Любовь, как криптология
Шрифт:
— Карина, твою мать, это уже не смешно! — проинформировал я женушку, врываясь в ее комнату. Даже ухом не повела. — Карина! — потряс ее за плечо.
— М-м-м…
— Просыпайся!
— Чего надо? — сонно пробормотала она, отрывая голову от подушки.
— Ворота ты испортила?
— Ничего я не портила, — вяло возразила женушка, приоткрыв один глаз и потерев щеку со следами складок от подушки. Поди полночи кулибничала. Зараза мелкая. Неудивительно, что проснуться не может.
— И будильник не ты перевела? — саркастически осведомился я.
— Не-а, — до нереальности честная
— И канал мультфильмов не ты заклинила на постоянный просмотр?
— Наглая ложь и провокация.
— И контрастный душ не твоих рук дело?
— А вот это уже точно неправда! — возмутилась Кара, уязвлено вскидывая подбородок.
— Вставай давай и открывай ворота!
— А я-то здесь причем? Кто тебе доктор, что у тебя руки кривые? — ушла в глухую оборону супруга.
Ну, как с ней можно общаться? Воспитательные работы проведешь — скорчит такую мину, будто ты, садист жестокий, дитя обидел, и главное, всех в этом убедит! Даже меня самого! Спустишь парочку выбрыков — на шею взбирается. И опять же с таким видом, будто это в порядке вещей.
Так-с, нужно давить на ее слабые места. А слабое место у нее одно — деньги, вернее, их отсутствие.
— Хорошо, уговорила. Плачу тебе две тысячи, а ты приводишь в порядок систему.
— Три, — откинулась на подушки Кара.
— Ты вчера сама говорила, что две! — напомнил я.
— Ну, так… Инфляция, — развела руками она.
— Р-р-р…
— Не нервничай, дорогой. Ты мужчина в возрасте. Вдруг сердечко прихватит? — насмешливо поддела нормалка, откидывая одеяло. — Так и будешь смотреть или позволишь одеться в одиночестве?
Я выскочил в коридор и оглушительно хлопнул дверью, прежде чем сообразил, что могу разбудить детей. Дрянь такая! Ожидая Карину, внимательно оглядел себя в зеркале. Почему это я в возрасте? В самом расцвете сил! Сама-то тоже не первой свежести. А форму, между прочим, постоянно поддерживаю… Поддерживал… М-да, надо как-нибудь снова спортом заняться.
— Ну, что, согласен на мои условия? — деловым тоном поинтересовалась шантажистка, остановившись рядом со мной и пытаясь спрятать в глубинах шевелюры красную прядь. Но та в силу своей объемности и яркости все равно проглядывала сквозь маскировку.
— Согласен, — скрепя сердце согласился я. В противном случае, чувствую, на работу сегодня не попаду.
— Чудно, — просияла улыбкой женушка. — Значит, я тебе за ремонт машины только тысячу должна осталась. Плюс еще тысяча за сумку, итого — две, — чуть более грустно резюмировала она и направилась во двор.
Э-э-э… Я фигею с этих нормалов! Думал, меня дополнительно раскрутить желают, а она дебет с кредитом сводит. Сказать, что она в любой момент может получить доступ к моим счетам в любом банке, попросту предъявив паспорт? Не, не стоит. Меньше знает — крепче спит. И я тоже буду спать спокойней.
Это надо же додуматься — скрупулезно подсчитывать, сколько собственному мужу задолжала. Дурдом какой-то! Даже учитывая, что мы разведемся через пару месяцев, все равно ненормально. Как будто я отпетый скряга и счет ей в конце выставлю. Конечно, я сам ее разок шпынял на эту тему, когда машину разбила, но… нельзя
Я почувствовал, как на лице расплывается до неприличия довольная ухмылка. Малышка, ты попала!
Ура, ура, ура! Я таки сократила свой долг! Теперь сумма стала значительно меньше и не внушала больше нездорового трепета. Еще чуток, и полностью с ним расплачусь.
Триумф портила лишь рожа Рока, когда он вылез на улицу вслед за мной. Словно котяра, втихаря сметаны обожравшийся. Не поняла… Только что злился так, что пар из ушей валил, а теперь чуть ли не светится. А не продешевила ли я? Вроде нет. Цену загнула, более чем, высокую. В чем же дело?
Я быстро набрала резервный код на аварийной панели, и ворота, тихо щелкнув, отползли в сторону.
— Постой, я же набирал ту же комбинацию! — недоуменно воскликнул Рок, наблюдавший из-за моего плеча.
— Карма, — хитро усмехнулась я. Ага, ща тебе и рассказала, в чем фишка! Секрет в точном интервале между нажатиями кнопок. Просто и эффективно. Сложность лишь в аккуратном интегрировании модуля в действующее программное обеспечение — три часа промудохалась. Моя курсовая во втором семестре, а не хухры-мухры!
— Так я тебе и поверил.
— Ой, езжай уже! Пока вернешься, все сделаю.
— Ладно, — не стал пререкаться муженек. — Вернусь поздно. На кухне список, чем Лэнса с Дженни кормить. Позвоню позже, проверю, — добавил он, садясь в фургон.
— А то мы без твоих проверок не проживем, — тихо пробурчала я.
— Что?
— Ничего. Скатертью дорожка, любимый! — я, приторно улыбаясь, картинно помахала ему рукой. Хотя очень хотелось продемонстрировать совсем иной жест.
Правду говорят: не так страшен черт, как его малюют. Свободного времени стало меньше, но присматривать за детками оказалось не так уж и сложно. Преимущественно потому, что они большую часть времени развлекались самостоятельно. Мои функции свелись к кормежке три раза в день, укладывании вечером спать и игре с Дженни в парикмахерскую. Вот уж кого восхищала чертова рубиновая полоса на моей башке — и косички из нее заплетала, и хвостики делала, и заколками украшала, и на бигуди накручивала. Кошмар! Лэнс, как и прежде, держался отстраненно, обращаясь лишь по необходимости. Иногда у него случались немотивированные вспышки злости. Не знаю, почему. То ли со скуки, то ли, действительно, последствия психотравмы. Готовку пищи Рок мне не доверил, поэтому привозил запакованные контейнеры-полуфабрикаты, мне оставалось лишь разогревать, когда ребятишки проголодаются. Неизменную овсянку варил лично по утрам и оставлял на плите. После чего я ее так же привычно смывала в унитаз, поскольку сама есть не могла, Дженни капризничала и развазюкивала массу по столу, а Лэнс тоже не пожелал кушать за троих и начал крутить носом. Муженек же уезжал с рассветом, возвращался глубокой ночью и валился спать без сил. Ребятишек видел лишь урывками по видеофону. Вот такой дистанционный папаша, блин.