Любить не страшно!
Шрифт:
Энджи подумала, что малышка, сама того не подозревая, ее спасла. Кейд Рассел существо из другого мира, почти с другой планеты, он богат, могуществен и привык вращаться в обществе себе подобных. Даже если он и испытывает к ней влечение, от этого разделяющая их пропасть не становится уже. Энджи встала.
– Джинни пора спать. – Она в упор посмотрела на Кейда, и сердце сдавила необъяснимая боль. – Еще раз спасибо за помощь.
Кейд встал одновременно с ней. Он возвышался над Энджи, подавляя ее своей мощью. Он
– Ты можешь нанять ей няньку?
– А что? – вопросом на вопрос ответила Энджи.
– Не уходи от ответа.
Энджи дерзко вскинула голову.
– Я не обязана тебе отвечать. Я на тебя не работаю, ты мне не указ. Что касается няньки, в этом нет никакой необходимости, потому, что я не брошу Джинни.
Энджи надеялась, что Кейд не заметит, как она снова ушла от ответа. Она осторожно понесла засыпающую Джинни в спальню. У нее за спиной прозвучал голос Кейда:
– В таком случае, завтра утром я приеду и привезу завтрак для нас обоих.
Энджи застыла.
– Нет!
– Но почему?
Она яростно замотала головой, не смея повернуться и снова встретиться взглядом с Кейдом. Ни одного разумного довода в подкрепление убеждения, что им не стоит встречаться, у нее не было. Не оборачиваясь, Энджи открыла дверь в крошечный коридор и процедила сквозь зубы:
– Потому, что я не хочу видеть тебя в своей квартире.
Кейда ее отповедь нисколько не задела. Он как ни в чем не бывало заметил:
– Но нам нужно кое-что обсудить.
Не выдержав, Энджи все-таки повернулась к нему.
– Что мы с тобой можем обсуждать, скажи на милость? Нас связывала только Аллегра, а ее больше нет.
Кейд окинул ее оценивающим взглядом и с непрошибаемой самоуверенностью возразил:
– Ошибаешься. Но сейчас ты слишком озабочена болезнью Джинни, чтобы говорить о чем-то еще. Утром ей наверняка станет лучше, тогда и продолжим разговор.
Он ушел и закрыл за собой дверь, как Энджи и просила. Она подошла к окну и осторожно выглянула в просвет между занавесками. Кейд шел по тротуару к своей машине – высокий, энергичный, целеустремленный, казалось, он самим своим присутствием преображал все вокруг, заряжая пространство энергией. Во всяком случае, Энджи он точно зарядил, после его ухода все ее тело гудело от каких-то смутных, потаенных желаний, и это ее пугало.
Энджи поспешно отошла от окна и стала укладывать Джинни в кроватку. Поправляя одеяльце, она думала об Аллегре. Первыми подозрениями об отношениях Кейда и Селин подруга поделилась с ней через два года после замужества, позвонив из Нью-Йорка. Дело было вскоре после того, как отец Энджи ушел к своей секретарше.
– Брось его! – сразу сказала Энджи.
– Это было бы глупо, – возразила Аллегра. – Подумаешь, всего лишь интрижка!
Энджи была
– Но ты же никогда больше не сможешь ему доверять!
Помолчав, Аллегра с глубоким убеждением сказала:
– Я ему доверяю, он меня не бросит. Кейд меня никогда не предаст. – Энджи промолчала. – Мы с ним хорошо понимаем друг друга, он не такой, как твой отец, а я не такая, как твоя мать, я бы не стала убиваться из-за того, что мне недоступно. У нас очень удачный брак, мы одинаково смотрим на жизнь, возможно, здравый смысл и практичность кому-то могут показаться скучными, но зато это хорошая основа для создания крепкой семьи.
– Тогда почему ты так расстраиваешься из-за его интрижки с Селин? – Энджи по-прежнему не могла понять подругу.
Аллегра вздохнула.
– Мне немножко обидно. Но я не такая страстная натура, как ты, мы с Кейдом еще до свадьбы обсудили, каким будет наш брак. Он был со мной очень честен.
– Он что, заранее предупредил, что собирается тебе изменять? – потрясенно спросила Энджи.
Интересно, откуда Кейд набрался средневековых взглядов на брак?! – мысленно возмущалась она. Неужели в наше время кто-то еще женится из практических соображений для продолжения рода?
Аллегра рассмеялась от души.
– Господи, Энджи, конечно нет! Просто Кейд сказал, что не способен на такую любовь, которую воспевают поэты, но я ему очень нравлюсь, он меня уважает и хотел бы, чтобы я стала матерью его детей. А я обрадовалась. Между нами говоря, Энджи, я не ахти какая романтическая натура, бурные страсти – не для меня, романтические отношения живут недолго, а я хочу, чтобы у моих детей была прочная семья, чтобы им не пришлось страдать из-за развода родителей. Мы с Кейдом всегда будем вместе.
Даже сейчас Энджи помнила, что от слов подруги по ее спине пробежал неприятный холодок. Может, Аллегру и устраивал этакий деловой союз мужчины и женщины, но ей самой хотелось большего, настоящих чувств, глубокой, страстной привязанности, на меньшее она бы не согласилась, лучше уж остаться одной. Одной даже спокойнее и безопаснее. Энджи не хотела бы подобно своей матери впасть в депрессию из-за измены любимого мужа.
За входной дверью звякнули ключи, щелкнул замок, и дверь тихо отворилась. В квартиру быстро вошла Фэй.
– Энджи, как Джинни?
– Уже лучше. Врач сказал, что это обычная простуда, и выписал микстуру.
Фэй кивнула и скрылась в спальне. С улицы послышался ровный гул хорошо отлаженного мотора автомобиля. Энджи подошла к окну и беззвучно ахнула: к дому снова подъезжал знакомый «бентли». Автомобиль затормозил. На тротуар вышел Кейд с какой-то коробкой в руках и целеустремленно двинулся к дому. Помня, что Джинни спит, он не стал звонить в дверь, а тихо постучал. По той же причине Энджи сразу открыла.