Любовь через года...
Шрифт:
— Эх, Маша, что же ты со мной делаешь. Снова эти чувства. Они делают меня слабым, — прошептал Павел в пустоту. Достал мобильник и набрал своего зама.
— Макс, привет! К моему приезду подготовь всю информацию об ипотеке Марии Михайловны Ивановой, 90-го года рождения. Чтобы отчет лежал на столе…
13
Утром, проснувшись, Мария обнаружила в гостиной огромный букет пион. Такую красоту она никогда не получала в подарок. Маша нежно провела рукой по лепесткам, вдохнула нежный аромат и улыбнулась. Захотелось петь и танцевать. Все вчерашние мысли о необходимости держать оборону сгорели и превратились
В прекрасном настроении Маша спустилась вниз, позавтракала и тут же отправилась на море. Ей хотелось, как можно больше провести все свободное время именно там.
Бредя вдоль берега, девушка ни о чем не думала. Не хотела. Она просто наслаждалась тем, что наконец чувствовала. Маша призналась себе, что снова влюбилась. И ей стало легче. Влюбилась в жизнь, в людей, в события, которые с ней происходят, а самое главное в Пашу. Да, возможно она поступает подло, не по-человечески. Обманывает Игоря, Павла. И «завтра» её обязательно кто-нибудь осудит. Но как же устаешь быть кругом правильной, поступать так, как хотят другие. Как же хочется расслабиться, расправить крылья за спиной, не думая ни о чем и ни о ком. Даже зная, что потом обязательно поплатишься, зная, что спалят эти самые крылья, девушка хотела глоток свободы, хотела вновь познать счастье…
Время пролетело не заметно. Мария опаздывала. Гуляя по берегу моря, она совершенно потеряла счет времени. И вот сейчас вынуждена бежать. Сердце резко колотилось, то ли от быстрого бега, то ли от предвкушения. Однако достигнув последней ступеньки и увидев его, внутри груди все замерло. Павел стоял боком и ждал. В руках у него покоились цветы. Белые розы, её любимые. Мужчина резко повернулся, зацепил её взглядом и улыбнулся.
— Ты прекрасна, — сказал он, подходя ближе к ней.
— Самые красивые цветы для самой красивой девушки. — поднес букет и поцеловал в щечку. — Ты прости я не мастак живописно говорить.
— Паш, поверь, сейчас ты очень красиво сказал. Особенно для девушки в джинсах и футболке. Спасибо.
— За купальником?
— А как же цветы? — Маша растерянно перевела взгляд на розы.
— Отдадим администратору, она занесет в комнату. Пошли.
Павел, как и обещал, передал букет девушке на ресепшене и повел Машу на выход. Недалеко от отеля обнаружился небольшой магазинчик с купальными принадлежностями. Чего там только не было: от надувных матрасов до различных средств для загара. Видимо не только они такие нерадивые туристы, раз поблизости открыли целый магазин. Но им это было только на руку. Мария выбрала себе раздельный нежно-голубой купальник, сланцы и широкополую шляпу. Паша тоже прихватил себе плавки и шлепки. Но немного поразмыслив, решил прикупить ещё надувную подушку. На всякий случай. Довольные тем, что так быстро справились, ребята направились к морю.
Уже там, скинув с себя одежду, Паша с разбегу окунулся в прохладные морские воды. Мария не торопилась. Она аккуратно, шаг за шагом, медленно погружалась. Вскоре Павлу надоело ждать подругу и он просто окатил её брызгами. Девушка завизжала.
— Павлик, ты больной что ли? — возмущалась Маша, поставив руки в боки. — Вода же холодная.
— Нормальная она. Залезай быстрее и привыкнешь.
Маше ничего не оставалось, как последовать услышанному совету. Ведь она и так уже вся промокла. Паша тут же подплыл к Марии и подбросил её за ноги. Девушка
В таком насыщенном режиме ребята резвились до вечера.
— Маш, пошли в отель. Прохладно становиться. Да и ужинать пора.
— Опять в том рыбном ресторане? — ужаснулась девушка. Ей казалось, что она наелась морепродуктов на вечность вперед. Паша захохотал.
— Марусь, нет. В этот раз в другом. Здесь недалеко есть клевое местечко. Больше на бар похоже, но еда там отменная. Шашлыки просто пальчики оближешь, и овощи на гриле обалденные. Выбирай, что душе угодно.
— Заинтриговал. А мороженое там есть?
— Машка, какая же ты предсказуемая, — со смехом потрепал Павел Марию за макушку. — Для тебя найдем.
Пара поспешно собралась и направилась в отель каждый по своим номерам. Маша быстро приняла душ, наспех нанесла макияж. Открыла свою сумку и вздохнула. Девушка жалела, что в командировку не захватила ни одного сарафана. Но кто же знал, что все так получиться. Поэтому вновь влезла в джинсы и футболку. В это время как раз за ней зашел Павел.
Ребята прогулочным шагом шли до бара и громко смеялись, совершенно не обращая внимания на прохожих. Кто-то косился, глядя на веселящуюся парочку, а кто-то мечтательно улыбался.
— Этого не может быть, — сквозь слезы пыталась говорить Мария.
— Так и было. Это же Лас-Вегас. А Петька пьет так, что реально творит что-то невообразимое. Вот и в этот раз отмочил. Я сам был в шоке, когда он мне это рассказывал. Это же надо с другом американцем по пьянке пожениться и проснуться в одном номере. Хорошо, что в одежде. Так что честь, и заодно задница Петра не пострадали только голова и печень.
— И что было дальше?
— Да ничего, уладили они все по-быстрому. Петька потом полгода так по-черному не бухал, боялся.
— Я бы на его месте, вообще бы к алкоголю не притрагивалась.
— Маш, ты просто Петра не знаешь, не сможет он. Да и не захочет. Кстати, мы на месте.
— Ого, атмосферное местечко.
— Согласен, обалденное.
Пара разместилась в конце бара и тут же сделала заказ. Мария выбрала себе овощи, а Паша мясо. А также вкусное вино и конечно же фисташковое мороженое.
— Марусь, ты точно мясо не хочешь? Не набросишься потом на меня с голодухи, — посмеивался Павел.
— Паш, а ты против? — мужчина аж поперхнулся.
— Эээ, нет конечно. Готов побыть для тебя лакомым кусочком.
— Если честно, я так наелась вчера морепродуктов, что пока никакого мяса не хочу.
— Как скажешь.
Павел разлил им по бокалу и сказал тост:
— За нас! И за этот прекрасный вечер!
Маша смутилась от произнесённых Пашей слов. Уж очень звучали интимно, но так приятно, что по телу пробежались мурашки.
— За нас, — прошептала она в ответ.
Пара сидела молча, лишь вкушая еду и наслаждаясь вином. Они получали удовольствие от звуков музыки с кавказскими мотивами и нежно смотрели друг на друга. Изредка их идиллию, прерывал чей-то громкий голос, который звал официанта или кого-то ещё. Им было уютно в этом молчании. Все слова уже были сказаны. Хотелось лишь чувствовать друг друга, смаковать друг друга, как то вино, которое они пили.