Любовь не сдается
Шрифт:
– Ну что ты, детка! Ты можешь спрашивать меня обо всем, что тебя интересует, что для тебя важно. Ведь у нас с тобой всегда были доверительные отношения.
Летиция задумалась, припоминая события тридцатилетней давности.
– В общем ничего особенного не было, – начала она свой рассказ. – Мы учились в университете. Алекс был старше меня на четыре года и казался мне, вчерашней школьнице, взрослым мужчиной с большим жизненным опытом. Мы иногда встречались на студенческих вечеринках, где девушек всегда было больше, чем ребят, и каждый парень был нарасхват.
Однажды мы оба были приглашены к одной студентке из нашей
– И в темноте обнимались и целовались? – предположила Айрис.
– Ты будешь смеяться, но – нет. Прошло несколько месяцев, пока он решился поцеловать меня первый раз. Я замирала от восторга, но отвечала ему робко и неумело. Летом мы отдыхали в разных местах и обменивались нежными письмами. Но наши отношения не были безоблачными.
Айрис вопросительно посмотрела на мать, но та не заметила или сделала вид, что не заметила ее взгляда, и продолжила:
– Алекс ввел меня в свою компанию, состоявшую из четырех его однокурсников. Я была там единственной девушкой, но ребята относились ко мне, как к своему товарищу. Я очень гордилась тем, что они приняли меня в свой круг. Подражая им, я начала курить и вместе с ними посещала пабы. Они вели очень умные разговоры, но мне было приятно, что Алекс – самый умный из них.
С каждым днем мое чувство к Алексу становилось все сильнее и глубже. Но воспитанная в строгих правилах я считала, что должно пройти много времени и мы должны хорошо узнать друг друга, прежде чем лечь с ним в постель. Однако мое влечение к Алексу все возрастало, и мне самой уже трудно было оставаться в рамках благопристойной сдержанности. Наверное, мои чувства отражались у меня на лице, потому что Алекс в отношениях со мной стал более уверенным и настойчивым. Мы уже не сопротивлялись нашим страстным порывам, и я была совершенно счастлива. Но, надо заметить, между первым поцелуем и первой близостью прошло ровно полгода. А поженились мы после окончания университета, когда Алекс, как перспективный молодой ученый, получил место ассистента на кафедре, а я устроилась на работу в издательство. Первую годовщину нашей свадьбы мы отмечали уже втроем, вместе с тобой, моя дорогая девочка. – Летиция улыбнулась и посмотрела на дочь.
Айрис слушала внимательно, но взгляд ее был полон грусти.
– У тебя все было просто и ясно. Ваше чувство было взаимно, и тебе не приходилось переживать из-за того, что ты любишь его, а он любит другую…
Летиция все поняла. У нее сжалось сердце. Бедная моя, подумала она. Неужели и ты должна через это пройти?!
– Ты ошибаешься, – сказала она вслух. – Именно так у меня и было.
– И ты именно это имела в виду, когда сказала, что ваши отношения с отцом не были безоблачными?
– Совершенно верно. Однажды, когда Алекс уже не сомневался, что я в него влюблена, он спросил меня, любила ли я кого-нибудь до него. Я честно ответила, что нет. В школе мне нравился один мальчик, но это не в счет. И тогда он признался мне, что
Женщина, которую любил Алекс, была старше него. У нее что-то не сложилось в личной жизни, а с Алексом она пыталась забыть свои неприятности. Для него же она стала олицетворением всех добродетелей. Их связь продолжалась год. Алекс хотел, чтобы со временем она стала его женой. Поняв, что у него серьезные намерения, она решила расстаться со своим молодым другом, потому что связывать свою жизнь с этим пылко влюбленным юношей не собиралась и не хотела, чтобы у него оставались пустые надежды. Он долго не мог взять в толк, почему она ему отказала, упрашивал, умолял, настаивал, но все напрасно – его возлюбленная была непреклонна.
Алекс очень переживал, не находил себе места, писал проникновенные стихи. Со временем душевная боль начала стихать, но в сердце занозой сидела обида. В то время мы и познакомились. Теперь я понимаю, что вначале Алекс все время сравнивал меня с отвергнувшей его женщиной. Я была молода и неопытна, и ему было не очень интересно со мной. Но в то же время молодость и неопытность были моим неоспоримым преимуществом, ведь рядом со мной Алекс чувствовал себя взрослым, ответственным и многоопытным мужчиной.
Признаюсь тебе, я страшно ревновала его к этой женщине. Но я считала ревность недостойным, низким чувством и старательно подавляла ее в себе. Однако она вспыхивала всякий раз, когда Алекс бывал в мрачном настроении и мне казалось, что он не может забыть свою прежнюю любовь.
Но со временем все прошло – и его меланхолия, и моя ревность. Может быть, он и вспоминал иногда свою первую любовь, но вслух никогда об этом больше не говорил. Мы все чаще стали обсуждать свое совместное будущее. И все стало на свои места.
– Мама, а потом, когда вы уже были женаты, отец никогда не вспоминал о той женщине – может быть, в сердцах, когда вы ссорились?
– Нет, никогда. Я думаю, что это все-таки была не настоящая любовь, а увлечение, свойственное определенному возрасту, с годами оно прошло. Наша жизнь текла спокойно, размеренно и счастливо. Но, к сожалению, мы недолго были вместе… – Летиция тяжело вздохнула и умолкла.
– Мамочка, извини, что я заставила тебя вспомнить о грустном.
– Что ты, девочка! В сущности, это были замечательные, самые светлые годы жизни. Мы были молоды и полны надежд. – Летиция взглянула на часы и испуганно вскрикнула: – Ой, мы с тобой проболтали, а у нас еще далеко не все готово! Бедный Джулио! Он рискует остаться без ужина.
– Не преувеличивай! Нам осталось сделать совсем немного. Давай я займусь готовкой, а ты иди переодеваться.
Через час, когда раздался звонок в дверь, Летиция и Айрис были одеты к ужину, а белоснежная скатерть на столе еле проглядывала из-под расставленных на ней разнообразных блюд.
14
Спустя три дня Летиция вместе с Джулио вернулась в Италию. Джулио заключил контракт с издательством на перевод ряда книг с итальянского и договорился, чтобы именно Летиция делала самые ответственные переводы. Таким образом она получила возможность еще некоторое время пожить в Италии, одновременно работая по заданию издательства.