Любовь в объективе
Шрифт:
В итоге понимаю — раз уж я так быстро разобрался с оплатой счетов, то почему бы не попробовать разобраться с проблемой Эвелины. Поговорить с прессой. Чтобы отстали от неё. Пускай это и стоило сделать раньше, но лучше ведь поздно, чем никогда.
Твердо определив план последующих действий, я начинаю искать в интернете телефон какого-нибудь известного новостного источника. Нахожу. Звоню. Мне отвечают. Я представляюсь. Девушка на другом конце не верит. Я говорю, что хочу дать интервью. Она всё ещё не верит. Я требую связать меня с начальством. Она просит
— Ещё раз здравствуйте, — теперь со мной разговаривает уже мужчина.
— Да-да, — говорю я, — здравствуйте.
— Карвин, верно?
— Верно.
— Мы, в общем-то, можем позвать вас на интервью, только при условии, что вы сейчас опубликуете в своих социальных сетях одну рекламную запись, чтобы мы могли быть уверены, что это действительно вы.
Я думаю, что сделка неплохая. Но потом вдруг до меня доходит, что меня хотят просто обмануть. Хочу сорваться, сказать, что я о них думаю, но понимаю, что криками ни хрена не решить.
— Нет, — говорю я, — давайте уж лучше я позвоню вам по видеосвязи, и вы поймёте, что это действительно я.
Мужик тут же начинает съезжать с темы, пытается перевести разговор в другое русло, отчего я быстро понимаю, что тут каши не сварить. Завершаю звонок, откладываю телефон. Смотрю на бутылку — остался один глоток. Допиваю виски, отставляю пустую тару на пол. Снова поднимаю телефон и, скрипя зубами, решаю набрать Майку.
— Да, слушаю? — чересчур занято отвечает он.
— Майк, это я, — говорю в ответ.
— Кристоф? Привет. Что-то хотел? — Он делает паузу, после чего добавляет: — Слушай, не хочу тебя обижать, но я немного занят. Если что-то срочное, говори быстрее.
— Да, — говорю я. — Хочу узнать номер тех ребят, что опубликовали новость про Эвелину.
— Что? Зачем?
— Решить проблему.
— Не волнуйся, — говорит он. — Это было полгода назад. Я уже всё решил.
— Правда?
— Да, у вас с Эвелиной исключительно рабочие отношения. Чтобы люди не думали иначе я даже договорился, чтобы тебя не приглашали на пиар-компанию фильма.
— Что? — подскакиваю с дивана. — Да ты охренел?
— Кристоф, ничего личного. Наше сотрудничество закончено. Теперь я работаю с другим человеком. С человеком уравновешенным и более востребованным, чем ты.
— Ах ты ж жук… — не успеваю договорить, как звонок сбрасывается.
Я срываюсь, хочу зашвырнуть телефон подальше, но вовремя успокаиваюсь, откладывая тот в сторону. Не надо больше психов. Это одна из причин, по которой я докатился до такого состояния. Нужно просто меньше психовать. Нужно. Просто. Меньше. Пси… Хватаю телефон, замахиваюсь и закрываю глаза. Нет. Нет-нет-нет. Тише, Кристоф. Всё хорошо. Всё. Тихо…
Иду за новой бутылкой, откупориваю и на этот раз совсем не мелочусь. Заливаю сразу половину. Всё внутри горит просто невозможно. Но я пью дальше. Осушаю бутылку за пару минут и лезу за новой. Открываю. Уже даже не смотрю, что это и тут же начинаю заливать содержимое в себя. Ещё несколько минут и вторая бутылка крепкого
Я еле стою на ногах. Кажется, будто я не в квартире, а на грёбанном средневековом корабле, который качает на волнах так, словно он вот-вот перевернётся. Делаю шаг, запинаюсь, падаю. Поднимаюсь. Ещё шаг… Понимаю, что ходить — это не моё. Падаю, опираясь на хрен пойми что. Ползу. Ползу не знаю куда. Вижу входную дверь. Подползаю к ней. В башке каша. Не знаю, зачем я собрался покинуть квартиру, но мне уже всё равно — цель намечена, и я к ней иду. Пытаюсь дотянуться до ручки. О господи… Там ещё такая сложная система… Нужно открыть грёбанный замок.
Пытаюсь подняться, опираясь на дверь, кое-как дотягиваюсь до замка, проворачиваю, закрываю глаза, выдыхаю, открываю глаза и вижу красный след на двери, прямо возле своей головы. Пытаюсь понять, что это. Оборачиваюсь на комнату и обнаруживаю прерывистую красную линию. Трогаю голову. Мокро… Понимаю, что я в заднице. Пытаюсь открыть дверь, открываю и вываливаюсь наружу, как мешок с картошкой. Дальше сил встать уже нет.
Глава 27
Эвелина.
Не успела я вернуться домой, как Майк завалил меня предложениями поучаствовать в той или иной рекламе.
— Так, — это нам не нужно, — сидя на диване в зале говорит он. — в это ввязываться тоже не стоит, только репутацию испортим. Вот! — неожиданно восклицает он так, что я и Карина, сидящие в кухонной зоне, отелённой от зала только барной стойкой, подпрыгиваем на месте. Карина даже умудряется пролить кофе на стол.
Успокоившись, я устало смотрю на подругу. Поднимаюсь, иду за тряпкой и вытираю стол.
— Может, отложим это на потом? — спрашиваю я Майка.
Он даже не слышит меня. Продолжает копать в своём планшете.
— Не-ет… — сначала я думаю, что он отвечает мне, но, высунувшись чуть посильнее, понимаю, что это вовсе не мне. — Реклама нижнего белья тоже не подойдёт. Это было ошибкой.
Карина отставляет кружку, ёрзает на стуле и выпрямляется, глядя на Майка.
— Почему же нет! — восклицает она. Майк оборачивается к нам. Карина поднимает руку и начинает махать. — Мне очень даже подойдёт. — Она смотрит на меня, затем снова на Майка. — Как насчёт того, чтобы отдать хоть одно предложение мне?
— Карина, — говорит Майк, чудом вытянутый из глубин заваливших его предложений, — я ведь уже помог вам с поиском новой роли. И так делаю для вас всё, что могу по просьбе Эвелины.
— Вот как? — возмущается Карина. — Значит, по просьбе Эвелины?
Я складываю тряпку и иду к раковине, чтобы выжать ту.
— Вы же даже не платите мне.
— А что, слово «помощь» в это мире уже ничего не значит, — манерно наезжает подруга.
Выжав тряпку, я оборачиваюсь к Майку. Он смотрит на меня в надежде, что я хоть как-то успокою подругу. Но я лишь молча пожимаю плечами, слабо улыбаясь в ответ на немую просьбу Майка.