Любовь Черного
Шрифт:
Возвращаюсь обратно за стол.
– Как прошел твой день? – спрашиваю, стараясь немного разрядить создавшуюся обстановку.
– Нормально, – бросает Черный и опять мой взгляд ловит, уголки его губ чуть приподнимаются: – Только обратно тянуло. Будто чуял, здесь меня много вкусного ждет.
Повисает пауза.
Он смотрит на меня и улыбается. Склоняет голову к плечу, продолжая скользить взглядом по моему лицу. То в глаза глянет, то к губам
Мое дыхание против воли сбивается.
Тут раздается протяжный писк.
Вздрагиваю и поднимаюсь.
– Ой, пирог, я же на минуту таймер поставила, чтобы разогреть.
Черный поднимается и встаёт сбоку от меня. Наблюдает, как я беру прихватки и достаю форму с пирогом, ставлю на деревянную подставку. Аромат яблок с корицей витает вокруг. Выглядит десерт очень аппетитно.
Улыбаюсь, довольная тем, что получилось. Сверху такая сверкающая корочка.
– Красиво, – заключает Черный.
– Да, – киваю и пробую повернуть форму, чтобы было удобнее нарезать пирог.
Вскрикиваю, когда обжигаюсь. Прихватка чуть соскальзывает в сторону и мой палец соприкасается с горячим металлом.
– Ай! – отдергиваю руку, прижимаю палец к губам.
– Дай глянуть, – говорит Черный и накрывает мое запястье, мягко притягивает к себе и склоняется, изучая покрасневшую кожу.
Миг – его рот прижимается к моему пальцу. Язык скользит по месту ожога. Медленно, осторожно.
Судорожно втягиваю воздух.
– Надо просто, – запинаюсь. – Надо под холодную воду.
Черный отстраняется, но руку мою отпускать не спешит.
– У меня должна быть мазь от ожогов.
– Не нужно, – мотаю головой. – Тут ничего серьезного.
– Тебе больно, – хмуро заключает он.
– Уже почти нет.
Открываю кран, подставляю ладонь под струю ледяной воды. Невольно закусываю губу.
– Ты сможешь пирог нарезать? – оборачиваюсь и смотрю на Черного через плечо. – Но только из формы надо достать. Нож может форму поцарапать.
– Сделаю.
Он быстро извлекает пирог. Нарезает. Отправляет грязные тарелки в посудомойку и достает новые.
– Будешь чай или кофе? – спрашиваю я, закрывая кран.
– Кофе, – бросает Черный и поворачивается. – Подожди, сам сделаю. У тебя рука.
– Ничего, уже не больно.
Улыбаюсь и тянусь за чашкой, для этого приходится всем телом податься вперёд. Опять чувствую на себе тяжёлый взгляд. Поднимаю глаза и смотрю в сторону.
Выражение
Тоже перестаю улыбаться, но мои губы до сих пор приоткрыты.
Музыка отбивается внутри. Или это так стучит мое собственное сердце? Прямо в районе горла, будто сейчас вырвется из груди на волю.
– Я…
Так и не успеваю ничего сказать.
Черный делает один шаг, оказываясь вплотную ко мне, склоняется и накрывает мои губы. Окончательно дыхание крадет.
Его язык проскальзывает вперед. Движется по моему языку. И отступает. Скользит по деснам. Действует уверенно и в то же время нежно. От него веет ощущением сдерживаемой силы.
Это просто порыв. Мощный. Безотчетный. И дальше я сама не замечаю, как мои ладони опускаются на крепкую шею, накрывают упрямый затылок.
Я ведь должна его оттолкнуть. Должна.
Но только притягиваю ближе.
Настоящее безумие. Поцелуй заставляет улететь.
Тут мою ладонь покалывает боль. Приглушенно всхлипываю. Помутнение сознания рассеивается, неприятные ощущения возвращают обратно в реальность. Опять чувствую ожог, и это отрезвляет.
Черный тут же отстраняется. Мрачнеет, изучая мое лицо.
Он проходится по мне взглядом и хмуро сдвигает брови. Замечает, как отдергиваю от него руки, будто обжигаюсь и смотрю на покрасневший палец.
Холодная вода не слишком помогла. Кожу саднит.
Черный уходит и возвращается с мазью от ожогов.
– Спасибо, – киваю и беру тюбик, пока смазываю отметину, что осталась от раскаленной форму, поглядываю на пирог и с сожалением выпаливаю: – Боюсь, все остыло.
– Ничего, так даже вкуснее.
Он подхватывает тарелку. Подмигивает с заговорщическим видом.
И я улыбаюсь, когда вижу, что десерт ему тоже нравится.
– Я редко ем сладкое, – заключает Черный. – Но это охуеть как вкусно.
Невольно выгибаю брови. Смотрю на него выразительно.
– Вкусно, – он широко улыбается. – Очень вкусно.
– Рада, что тебе нравится.
– Нравится, – кивает.
Черный отставляет пустую тарелку.
– А ты почему не пробуешь? – спрашивает.
– Сейчас возьму.
Он подает мне кусок пирога. Сам берет еще один. Заваривает кофе для себя и чай для меня. Замечаю упаковку. Моя любимая марка.