Любовник
Шрифт:
И этот раз не исключение – я снова уснула. Проснулась от того, что меня кто-то обнимает, вжимает в диван весом своего тела и настойчиво ласкает мои губы поцелуями. Открываю глаза и понимаю, что это Дэн. В панике отталкиваю его и встречаюсь с нахмуренным взглядом. Он отклоняется, но не отступает, опираясь на прямые руки и нависая надо мной угрожающей тенью.
– Ты чего? – спрашивает. Искренне удивляется.
– Не стоит, Дэн. Мы должны остановиться, – говорю, надеясь, что голос звучит убедительно.
– Почему? – убивает своим вопросом. – Нам же хорошо вместе, – аргумент
– У меня есть муж, Дэн. Мы заигрались, слишком увлеклись, и это нужно прекратить. Немедленно, – упираюсь ладонями в его грудь, потому что он, кажется, совсем меня не слышит и снова приближается.
Взгляд Дэна прикован к моим губам. Его пах упирается в мое бедро, и я чётко чувствую его возбуждение. Он опускается на локти, прижимаясь ко мне всем телом. Он собирался меня поцеловать, уверена, но не делает этого. Просто смотрит в мои глаза, словно в попытке там найти ответы на какие-то важные для него вопросы.
– Настя, что случилось? – его лицо становится серьёзным.
Дэн нежно перебирает мои волосы пальцами. Расслабляет своим спокойствием, и я почти облегчённо выдыхаю. Я уже испугалась, что сейчас он просто возьмёт меня силой, настолько его взгляд казался одержимым, лишённым логики и полным слепого желания.
– Дэн, это неправильно. Ты совершил ошибку, когда пришёл ко мне. Я сделала глупость, когда позволила, чтобы это повторилось. Я злилась на Богдана, но он остаётся моим мужем, и я никуда убегать от него не собираюсь, – объясняю. Его взгляд из обеспокоенного становится удивлённым. А потом проскальзывают разочарование и злость.
– Настя, – качает головой. – Настя-Настя, какая же ты дурочка, – прикасается к моим губам в едва ощутимом поцелуе и снова смотрит в глаза. – Вроде бы из нас двоих ты старше, но ведёшь себя как ребёнок. Не видишь очевидного, закрываешь глаза на правду, прячешься в своем маленьком мире, – гладит мою щеку, а я вдруг понимаю, что он пьян. – Только ведь от опасности не спрятаться, зажмурив глаза. На-астенька, – говорит протяжно и опускает голову, утыкаясь носом в мою шею. Ведет по ней носом и вдыхает мой запах, – как же ты охуенно пахнешь. Я бы тебя трахал и трахал, – выдыхает на грани с рычанием, между отчаянием и желанием.
– Дэн, у тебя в голове только секс, а есть вещи намного более важные и серьёзные, – не знаю почему, но вместо того, чтобы оттолкнуть, я обнимаю его и перебираю густые темные пряди.
Он выглядит таким… расстроенным. Кажется, я ему действительно сейчас нужна. И я не могу нагрубить ему. Он должен сам понять, что наши пути разные, что нам не стоит продолжать. Дэн вздыхает и, подмяв меня под себя, устраивается поудобнее. Не пристаёт, ничего не делает, просто принимает мои невинные ласки.
Странным образом в голове всё путается. Что сейчас я чувствую? Это материнские инстинкты, которые я никогда не смогу реализовать? Или это совсем иного рода чувства? Говорят, что мужчины подсознательно выбирают женщин, которые заменят им мать и будут о них заботиться. Может, именно поэтому Дэна и тянет ко мне? Всё же непохоже, что это какие-то хитрости или манипуляции. Он просто одинок и ищет, с кем об
Впрочем, я такая же. Я тоже одинокая. У нас с Богданом совсем другого рода отношения. Видимо, я в нём искала отца, которого у меня никогда не было. Искала взрослого, надёжного мужчину. А теперь всё перевернулось с ног на голову. Я стала взрослой настолько, что потребности изменились? Мне больше не нужен тот, кто будет меня опекать, мне нужен человек, который будет моим другом, будет понимать меня и станет моим и душой, и телом.
Но не стоит фантазировать. Дэн таким никогда не станет. А я не уйду от мужа. В двадцать два я тоже, как и он, была отчаянной и способной на глупости. А сейчас… переросла всё это. Что бы там я себе ни фантазировала, но реальность и трезвый взгляд на ситуацию удавкой сжимают крылья моим мечтам и не позволяют им вылететь за пределы дозволенного, не позволяют потерять связь с реальностью.
Внезапно осознаю, что, погрузившись в свои размышления, я крепко обняла Дэна, который так и лежит на мне, и прижалась губами к его шее. Если зайдет Богдан, то вряд ли ему понравится эта картина, хоть мы и оба одеты, и ничего такого не делаем. Но всё же контакт слишком интимный и слишком близкий.
– Дэн, ты не спишь? – спрашиваю осторожно. Провожу своей щекой по его колючей щеке.
Что я творю? Я же его сама провоцирую. Но с ним так легко и так хорошо…
– Нет, Настя, не сплю, – вздыхает. Сам начинает тереться о моё лицо. – Я думаю. И все же ты ошибаешься. У меня в голове не только секс, – поднимается на локтях и заглядывает в моё лицо. – Просто там ты засела, в моей голове, – говорит с какой-то горечью и болью. На лице появляется грустная улыбка. – Думаю о тебе постоянно. О том, какая ты. И да, хочу, но именно тебя. Не секс ради секса с кем-нибудь, а именно с тобой. Ты во мне вызываешь это желание, – трётся о мой нос своим, – как ты этого не понимаешь?
А потом, сорвавшись, накрывает мои губы в поцелуе. Сжимает меня крепче руками, толкается языком, разрушает равновесие в моём сердце, которое оказалось таким обманчивым. Сама на себя злюсь, отвечая на его поцелуй. Хватаюсь за него руками, пока разум не берёт верх над желанием, ставит всё на свои места и заставляет меня оторваться от Дэна.
– Нельзя, Дэн. Это неправильно, – переводя дыхание, говорю ему. – И Бодя может зайти, а мы здесь, в гостиной, – может, хоть это приведёт его в чувство.
– Бодя не придёт, – говорит уверенно. Губы дергаются в подобии улыбки, холодной и злой.
– Почему? – удивляюсь. Он молчит. Отводит взгляд. Вижу, что не хочет отвечать. – Дэн, пожалуйста, объясни, – настаиваю, запуская пальцы в его волосы. Такие жесткие, приятные, так и хочется их постоянно перебирать пальцами.
– Я когда сегодня увидел, как он тебя… – Дэн замолкает, но скрипит зубами от злости. – Я ничего ему пока сделать не могу. Разве что убить, а потом сесть в тюрьму. Это не самый лучший вариант развития событий. Я для него никто, и ни прижать, ни уговорить, ни пригрозить ему я не могу, понимаешь? Но убежать мы можем, пока не поздно. Давай прямо сейчас, Настя. Давай убежим?