Любить Эванджелину
Шрифт:
Хотя они с Робертом уже целовались раньше, ее отвлекало опасное желание, которое она чувствовала к этому мужчине. Теперь, прекратив сопротивление, Эви могла сосредоточиться на ощущениях: упиваться его вкусом; уловить изменения в его губах, когда те из прохладных стремительно стали теплыми, затем твердыми и наконец обжигающими. Измерить ширину его плеч, провести ладонями по суставам, оценить упругость и силу его мышц. Запустить руки в волосы и осознать их густоту, шелковистость, прохладу сверху и теплоту у корней. Почувствовать колкость щетины на щеках, вдохнуть чистый мускусный аромат мужского тела, перемешанный с запахом мыла и свежестью дождевых капель на коже
— Господи!
Резко оторвавшись от медовых губ, Роберт откинул голову и глубоко вздохнул. Сначала она отвечала неуверенно, но потом ожила в его руках, опалив самым сладким на свете пламенем. Неистовость собственного отзыва потрясла Роберта. Он мог думать лишь о том, как скорее оказаться в ней. Удержало только неподходящее место.
— На этот раз остановиться придется мне, дорогая. Мы или прекращаем, или ищем более укромный уголок.
Когда он отодвинулся, Эви почувствовала себя покинутой. Сердце неистово колотилось, а кожа словно пылала от внутреннего жара. Однако Роберт был прав. Им не подобало вести себя как подростки.
— Здесь нет укромных уголков, — вздохнула Эви, потянулась к телевизору и переключила с канала рок-музыки на местный. Грохот резко сменила навязчиво-страстная любовная песня, что еще сильнее ударило по нервам. Эви нажала кнопку выключения, и в неожиданно наступившей тишине барабанная дробь дождя зазвучала очень громко. За окном серый занавес почти скрыл озеро, превратив противоположный берег в едва различимую тень.
— До конца дня ни один человек не решится сесть в лодку, — предположил Роберт. — Почему бы тебе не закрыть причал и не отправиться со мной поужинать в Хантсвилл?
Удивительно, но все его вопросы и предложения походили на утверждения и требования. Неужели этому человеку никто никогда не отказывал?
— Я не могу закрыться раньше.
— Прогноз обещает проливной дождь до середины ночи, — резонно заметил он.
— Но это не остановит покупателей снаряжения. Допускаю, что их будет немного, возможно, не придет никто, но официально время работы причала до восьми вечера.
«А значит, и она будет сидеть здесь до конца», — подумал Роберт, рассерженный несговорчивостью Эви, которая совершенно не спешила навстречу его желаниям. Раньше он не сталкивался с подобной проблемой. Точнее, у него ни разу не было проблем с женщинами — до Эви. Чтобы находиться рядом с ней, приходилось преодолевать бесконечные препятствия, словно он пересекал минное поле. Роберт с сожалением подумал, что большая часть времени, которое им суждено провести вместе, пройдет на причале.
Вместо того чтобы рассердиться, что заставило бы Эви упрямиться еще больше, он предложил:
— Не мог бы Крейг иногда заменять тебя, если предупреждать его заранее?
Краешки губ Эви поднялись в легкой усмешке, которая подсказала Роберту, что он действует в правильном направлении.
— Думаю, он согласится. Обычно Крейг — сговорчивый молодой человек.
— Завтра?
На этот раз Эви едва не рассмеялась вслух.
— Завтра я не могу.
На десять утра у нее назначено посещение доктора. Хотя Эви предупредила Роберта, что не хочет спать с ним, тот ответил, что остановится в любую секунду, если она попросит. Это «если» взывало к ее благоразумию, так как на физическом уровне он действовал на нее слишком сильно, и она не была уверена, что захочет остановить его. Само собой, Эви не собиралась ставить Роберта в известность по поводу противозачаточных средств. Еще решит, что этим она дает ему зеленый свет на занятия любовью.
— Послезавтра? — вздохнул он.
— Я
— Большое спасибо, — ответил Роберт с легкой иронией.
На следующее утро Роберту дважды позвонили. Он находился на веранде, где просматривал кипу бумаг, переданных по факсу Фелис. При наличии компьютера, телефона и факса оставаться в курсе всех дел оказалось проще простого.
Первой позвонила Маделин.
— Как дела в Алабаме?
— Жарко, — ответил Роберт, сидевший в одних шортах.
После вчерашнего дождя растения казались еще более зелеными и пышными, ароматы — более густыми, но температура не упала ни на градус. Более того, стало душнее. Утреннее солнце заливало обнаженную грудь и ноги Роберта. К счастью, смуглой коже Роберта не грозила опасность обгореть.
— У нас чудесная погода, около двадцати пяти градусов. Почему бы тебе не прилететь на выходные?
— Прости, не могу, — отказался Роберт. Его немного покоробило, что ответ очень походил на слова Эви. — Не знаю, насколько задержусь, но я не могу уехать, пока здесь все не решится.
— Приглашение остается в силе, — заверила Маделин, неспешно растягивая слова. Произношение сестры оказалось до боли похожим на акцент Эви. — Появится пара свободных дней, мы будем рады тебя видеть.
— Я постараюсь вырваться до возвращения в Нью-Йорк, — пообещал Роберт.
— Очень постарайся. Мы не встречались с весны. Береги себя.
Второй раз телефон зазвонил, едва Роберт успел положить трубку. Человек, которого он нанял следить за Лэндоном Мерсером, хотел сообщить новости.
— Прошлой ночью у него был гость. Мы последовали за визитером, когда тот вышел из дома объекта, и сейчас работаем над установлением его личности. Интересных телефонных звонков не было.
— Хорошо. Продолжайте следить и слушать. Он пока не обнаружил хвост?
— Нет, сэр.
— Нашли что-нибудь в доме? — Роберт кратко возблагодарил судьбу, что он гражданское лицо и не обязан следовать сложным запутанным правилам и процедурам, которых придерживались полицейские. Хотя могли возникнуть неприятности, если бы его людей поймали в момент проникновения со взломом в частный дом. Они не забрали улики, просто осмотрели все помещения. Информация — это власть.
— Ничего. Чище не бывает. Слишком чисто. Не нашли даже ни одной выписки из банка, но обнаружили, что он арендует банковскую ячейку, где, скорее всего, держит важные бумаги. Пока нам не удалось до нее добраться. Я пытаюсь получить копию выписки из его банка.
— Держите меня в курсе, — напомнил Роберт и повесил трубку.
Через несколько дней Мерсер почувствует легкое давление. Поначалу он не найдет причин для тревоги, но вскоре начнет задыхаться. Замыслы Роберта относительно Эви как в личном плане, так и в финансовом, тоже воплощались более чем успешно.
Глава 7
В тот день Роберт вообще не собирался встречаться с Эви. Он был опытным стратегом в извечном сражении между мужчиной и женщиной; после его явных ухаживаний она, конечно, ожидает, что он или позвонит, или приедет на причал, и отсутствие любого контакта с ним слегка выведет ее из равновесия и еще больше ослабит оборону. Он часто думал, что соблазнение похоже на игру в шахматы, и именно тот, кто вынуждает соперника ломать голову, управляет игрой.