Любовь напоказ

Хас Лана

– Превосходно выглядишь, – сказал Артемьев тихо.

– Спасибо, – ответила Лера ему в тон. – Как тебе наша квартира?

– Впечатляющая.

Макс с трудом поддерживал весь этот спектакль. Нужно было просто схватить её за шкирку, выволочь из квартиры и запихнуть в машину. Но что-то подсказывало ему, что это не поможет, с ней так просто не будет.

– Просторная…

– Я именно такую и хотела и до офиса недалеко. Скоро дизайнер пришлёт эскизы интерьера. Посмотри, думаю, тебе должно понравиться. Если всё одобришь, отделывать её начнут уже на

следующей неделе. Но я надеюсь, – она сделала небольшое ударение на последнем слове, – что ты внесёшь хоть какие-то изменения на свой вкус. Не хочу потом всё время наблюдать твою кислую физиономию оттого, что тебе здесь некомфортно.

– Хорошо, я посмотрю, – ответил Максим холодно, крутя между пальцами ножку из тонкого стекла. Болела голова.

Лера стукнула своим бокалом о его.

– За счастливую совместную жизнь, – её голос отозвался эхом сарказма в помещении.

– И спокойную, – добавил он устало.

– И спокойную, – согласилась невеста, прежде чем сделать глоток. – Как интервью?

– А как оно? – повёл бровью Макс.

– Всё успешно разрешилось?

Артемьев бросил быстрый взгляд на часы на запястье.

– У меня есть сорок минут, чтобы привезти тебя на съёмки, – отозвался Макс откровенно.

Девушка только хмыкнула в ответ. Тишина затягивалась.

– Не думаю, что настроена на интервью, – протянула она.

Макс одним резким движением выбил из её рук бокал, и оба они разлетелись вдребезги об стекло окна с хрустящим звоном, разбрызгивая красную жидкость. Его рука легла ей на затылок и, вцепившись в волосы, развернула девушку лицом к себе. Та лишь слегка поморщилась, но удивлённой не выглядела. Вся эта сцена проходила в абсолютной тишине.

– Думай, что делаешь, – прошипел он сквозь плотно сжатые зубы после того, как долго вглядывался в её бесстрастное лицо. Лишь тёмные большие глаза горели вызовом и нежеланием мириться с обстоятельствами.

– Только после тебя, – бросила она в его разъярённое лицо.

Ярко накрашенные губы растянулись в нахальной улыбке, оскалив ровные белые зубы пираньи.

– Ты полная идиотка, если устраиваешь подобные сцены из-за того, что я не приехал посмотреть с тобой квартиру. Не сравнивай ситуации, потому что это совсем разное.

– Мне кажется, сцену сейчас устраиваешь ты, – ответила она, стараясь сохранять спокойствие, которое довольно сложно сохранять, когда с тебя живьём пытаются содрать скальп. – И дело не в ситуациях, а в отношении. Я говорила тебе, о взаимном выполнении просьб и требований.

– Это всего-навсего какая-то чёртова квартира, до которой никому нет никакого дела, – яростно выплёвывал Максим слова. – И должен тебя разочаровать, меня в первую очередь. Или моя дорогая невеста забыла, что мы не собираемся вить здесь семейное гнёздышко?

– Ты глупее, чем я предполагала, если думаешь, что следить за нами будут только репортёры и твои фанаты, – оскалилась Лера не менее злобно. – Эта болтливая курица, риелтор, скорее всего, уже сообщила своим подружкам, что будущая госпожа Артемьева на фиг не нужна

звёздному мужу и единственная заинтересована в этой свадьбе. И знаешь… Подобное, разумеется, унизит меня в глазах общества, но тебе такого рода слухи навредят не меньше. Хуже жёлтой прессы могут быть только сплетни на форумах и перешёптывания. Это прокол, дорогой, а я ненавижу проколы. Терпеть не могу, когда что-то идёт не по плану. Мне казалось, у нас чёткий план.

– Который составила ты.

– Потому что ты это сделать не в состоянии, алкоголик чёртов, – прошипела она. – Прекрати нажираться как свинья в пафосных клубах с дешёвыми проститутками. Я не знаю, что не так с твоим звёздным задом, но постарайся держать его дома. Твою мать, я попросила год, всего лишь какой-то чёртов год. Да ты даже дня продержаться не можешь, кретин!

Максим оборвал пылкую тираду, впившись в её губы своими, грубо и нетерпеливо. Неожиданно для самого себя. Девушка не сопротивлялась и даже ответила на поцелуй. Его рука соскользнула с её затылка на шею, и Лера с облегчением вздохнула, ощущая другую на плече. Хватка ослабла и там, но синяк останется точно. Жених прекратил поцелуй так же резко, как и начал, сделал шаг назад, вытирая ладонью алую помаду со своих губ.

– Я понял, мой косяк с квартирой. Но, если ты попробуешь ещё хоть раз воспитывать меня таким способом, я просто сверну тебе шею, – сказал Артемьев хрипло. – А теперь нам пора на съёмки.

На этих словах он резко развернулся и вышел.

– Я бы не была на твоём месте так уверена в хрупкости моей шеи, – пробормотала Лера, видя в отражении стёкла свои блестящие от возбуждения глаза и также, вытирая размазавшуюся помаду. Ей впервые захотелось сделать этому мужчине действительно больно.

Глава 3. Импровизация

Их встретили нарочито вежливо, но уже без особого радушия. Лера понимала недовольство персонала и всей площадки, поэтому не обращала внимания на перекошенные гримасы, которые то и дело возникали на лицах стаффа, стоило тем решить, что на них никто не смотрит. Времени ей хватило лишь чуть припудрить лицо и пройтись щёткой по волосам. Ей дали в гримёры женщину лет сорока с небольшим, которая выглядела весьма неплохо, но слишком сильно источала сигаретный запах. Лера с трудом сдерживала порывы отшатнуться, когда руки той мелькали слишком близко от её лица.

На площадку их проводили и усадили в мягкие тёмно-бежевые кресла. Напротив стояло два таких же посадочных места для ведущих и между ними небольшой столик с вазочкой фруктов и стаканами с водой.

Яркие лучи осветительных приборов неприятно слепил глаза, но, казалось, все, кроме Леры, к этому уже давно привыкли и просто не обращали внимание. За выделенным пространством для съёмок в темноте стояло множество операторов, звукорежиссёров и техников. За ними в полном мраке на выставленных в три ряда стульчиках сидела небольшая группа девиц. Лера пришла к выводу, что это фанатки, получившие разрешение поприсутствовать.