Любовь рыцаря

Скотт Аманда

– Разумеется, вы правы. – Майкл кивнул. – Мы с Генри досконально изучили все, что есть в Рослине. Признаться, ничего особенного мы не нашли: купчая на замок, грамота о пожаловании баронского титула, брачный договор моей матери, несколько постановлений баронского совета… Генри, помимо прочего, еще и барон Рослина, – пояснил он специально для Изобел, – мой же титул – владелец замка Рослин. По сути дела, это просто красивые слова, да и к тому же титул за мной не останется. Когда у Генри родится мальчик, титул перейдет к нему.

Йен улыбнулся:

– Когда ваш брат официально

станет графом Оркни, вы получите новый титул. Если я правильно понял, это часть договора, который Генри заключил с королем Шотландии.

Майкл кивнул.

– Что еще за договор? – заинтересовалась Изобел. Поскольку Майкл молчал, вместо него ответил Йен Даб:

– Сэр Генри приобретет множество привилегий, которые, по сути, сделают его принцем. У него будет право чеканить собственную монету и вершить суд в своем округе. Что до сэра Майкла, то он, как потенциальный наследник, будет носить титул «лорд Майкл Синклер из Рослина».

– Для меня это не имеет значения, сэр, – сказал Майкл. – Пока у Генри нет сыновей, главный его наследник действительно я, но рано или поздно сын родится… К счастью, у меня нет особого желания становиться графом Оркни…

– Ты прав, парень, – Йен прищурился, – эти титулы очень почетны, но они накладывают много ответственности, так что с ними не захочешь никакого почета… К тому же, поскольку на этот титул была куча претендентов, норвежский король обещал его лишь тому, кто согласится на беспрекословное подчинение ему, да в придачу еще и затребовал за этот титул такую сумму, которая не каждому богачу по карману.

– Вот пусть у Генри и болит голова, – усмехнулся Майкл, – а мне своих забот хватает. На данный момент моя главная забота – пресловутые сокровища. Вы можете рассказать мне еще что-нибудь о нем, сэр?

Словно размышляя о чем-то, Йен Даб пожевал губами и наконец произнес:

– Наверняка есть люди, которые знают об этой истории больше меня, но молчат. Молчать их вынуждает память о могучем влиянии Энгуса Ога и Брюса, которая еще жива, а также клятва верности его светлости. Если хотите, сэр, мы можем пройти в мою комнату, и я покажу вам документы. С некоторых из них я сделал хорошие копии, которые готов подарить вам. И все же мне кажется, сэр, если вы всерьез намерены искать ответ – ищите его в Рослине. Вряд ли вы найдете что-нибудь в Кэтнессе – это имение стало собственностью вашей фамилии как приданое вашей матери и, стало быть, во времена вашего деда не имело отношения к семье.

Майкл повернулся к Изобел:

– Ты тоже хочешь посмотреть эти документы?

Изобел отрицательно замотала головой: на нее и так свалилось чересчур много информации. Из того, что сказал Йен о знатности Майкла, она заключила, что ее прежнее представление было не совсем верным. Сам по себе факт, что Майкл – брат человека, которому предстоит стать норвежским принцем, был ей по большому счету безразличен. Даже разговоры о баснословных богатствах Генри не волновали Изобел – если брат Майкла богат, то это еще не значит, что богат он сам… Да она выходит замуж за Майкла не ради денег. Впрочем, если Майкл, а вслед за ним и его дети могут унаследовать титул принца – это все-таки не игрушки…

Изобел

знала, что не должна скрывать от Майкла свои опасения, и чем раньше она о них скажет, тем лучше; Майкл по-прежнему оживленно обсуждал с Йеном Дабом содержание документов, и ей не хотелось их прерывать.

Изобел поднялась из-за стола.

– С вашего позволения, я хотела бы удалиться. Желаю вам спокойной ночи. Завтра, судя по всему, нам предстоит долгий и трудный день…

Мужчины тоже встали.

– Я провожу тебя до спальни, – сказал Майкл. – А с вами, сэр Йен, мы, надеюсь, продолжим разговор позже, в вашем кабинете.

– Не беспокойся, Майкл, – Изобел улыбнулась, – я знаю, где моя спальня. Когда мы останавливаемся в Дуарте, я обычно сплю в одной спальне с тетей Юфимией.

– Все равно я провожу тебя. – Майкл повернулся к Йену: – Потом, как только я вернусь, мы продолжим.

– Хорошо, – Йен кивнул, – я подожду. – Он подмигнул Изобел. – А ты спи спокойно. Если Лахлан обещал позаботиться о твоей свадьбе, значит, она состоится завтра же, вскоре после того, как ты встанешь.

– Не сомневаюсь, сэр. – Изобел сделала реверанс, после чего Майкл бережно взял ее под руку. Изобел вдруг задумалась о том, когда именно Майкл из человека, который во всем уступал ей, превратился в настоящего мужчину.

Когда они дошли до второго этажа, лестница стала уже, и идти пришлось друг за другом. Изобел пошла вперед. Добравшись до спальни, которую она делила с леди Юфимией, девушка взялась за ручку двери, но Майкл вдруг остановил ее.

– Подожди, – тихо произнес он. – Может, ты скажешь мне, чем так огорчена?

– Я думаю, – прошептала Изобел, – нам не стоит здесь разговаривать. Во-первых, нас может услышать леди Юфимия, во-вторых, тебя ждет Йен Даб.

– Йен Даб терпелив, а что до леди Юфимии, то она смотрит уже десятый сон – я даже отсюда слышу, как она храпит. Так что же тебя настолько расстроило?

– Ерунда, ничего особенного… – Изобел не знала, как объяснить Майклу свои сомнения так, чтобы он ее правильно понял, и в то же время не выдать секреты своей семьи.

Внезапно она почувствовала, как краска приливает к ее лицу.

– Придумай ответ поубедительней, красавица! – Майкл усмехнулся. – Я же чувствую – что-то явно не так! Не хочешь говорить правду – сочини по крайней мере такую ложь, в которую бы я поверил.

Никогда еще Изобел не чувствовала себя так неловко под взглядом Майкла; и все же сказать всю правду она – Бог свидетель – не могла.

Взгляд Майкла продолжал удерживать ее взгляд, словно в неком невидимом замке, и душа Изобел разрывалась от чувства стыда. Наконец она хрипло проговорила:

– Просто… просто все получилось как-то уж очень быстро! Я сама не ожидала, что наша свадьба состоится так скоро. Дело даже не в предстоящем путешествии. Если Гектор или Лахлан поступят по-своему, то мы поплывем с целой флотилией, окруженные толпой родственников, гребцов и всякого рода охранников. Вот только я боюсь, что ты не хочешь жениться на мне. Не обманывай себя – ты знаешь, что не хочешь! Ты так же считаешь, что тебя вынудили вступить в этот брак, как и я…