Любовь в придачу

Рейдо Диана

Чего бы он ни добивался, он выбрал прекрасную тактику.

От собственной провокации всегда можно откреститься. Заявить, что пошутил. Или, что и того легче, — его неправильно поняли.

Подобные фразы оставляют множество вариантов для толкования… К сожалению.

8

— Не могу в это поверить!

— Во что?

— Неужели наконец-то наступили выходные?

— Линда, если ты еще добавишь — «долгожданные», мне останется только

прослезиться.

Линда сдвинула на лоб солнечные очки, поправила шелк платка на голове.

— Ты собираешься сегодня выходить из машины или мне придется отправиться на поиски одной?

— А разве мы уже приехали?

— А как ты думаешь, почему мы здесь стоим?

— Понятия не имею, — честно ответила Робин, — я думала, что мы едем в дальний мегамолл.

— Начнем поиски с чего-нибудь поближе.

— Почему?

— У тебя никогда не бывало так, что тебе надо что-нибудь купить, ты выходишь из дома, заходишь в ближайший магазин и там приобретаешь вещь своей мечты?

— Не-а.

— Значит, самое время попробовать.

Робин вылезла из машины. Линда хлопнула дверцей с другой стороны.

Они направились к салону, где в витрине были в изобилии выставлены свадебные платья.

— Ты уже решила, что конкретно хочешь найти?

— Так, никаких особых мыслей, — пробормотала Робин, — на практике обычно попадаются совсем другие модели. По крайней мере, с повседневной одеждой работает именно такая практика.

Они медленно двинулись вдоль вешалок с белоснежными, кремовыми, бежевыми, зеленоватыми, цвета слоновой кости, морской волны и даже алыми платьями.

— Со мной будет сложно, — со вздохом заметила Робин. — Всегда непросто подобрать вещи на тонкую талию, когда бедра и грудь при этом пышнее обычного.

— А для чего существуют платья со шнуровкой? Не переживай. И выбери уже хотя бы что-то для первой примерки. Между прочим, могла бы сшить платье на заказ.

— Ни в коем случае, — шарахнулась Робин, — ты представляешь, какая это потеря времени?

— Потеря? Почему потеря? И ведь ты получаешь в точности то, что хочется.

Робин принялась перечислять, только что пальцы не загибала:

— Во-первых, нужно найти подходящую портниху. Или ателье. Я ничего и никогда не шила на заказ, у меня нет полезных контактов. Потом — поиски ткани. Представляешь себе, сколько придется искать нужную ткань? Подбирать к ней стразы, или кружево, или отделочные материалы… И ездить на примерки. На несколько примерок! А в одном магазине, если повезет, можно приобрести не только платье, но и чулки, и фату, и перчатки…

— Тебе нужна фата?

— Посмотрим… В зависимости от того, какое удастся подобрать платье.

— Как тебе вот такое?

Линда указала на манекен, одетый в роскошное платье цвета сливочной помадки, с корсажем,

расшитым бронзовым кружевом, с рукавами фонариком и глубоким вырезом в форме сердца.

У платья было две юбки — верхняя и нижняя. Верхняя была из полупрозрачной ажурной ткани, нижняя — сияющий тонкий атлас.

— Фу, — поморщилась Робин, — чересчур вычурно. Неужели ты надела бы на себя такое в день собственной свадьбы?

— Ну мне свадьба не грозит, — рассеянно пробормотала Линда. — На тебя не угодишь, выбирай тогда сама.

Робин остановилась на нескольких вариантах.

Первым было максимально простое длинное платье из мягкой белой ткани. Подобно древнегреческому хитону, оно льнуло к телу и спускалось на пол изысканными складками. Минимум украшений, лент, стразов и прочей мишуры.

Робин отвергла его, едва взглянув на себя в зеркало.

— Слишком сильно скрывает талию, — решила она.

— Тогда вот тебе следующее.

Следующее было с тугим корсажем, открывающим плечи, руки, соблазнительную ложбинку между полушариями груди. Но юбка оказалась слишком пышной.

— В нем невозможно повернуться, — прохрипела Робин, — и дышать тоже невозможно.

— Повернись, — велела Линда, — я немного ослаблю шнуровку.

— Какая шнуровка, ты что, смеешься надо мной? Оно же на «молнии»! И грудь словно стремится выпрыгнуть из декольте.

— Тогда, конечно, снимай, — пряча усмешку, согласилась Линда. — Вряд ли Майкл переживет, если твоя грудь выпрыгнет из платья на глазах у всей его баскетбольной команды.

— Они-то, по крайней мере, не слишком удивятся. Эти ребята привыкли обращаться с мячами — знают, что с ними делать.

Линда согнулась пополам от хохота.

Робин осторожно натянула на себя следующее платье. Ткань была белоснежной, эластичной, при этом она слабо мерцала. Платье имело длинные рукава с косыми манжетами, глубокий вырез на спине, юбку без всяких кринолинов, лишь с небольшим расширением спускающуюся вдоль бедер.

— Изящно, необычно и изысканно, — прокомментировала Линда явление подруги из примерочной. — А сама ты что думаешь по этому поводу?

— Дышится в нем, конечно, легче, — сказала Робин. — Но слишком уж закрыта шея. Так дело не пойдет!

— Так у нас дело вообще не пойдет. Ты намерена сегодня выбрать платье? Когда свадьба? Через десять дней? Через двадцать? Должна же ты остановиться хоть на чем-то!

— Линда, не дави на меня. Это сложный выбор. Если ты уже устала, иди выпей кофе в какой-нибудь кофейне.

— Никакого кофе, — проворчала Линда, — разве что вместе, но потом. Я ведь взялась помогать тебе, значит, придется довести дело до конца. Знала, на что шла.

Робин засмеялась:

— Кажется, кто-то здесь разыгрывает из себя жертву…