

– Эп!
– сказала она, падая на пол.

– Так! Теперь у вас попрошу билетик.

У контролера было страшное синее лицо, напоминающее маску Фантомаса.

– У меня нет билетика, - сказала Зена.

– Чудесненько. Придется рубль...

– Рубля тоже нет.

Тогда пройдемте. Сюда, пожалуйста, - он уступил Зене дорогу и пошел за ней, волоча тетку за ногу.

Трамвай был на удивление длинным. Они прошли мимо буфета, повернули за угол, миновали парикмахерскую с зеркальными окнами и остановились перед огромным парадным входом с колоннами, на которых висел длинный красный транспарант "Милиция".

– Сюда проходите, - сказал страшный контролер, вытирая пот с лица. Уф, какая тетя тяжелая.

Внезапно Зена прыгнула в сторону и побежала.

– Сто-о-ой!
– закричал контролер.
– Стой, тебе говорят!

А Зена бежала, не останавливаясь. В ушах свистел ветер, мелькали рекламы, люди, магазины, кровати... Она выбежала на сонную набережную и только тут обернулась. Метрах в трехстах позади, гулко топая, бежал контролер. От напряжения он увеличился в размере, стал просто огромным. Он бежал гигантскими шагами, и, конечно, уже давно бы нагнал Зену, если бы не тетка, которую он тащил за ногу. Тетка визжала и рукой, свободной от сумок, хваталась за столбы.

Зена заметалась по набережной и вдруг услышала призывно-свистящее:

– Сюда!

"Ампер!" - мелькнуло у нее.

Но это был не Ампер. Это старик с повязкой на рукаве выглядывал из небольшой дверцы в красной кирпичной стене и манил ее длинным узловатым пальцем. Над дверцей горела синяя лампочка и освещала надпись "Запасный выход".

Зена

кинулась к двери, и они на полном ходу выскочили из трамвая. Но и здесь была точно такая же набережная, и точно так же на нее бежал контролер, держа за ногу женщину с сумками.

– В воду! Скорее!
– крикнул старик, и они бросились в воду.

– Ныряй за мной!
– приказал старик и, зажав пальцами нос, глаза и уши, погрузился в воду. Зена нырнула за ним. В каменной кладке берега она увидела расплывчатую черную дыру, в которую медленно втягивались ноги ее спутника. Зена вплыла в эту трубу, и сразу стало абсолютно темно. Натыкаясь на каменные стены, она поняла, что попала в длинный коридор, и поплыла по нему. Потом вода стала светлеть, и Зена смогла разглядеть, куда попала. То, что она считала прямым коридором, оказалось запутанным лабиринтом со множеством ответвлений. "Надо плыть по правилу правой руки" - подумала Зена, и тут же почувствовала, что задыхается. Тогда она рванулась в первую попавшуюся дыру, и, отталкиваясь от стенок, быстро поплыла вперед. В глазах темнело, страшно хотелось глотнуть воздуха, сильно и тревожно колотилось сердце. А когда она поняла, что сейчас захлебнется, вдруг увидела руку, свисавшую сверху. Зена вцепилась в нее м в следующую секунду уже лежала на земле и никак не могла надышаться. Она лежала в маленькой комнате без дверей и окон, а около нее на корточках сидел старик с черной повязкой на рукаве.

– Ну вот, - говорил он, - ну вот. Вот и все, милая. Вот и все, дорогуша. Теперь поговорим.

И тон его был чрезвычайно зловещим.

Ампер плыл вдоль тротуара и думал о Зене. Длинные кисти его худощавых, аскетических рук жили как бы отдельно от туловища - все тело было спокойно, а они то нервно перебирали коралловые четки, то, напрягаясь страшно, пиками втыкались в пролетающих птиц, черных, косматых и каких-то расплывчатых. Эти птицы принадлежали к клану вещей и существ, боящихся пристального взгляда.

Как только Ампер подумал, что пора бы уже появиться и дому Зены, как тут же он появился на повороте, покосившийся особняк, обросший тиной и ракушками.

Ампер взлетел на крыльцо и позвонил. Дверь открыл пес.

– Слушай, ты не знаешь, где Зена?
– спросил пес жалобным тоном.

– Нет, сказал Ампер, - я просто пришел телевизор починить.

– Телевизор, телевизор, - проворчал пес.
– Тут Зена пропала, а он "телевизор".

– Но ты же сам говорил, что у вас телевизор лопнул...

– Не твоего ума дело, - сказал пес понуро.
– У нас Зена куда-то пропала.

– Так он лопнул или не лопнул?
– теряя терпение, спросил Ампер.

– А ну, тебя к черту! Нет у нас никакого телевизора.

– А ну-ка, пусти!

Ампер отодвинул пса в сторону и прошел в гостиную.

Посреди обеденного стола стоял телевизор.

– И не стыдно, - сказал Ампер, - как только разговор о телевизоре, так ты сразу начинаешь врать. Вот же он!

Пес посмотрел на телевизор.