Любовь и баксы
Шрифт:
– Говорю, - кивнул Артур.
– Значит, так… Мы изымаем то, за чем едем, и отвозим изъятое… Ну вы знаете, куда. Наши ребята, со своей стороны, исполняют свою часть работы, которая совершенно соответствует курсу правительства и президента.
Артур посмотрел на вооруженных и облаченных в бронежилеты спецназовцев, которые стояли отдельной группой и, поглядывая на начальство, курили.
– Борьба с коррупцией, терроризмом, наркотиками и криминалом, - сделав строгое лицо, отчеканил Анатольич.
– Совершенно верно, - согласился с ним Артур.
–
– А то!
– обиженно поджал губы Анатольич.
– Килограмм героина в четырех упаковках.
– Очень хорошо, - Артур снова посмотрел на спецназовцев.
– А в том, что нам окажут вооруженное…
– И ожесточенное, - подхватил Анатольич.
– И ожесточенное, - кивнул Артур, - сопротивление, я не сомневаюсь ни секунды.
– И я тоже, - Анатольич взглянул на часы.
– Ну что, поехали?
Артур тоже посмотрел на часы.
– Поехали, - сказал он.
– С Богом!
– С Богом!
Все расселись по машинам, и колонна снова неторопливо покатила по Выборгскому шоссе.
Глава 15
– Ты не базарь, а копай, баклан безрукий!
– Желвак нервничал и озирался по сторонам.
– Да я тебе говорю, что не здесь, а у того камня, - огрызнулся Скелет, орудовавший лопатой.
– У того камня… - Желвак посмотрел на "тот" камень, который был как две капли воды похож на этот.
– Ладно, копай у того. А вы что расселись? Я вам что - прораб, что ли? Вот сейчас достану волыну, и вы у меня будете рыть, как Стаханов на похоронах своего бригадира!
Четверо братков с лопатами побросали сигареты и торопливо подошли к своему товарищу, на долю которого досталось быть основным копальщиком. Еще пятеро рассредоточились по сторонам и бдительно осматривали подходы к месту раскопок.
Обрывистый и извилистый берег речки Чухонки был весь в пещерках, в которых обитали птицы и мелкая живность, а некоторые, наиболее комфортабельные, судя по использованным презервативам, служили пристанищем любителям интимной близости и случайных связей. В одной из этих пещер и должно было храниться сокровище.
Основными ориентирами служили большой камень, лежавший на берегу у изгиба русла, и остатки расположенного в пятидесяти метрах от воды старого финского фундамента, заросшего мхом. На середине расстояния между этими двумя точками и находилась нужная пещера. Но камней было два, и братве, не привыкшей к физическому труду, не хотелось горбатиться зря.
Желвак злился и то грозил жадным, но ленивым бандюкам большой, топереходил к методу пряника, напоминая, что в случае удачи каждый получит жирный кусок. Правда, Желвак имел в виду не долю от сокровища, а обычный гонорар в российских рублях. А попросту говоря - плату за землеройные работы, но братки этого не знали и воображали, что засунут руки по локоть в сундуки с бриллиантами, что все
– А если не та пещера?
– снова донеслось из темного лаза, в котором трудились Скелет, Чача и Рубинштейн.
Коля Рубинштейн не имел кликухи. Вместо нее вполне сошла его настоящая фамилия. Он тоже не был уверен в выборе пещеры, но благоразумно молчал.
– А если не та, то я вас там и похороню, - отозвался начавший уже терять терпение Желвак, - так что вы уж постарайтесь, чтобы она была та. Между прочим, Скелет, ты сам выбрал именно эту пещеру. Камень ему не тот…
Теперь тот, сам выбирал. Так что если тут пустой номер - пеняй на самого себя. Понял?
Из пещеры раздалось невнятное бормотание. Желвак, хмыкнув, подошел к большой спортивной сумке, лежавшей в сторонке, и достал из нее бутылку пива.
– Копайте, копайте!
– прикрикнул он в сторону пещеры и открыл бутылку.
С наслаждением сделав несколько глотков, он громко рыгнул и посмотрел на небо. Если не врал старинный медальон, а он не должен был врать, то Желваку улыбнулось счастье. И тогда он сможет воплотить свою давнюю мечту.
Многое пришлось пережить за свою жизнь уголовному авторитету Николаю Ивановичу Гладильцеву. Занимался он в основном устрашением и грабежами, приходилось и убивать… Но плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, и простой уголовник Колька Желвак знал эту поговорку. Шаг за шагом двигался Желвак вверх по трудным ступеням уголовной иерархической лестницы, и вот уже стал он авторитетным человеком, а скоро, как обещал ему сам Граф, и коронуют его.
И вот тогда…
А еще и овладев кладом…
Была у Желвака мечта.
Странная для криминального авторитета, грабителя и убийцы, но вполне понятная и даже прогрессивная.
Желвак хотел основать газету.
И называться будет та газета - "Конкретные ведомости".
Никто не знал об этой его мечте, и Желвак, избегая грубых шуток, до времени хранил ее в тайне. Он часто представлял себе, как совершенно неожиданно выходит первый номер газеты и все братки встают на уши. А когда они прочтут внизу, в специальном разделе, имя главного редактора - Н. И. Гладильцев, они бросятся к нему и станут спрашивать, не он ли создатель этого чуда?
И Желвак небрежно скажет - а, этого… Ну я, а что?
А они изумятся - ну ты, Иваныч, оттопырил!
Конкретно оттопырил!
А здорово - "Конкретные ведомости"! Это ты, Желвак, в самую точку угодил!
Для конкретных братков - конкретная газета!
И рубрики - "Вести с зоны", "Колонка адвоката", "Криминальная хроника"…
И не такая криминальная хроника, как по телевизору, когда братву в наручниках мордой вниз кладут, а наоборот…
Как именно наоборот, Желвак еще не знал, он понимал, что хвалить в периодической печати уголовные подвиги как-то не с руки, но ловкие писаки, которых он рассчитывал привлечь к этому делу, должны справиться с задачей так, чтобы придраться было не к чему.