Любовь сильнее меча
Шрифт:
Наследник Алвисида с драгоценной головой поверженного бога, спрятанной в изящном ларце, победителем вступил в родовой замок. С ним была женщина — Хамрай и Аннаура с интересом выслушали рассказ Радхаура о Марьян.
Звали ее Ок Дон Ки и была она дочерью царственного вана из далекой страны Когуре (Хамрай там был лет семьдесят назад в поисках драгоценной жемчужины Еый поджу, что помогает морским драконам возноситься на небеса. Жемчужину он нашел, но для его целей она оказалась бесполезна, хотя и обладала весьма ценными магическими свойствами).
Как-то раз ван тяжко заболел и никто не мог вылечить его и лишь один
Отец умер от горя, а старший брат принцессы, Хангон, ставший ваном, отвел ее на гору Тхэбэксан и, как самое дорогое, что у него есть, предложил ее Хвануну, верховному владыке неба, живущему на звезде Тхыльсон.
Жертва была принята — черная тьма перенесла Марьян в другие земли, в Ирландию, в Храм Каменного Зверя. Здесь она стала жрицей судьбы, здесь она получила имя Марьян (Ок Дон Ки странно звучало для ирландцев). Здесь она познала людскую жестокость и несправедливость, но не со стороны обитателей храма, которые полюбили странную уродинку с непривычными чертами лица.
Жрицы судьбы оставались в чреве волшебного Каменного Зверя на двенадцать дней один на один с желающими познать свое будущее. Плотские забавы не возбранялись — наоборот, они способствовали более точному предсказанию. Но Марьян никто не брал с собой в чрево Зверя; все приезжающие рыцари предпочитали спутницами других жриц, красивых и не обезображенных.
Марьян уже думала, что никогда не войдет в Зверя, как однажды приехало слишком много мужчин, желающих узнать будущее перед опасным походом. Жриц на всех не хватило и Марьян тоже выбрали в спутницы во чрево Зверя.
Как она была счастлива, она хотела отдать незнакомцу лучшие порывы ее души. Но они ему были не нужны. Он напился дрянного вина, что привез с собой, и грубо напал на Марьян (Радхаур внутренне напрягся и гневно сжал кулаки, рассказывая об этом эпизоде).
Насильник чуть не убил несчастную, искромсав ее тело ножом, но произошло чудо — из стены кельи появилась голова зверя, такая же как у настоящего, но много меньше, и пожрала человека, посмевшего причинить зло жрице судьбы, жрице Каменного Зверя. Марьян едва осталась в живых, долго болела, шрамы еще более обезобразили ее.
Радхаур приехал в Храм Каменного Зверя после посещения каталога алголиан и встречи с головой Алвисида по рекомендации Фоора. С Радхауром были Этвард и Ламорак, молодой король Сегонтиумский. Фоор уговорил друзей посетить Храм Каменного Зверя, с тайной надеждой узнать — суждено ли Наследнику Алвисида возродить поверженного бога.
Радхаур не смотрел на женщин — потому, что в тот день по его вине и воле погибла его бывшая возлюбленная, Сарлуза, сожженная пламенем мести Князя Тьмы Белиала. Наследнику Алвисида было все равно с кем идти в чрево Зверя и он, чтобы желания тела не мешали ему думать, выбрал самую некрасивую из всех — Марьян.
Но все вышло совсем не так, как предполагал Радхаур. Он, чтобы отвлечься от невеселых дум своих, попросил рассказать ее о себе. Он был просто ошарашен — сколько выпало несчастий и испытаний на долю этой маленькой, но несдающейся перед ударами судьбы, женщиной.
Она попросила поцеловать ее, чтобы хоть на крохотное мгновение если не почувствовать, то угадать дыхание любви.
Ночью Радхауру приснилась Лорелла — его первая возлюбленная, девушка из озера, на которую Сарлуза наложила чары, подобные заклятию Алвисида. Но Лорелла не погибла в первую брачную ночь с Радхауром, ее спасли Фоор и Хамрай. Однако, счастья любви Лорелла не смогла узнать — ее отец, повелитель Ста Озер царь Тютин, превратил опозорившую его дочь в птицу-лебедь и послал на другой край земли, туда, куда уходит отдыхать день, к своей родственнице богине Чальчиутликуэ и ее мужу богу дождя Тлалока, где живут все дети вод, желающие отмолить грехи.
Во сне Лорелла сказала: «Я люблю тебя, Радхаур, я никогда не расстанусь с тобой. Я растворилась в каждой женщине: с кем бы ты ни был — ты и со мной тоже. Пока ты помнишь меня — я с тобой. Ты любишь другую — любишь и меня в ней. Я — в каждой. Я — Любовь…»
Радхаур думал, что никогда больше не узнает любви — это чувство мертво для него. Но ему все равно придется взять какую-нибудь женщину в жены, чтобы не прервался славный род Сидмортов, графов Маридунских. Рядом с ним на постели лежала уродливая Марьян — он непроизвольно во сне гладил ее волосы, полагая, что ласкает Лореллу.
Он проснулся и почувствовал, как напряжена от негаданной ласки несчастная жрица судьбы.
Ради Лореллы, ради всех женщин на свете, которым он не сможет подарить любовь, Радхаур отдал этой уродинке всего себя — пусть на краткие мгновенья, но целиком. Он не видел пред собой страшное, пересеченное старыми шрамами лицо, руки ласкали ее кожу, не чувствуя шероховатости шрамов — перед ним была женщина, которая жаждала любви.
И с губ его сорвалось нежданное: «Я люблю тебя». Сорвалось, потому что он уже никого больше не сможет полюбить.
Но Марьян поверила. И случилось чудо — Каменный Зверь вернул ей красоту, исчезли шрамы и горб, пропало ненавистное фиолетовое пятно, покрывавшее всю левую половину лица. Она стала прекрасна и достойна любви!
Но она была ненужна Радхауру — она не пробуждала в нем никаких чувств, как женщина, он умер, умер для любви и не желает больше об этом думать!
В предсказании он увидел другую девушку — с золотыми волосами. Если ради кого и стоит жить, то для нее.
Черноволосой Марьян в предсказании не было. Она умоляла Радхаура взять ее с собой, хоть кем, хоть рабыней. Он отказался и уехал вместе со своими друзьями, торопясь на корабль, чтобы плыть в Бретань, где их ожидала армия.
Она пронзила себе сердце острым трехгранным кинжалом — без Радхаура для нее не было жизни.
Узнав об этом, Радхаур вернулся в Храм Каменного Зверя. Он был вне себя — все, кто имел несчастье полюбить его, погибали. Он проклят!
Мертвая Марьян лежала на постели в своей келье. Радхаур открыл ларец с головой Алвисида, что отдал ему Фоор, и попросил легендарного предка оживить Марьян. «Я не могу этого сделать, — в ответ на просьбу сказал Алвисид. — Если бы даже я мог, то это бесполезно… Ты не возьмешь ее с собой, даже если случится чудо и она оживет. Она будет мешать тебе собирать мои члены. А без тебя она вновь покончит с жизнью…»