Люблю всем сердцем
Шрифт:
– Я всегда думал о тебе как о жене.
Но тут другая мысль мелькнула у него в голове.
– Ладно, по-твоему, я именно такой, а как насчет тебя? Ты заботилась о моих детях как о своих собственных? А теперь решила, что роль матери для тебя не подходит, и ищешь пути отступления?
– Нет, – ответила Минерва, – я люблю твоих детей. – Слезы навернулись ей на глаза. – Именно поэтому мне не хочется доводить ситуацию до абсурда.
Джад пристально посмотрел на нее. Она искренно ответила на его вопрос. Так пусть же поверит, что он тоже искренен с нею.
– Минерва,
Она чувствовала, что он говорит правду. Вообще-то это даже к лучшему. Начистоту так начистоту.
– Я знаю, что не красавица. У тебя были женщины красивее меня. Скоро ты от меня устанешь и захочешь разнообразия.
– Кто тебе сказал, что ты некрасива? У тебя есть характер, свой стиль, и с тобой рядом мне всегда хорошо.
Опять он говорит правду. Но как все сложится дальше? В будущем ей не миновать душевных мук и волнений.
– Но такова природа мужчин.
Джад преодолел разделяющее их расстояние и дотронулся до ее руки. Она чуть заметно вздрогнула и подняла на него свои чудесные карие глаза, которые лучились таким ярким светом, что у Джада дрогнуло сердце.
– Минерва, все зависит от нас – какой будет наша жизнь. Обещаю, я постараюсь не делать ничего такого, что могло бы причинить тебе страдания.
Все зависит от нас – его слова эхом отозвались у нее в голове. Беда в том, что она любит его, а он ее – нет. Лучше ей быть свободной – хотя бы телом.
– Ты не понимаешь. Я не могу по-другому. Eсли я забочусь о ком-то, то делаю это от всей души. Я не умею наполовину. – Для нее это почти признание в любви. Но остались жалкие крохи гордости. Поэтому Минерва развернулась и вышла.
Джад растерянно стоял посередине комнаты и, задумавшись, потирал руку, которая только что прикасалась к Минерве. Он никогда особо не задумывался, что она значит для него. Она так легко и непринужденно вошла в его жизнь, что он даже не заметил. Только сейчас он понял, как сильно к ней привязан, какое чувство нежности испытывает к ней. Подумать только, он может ее потерять!
Вечером Минерва сидела в своей комнате, и невольно ее мысли снова и снова возвращались к сложившейся ситуации. Что будет дальше? Попросит ли Джад у нее развода? Если нет, то как собирается объяснять детям, почему они теперь спят в разных спальнях? Хорошо, допустим, он примет все как есть и не станет ничего предпринимать. Долго ли сможет выдержать она без объятий его сильных рук, сладких головокружительных поцелуев? Она уже сейчас скучает по нему. Возможно ли, чтобы он влюбился в нее? Что-то она сильно в этом сомневается. Если она вернется к нему, то снова попадет в ту же самую ловушку. Ее чувства будут нарастать, а он так и не пустит ее в свое сердце. А дети? Она ведь действительно их любит… Но рано или поздно дети вырастут, и она станет ему не нужна…
Вечером они вместе уложили детей спать. И снова их потянуло друг к другу. Это было тяжело, и Минерва при первой же возможности вернулась в свою комнату.
Она уже закрыла дверь, но раздался легкий стук, и в комнату вошел Джад.
– Мы должны поговорить, – начал он.
Ну
– Ты так легко вошла в мою жизнь… И я обещал, что в любом случае ты будешь обеспеченным человеком. Но знаешь, я только сегодня понял, что мне нужно, чтобы ты постоянно была рядом со мной, чтобы я мог заботиться о тебе.
Он выглядел серьезно, так же серьезно – звучали его слова. Прямо как отец, когда хотел добиться от нее чего-то конкретного. Нет, она не позволит себе обмануться еще раз.
Да, слишком жестокий урок преподнес ей отец. Еще раз такого удара от любимого человека она не вынесет.
– Я помню, ты говорил, что с моим появлением твоя жизнь стала спокойней, удобней… Так говорят про старое мягкое кресло. Но дети вырастут, ты встретишь кого-нибудь еще. А что станет со мной?
– Очевидно, мы слишком мало знаем друг о друге. К твоему сведению, я человек слова. Что же касается тебя, то я никогда не думал, что ты можешь быть такой упрямой.
Как только Джад вышел из комнаты, Минерва безвольно опустилась на кровать. Ужасно, просто ужасно оказаться одной. Слезы горя и отчаяния скатывались по ее щекам. Еще сегодня утром у нее была надежда. Он не прав. Он тысячу раз не прав.
– Все или ничего, – прошептала она на ухо Тревису. И она знала ответ, скорее всего – ничего. Она поступила правильно.
Джад лежал на своей кровати и смотрел в темный потолок. Как странно, что рядом нет Минервы. Он так к этому привык. Привык, что она засыпает на его руке, и тогда он знает: все хорошо, еще один день прожит не зря. Он прекрасно знает, что она хочет от него услышать. Хочет и боится. Ей не нужна его забота. Ей нужна любовь. И он должен убедить ее в своей любви. Что само по себе будет совсем не просто, учитывая то недоверие, которое привил ей отец.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
На следующий день, ровно в полдень, Минерва получила букет кроваво-красных роз. Внутри она нашла открытку от Джада: «Минерве от ее страстного поклонника. Джад».
– Мне кажется, Джад по-настоящему хочет сохранить ваши отношения, – как бы ненароком заметила Люси, заглядывая в открытку поверх ее плеча.
– Мне он говорил о том же, – призналась Минерва.
– А мне сказал, что приезд Фелисы не был согласован с ним заранее. Она взяла инициативу на себя. Я много думала над его словами и пришла к выводу, что он говорит правду. Он никогда раньше мне не врал, а от нее он всегда бежал, как черт от ладана.
Минерва убрала открытку.
– Он хочет сохранить наш брак ради детей.
– А разве, когда ты выходила за него замуж, дети не были для тебя на первом месте? – Люси не упустила возможность напомнить ей их давний разговор.
– Да, – Минерва бросила на нее настороженный взгляд. – Я совсем не собиралась в него влюбляться. Я думала, что мы сможем остаться хорошими друзьями. А потом, когда дети вырастут, он подаст на развод, и я смогу спокойно уйти.
– Так я и думала, – примирительно сказала Люси. – А Джад, он знает о твоих чувствах?