Люди крепче стен

Сухов Евгений Евгеньевич

Бойцы затаились: ни шороха, ни движения.

– Девка моя в селе осталась, – посетовал Петухов. – Так мы даже с ней того… ни разу и не спали. Щупать только себя позволяла да целовать иной раз, – неожиданно разоткровенничался лейтенант.

– Сейчас она жалеет, что такого бравого офицера ни с чем отпустила!

– Возможно… Последний раз, когда на побывке был, сразу после ранения к ней заехал. Так она мне на шею бросилась. Говорит: «Только тебя миленького и ждала. Если желаешь, хоть сейчас меня бери». А я говорю, как вернусь, так и случится. Дождаться она меня

должна. А вот сейчас думаю, что зря отказал ей. Не почувствуй я во время бега пулю, не уклонись малость, так меня бы сейчас и не было.

– Девушкам отказывать нельзя… Как ее зовут?

– Люся.

– Людмила, значит. Не переживай, женишься ты на своей ненаглядной. Главное, чтобы уцелел. А это и не рана вовсе, а царапина!

Осветительные ракеты погасли. Ночь стала еще темнее. Только на восточной стороне Познани сумрачное темное небо подсвечивалось заревом пожарища. Поставленная задача была выполнена. Немцы, поверив, что русские штурмуют крепость всерьез, раскрыли огневую систему прикрытия. Можно было отходить. С позиций взлетела зеленая ракета, давая сигнал к отступлению.

Разведчики отползали медленно, всякий раз зарывались лицом в холодную землю, смешанную с колючим снегом, и лежали не шевелясь, уткнувшись лицом в обожженную землю, до тех пор, пока осветительная ракета не прогорит до последней искры. Убедившись, что кругом потемки, вновь ползли в сторону своих позиций.

Дважды Прохор наталкивался на убитых. Одного из них он хорошо знал, – три раза вместе ходили в разведку, – молчаливый обстоятельный мужик лет сорока. Пуля пробила ему шею навылет, и у него не было ни одного шанса выжить. А вот второй ему был незнаком, светловолосый парень лет двадцати пяти. Осколки разорвавшейся мины глубоко вошли в его узкое лицо, обезобразив череп.

Вытащив у убитых бойцов «Книжку красноармейца», Бурмистров пополз дальше к позициям, уже просматривающимся в разрушенных домах.

Глава 7

Капитуляция форта «радзивилл»

На наблюдательном пункте полка кроме штабных офицеров присутствовали командиры штурмовых групп. Разместились за длинным столом, на котором была начерчена карта форта. Подполковник Крайнов выслушивал доклад разведчиков и лично наносил на схему места огневых точек.

Неожиданно для всех присутствующих во время доклада майора Бурмистрова в сопровождении двух автоматчиков из личной охраны в помещение штаба полка вошел командир дивизии генерал-майор Мотылевский. Офицеры дружно поднялись, громыхнув скамейками. Подполковник Крайнов был старшим по званию, он шагнул навстречу генералу и доложил:

– Товарищ генерал-майор, разведка боем выявила дополнительные пулеметные и минометные точки, а также наиболее слабые места в обороне противника. Наносим на схему форта местоположения выявленных огневых точек, а также тип вооружения. Помечаем наиболее удобные подходы к форту и благоприятные места для штурма крепости.

– Садитесь, – разрешил Мотылевский. Расстегнул толстый бушлат, под которым просматривались генеральские погоны.

Подошел к столу и посмотрел на схему «Радзивилла»; на разложенные фотографии, запечатлевшие форт с разных сторон и под различными углами; на снимки крепости, полученные авиаразведкой. – Хороший снимок, все как на ладони видно. – Генерал поднял одну из фотографий и принялся рассматривать.

– Так точно, товарищ генерал-майор!

– Я тут у вас в сторонке посижу послушаю. На чем остановились?

– Час назад прибыла пешая разведка. Майор Бурмистров рассказывал о результатах разведки боем. Он хорошо знаком с обстановкой на местности. Именно поэтому было решено возложить на него и капитана Велесова захват крепости «Радзивилл».

– Все ясно. Продолжайте, товарищ майор.

– Продвижению штурмовой пехоты мешает бетонированный дот. Его нужно взорвать. Уверен, что эта задача по плечу для небольшой группы саперов… Товарищ капитан, – обратился Бурмистров к командиру саперной роты дивизии капитану Мулындину. – Есть тропа, по которой ночью можно подойти к доту вплотную и взорвать его… Вот здесь и здесь, – ткнул Бурмистров карандашом на фотоснимок, – ров сильно обсыпался. Через него могут пройти самоходки и танки. Под прикрытием артиллерии они выйдут к главному входу крепости. С этого места очень хорошо видна западная минометная позиция немцев, ее смогут расстрелять танки.

– Эта задача для ваших танков, товарищ Игонин, – глянул Крайнов на смугловатого крепкого капитана.

– Сделаем! – озорно отозвался танкист.

– Немецкие минометные позиции перед главными воротами имеют только пулеметное прикрытие. Их уничтожение тоже задача для нескольких танков… Остальные танки выходят к восточному каземату. Есть еще одно задание для саперов, уже посложнее… С южного каземата немцы простреливают позиции нашего батальона на северной и северо-восточной стороне. Ваша задача уничтожить пулеметные амбразуры казематов.

– У вас есть предложение, как это сделать наилучшим образом? – спросил Мулындин.

– С наступлением ночи нужно выдвинуться к форту и подложить под амбразуры взрывчатку. Напротив крепости в развалинах будут стоять три замаскированных стопятидесятидвухмиллиметровых орудия, а в этих кустарниках еще два, – прочертил Бурмистров небольшой участок на схеме острозаточенным карандашом. – Они будут бить прямой наводкой по крепости и ослеплять огневые точки противника, когда саперы станут подходить к крепости и закладывать под стену фугас. Пехота тем временем будет подползать поближе к крепости, чтобы поддержать штурмовиков.

– Задача выполнимая, – согласился капитан. – Подойдет длинный заряд килограммов на пятьдесят. Подложим прямо под стену. Стена разлетится на куски.

– Прикрывать вас будет отделение автоматчиков. – Бурмистров посмотрел на капитана Велесова, сидевшего на скамье рядом. – Ввиду важности операции я и небольшая группа штурмовиков выдвинемся вместе с саперами и после взрыва ворвемся через проем в помещение форта и закрепимся там до подхода пехоты.

– Ну а тяжелая артиллерия? – спросил генерал Мотылевский.