Любить – значит верить
Шрифт:
– Поздравляю. Я очень за тебя рада! Я его знаю? – Брук с удивлением поняла, что ее дружелюбные слова абсолютно искренни.
– Нет. Дэвид – инженер из Нью-Йорка. Я познакомилась с ним, когда слушала курс по компьютерам в университете. Может, ты как-нибудь захочешь пойти с нами в ресторан?
– Спасибо. С удовольствием.
– Ну, по правде говоря, я вышла из дома тебя искать не за этим. Я должна перед тобой извиниться, Брук. А еще я хочу попросить твоей помощи.
– Я как раз собиралась пойти в дом и выпить кофе, – ответила Брук. – Пойдем со мной? Если ты собираешься просить
Смех Шилы прозвучал немного нервно.
– Извинение будет коротким, – сказала она, пока они шли к боковому входу в дом. – Я была просто убита смертью Эндрю и не слишком хорошо восприняла известие Моргана о том, что он нашел тебя и везет в Рендфорд. Кажется, сообщение о твоем возвращении просто оказалось той каплей, которая переполнила чашу. Я плохо приняла известие о том, что у тебя есть сын. Энди – чудесный малыш. Наверное, я просто тебе позавидовала. Когда ты приехала, я вела себя гадко, и мне очень жаль.
– Мать простит что угодно человеку, который говорит ей, что у нее прекрасный ребенок. – Брук говорила непринужденно, стараясь немного смягчить резкие слова Шилы. – И, конечно, я понимаю, что все находились под влиянием того, что произошло с Эндрю.
– Да, нам всем пришлось нелегко, – согласилась Шила. – Хочешь, я сварю кофе? – предложила она, когда они вошли в дом. – Прислуга сейчас убирает комнаты второго этажа, так что в кухне мы будем одни.
– Да, если ты не спешишь. – Брук взглянула на часы. – Сейчас почти десять. Разве тебе не надо быть на работе?
– Мы с Морганом в час вылетаем в Нью-Йорк из аэропорта Логан, так что у меня есть немного времени. У нас назначена встреча с представителями банка, который работает с нашей компанией: надо убедиться в том, что в случае необходимости мы сможем получить срочный кредит.
– А Морган… дома?
– Как ты можешь задавать такой вопрос? Нет, конечно, он на работе. Но я сказала ему, что мне нужно задержаться на пару часов.
Шила поставила стеклянную колбу с водой в кофеварку и включила ее.
– После твоего ухода Морган очень переменился, – неожиданно сказала она. – Он всегда очень много работал и стремился к успеху, но, когда ты исчезла, он превратился в машину, работающую на «Кент Индастриз». Иногда мне кажется, что он живет, дышит и питается только компанией.
– Не вижу, почему ты называешь это переменой, – с невольной горечью отозвалась Брук.
– Теперь все по-другому, – не сдавалась Шила. – Когда ты жила здесь, Морган много работал, но он замечал человеческие потребности окружающих и был снисходителен к их слабостям. А теперь кажется, что он вообще не обращает внимания на людей, особенно если они не имеют отношения к «Кент Индастриз».
Брук начала нервно расхаживать по кухне.
– Так теперь он стал стопроцентным роботом, а раньше был им только на девяносто процентов. И это такая большая разница?
– Да, – отрывисто бросила Шила. – Я тревожусь за отца. Брук, до того, как началась эта попытка перекупки компании, отец хотел продать свои акции «Кент Индастриз» и переехать куда-нибудь, где климат потеплее. Он говорил мне, что мечтает жить в скромном коттедже
– Кофе готов, – сказала Брук, чтобы как-то оттянуть момент, когда ей придется ответить золовке. Она налила в две кружки дымящийся ароматный напиток и только тогда снова повернулась к Шиле. – Ты говорила со мной откровенно, – сказала она, – и заслуживаешь того, чтобы я тебе честно ответила. Я не имею никакого влияния на поступки и решения Моргана. Я помогла бы тебе, если б могла. Но если ты считаешь себя бессильной, то я бессильна тем более.
Голубые глаза Шилы медленно потемнели от изумления.
– Ты действительно так считаешь?! Ты действительно думаешь, будто не имеешь на Моргана никакого влияния? Господи, поверить не могу в то, что ты настолько слепа! Если бы ты ему сказала, что солнце встает на западе, он и то поверил бы, что ты говоришь правду!
Смех Брук звучал почти истерически.
– Если бы только ты знала, насколько далека от истины! Морган бы заподозрил тайный подтекст, даже если бы я сказала ему, что черное – это черное! – Тут она поняла, насколько близко подошла к тому, чтобы признаться в том, о чем намерена была молчать, и стремительно встала, чуть не уронив стул. – Этого мне говорить не следовало, – пробормотала она, выплескивая в мойку остатки кофе.
На секунду губы Шилы снова сложились в жесткую улыбку, которой всегда так боялась Брук.
– Я всегда хотела понять, почему вы расстались. Кажется, наконец я это начинаю видеть, – сказала Шила. Она задумчиво отпила кофе, но тут, к великому облегчению Брук, ее лицо снова смягчилось. – Два года назад я изо всех сил старалась усилить все сомнения, которые питал относительно тебя Морган, – призналась она. – Слава Богу, я с тех пор немного повзрослела и понимаю себя гораздо лучше, чем тогда. Дело не в том, что Морган тебе не доверяет, Брук. Просто он страшно не уверен в себе, когда речь заходит о тебе.
– Морган?! Не уверен в себе?! Неужели мы с тобой говорим об одном и том же Моргане Кенте? Я говорю о своем муже – высокомерном типе, который спокойно шагает по жизни, получая все, чего ему только захочется.
– Брук, да ведь ты же единственная женщина, к которой Морган привязан по-настоящему! И боится потерять – с того первого дня, как с тобой встретился! Посмотри на вещи с его точки зрения. Он привык к тому, что молодые женщины сами вешались ему на шею. А ты ничего подобного не сделала. Судя по тому, что я могла понять, все было как раз наоборот. Это Моргану пришлось тебя добиваться.