Любишь или нет?
Шрифт:
Сердце кричало, что надо позволить ему остаться. Они могли бы заново познакомиться. Но холодный рассудок Мейбл твердил совсем иное. У нее не могло быть будущего с известным писателем. И не было права задерживать его здесь. К тому же неизвестно, как много тетушка Айви успела рассказать о себе этому охотнику за криминальными историями, как он распорядится полученными сведениями и как это отразится на их благополучии.
Но главная причина ее отрицательного решения заключалась в сознании собственной слабости. Если Роналд Вудфорд немедленно не покинет гостиницу, она позже может опуститься так низко,
— Мейбл! — нарушил Роналд затянувшееся молчание. Голос его звучал нежно, он открыто и спокойно смотрел на нее. — Скажи что-нибудь.
Ей было невыносимо больно смотреть на него, она отвернулась, чтобы скрыть выступившие на глазах слезы.
— Полагаю, вам пора уехать.
Джон был прав. Роналд вспомнил слова кузена о том, что писатель покажется Мейбл скучной личностью после общения с ним в роли секретного агента. Застыв на месте, он смотрел, как она взяла под руку тетушку, что-то сказала Людвигу Хомайеру и вышла из комнаты.
Когда Роналду удалось избавиться от столбняка, он бросился следом, но их уже не было в коридоре. Потом он бегал, как безумный, по дому, теперь уже в поисках Мейбл. И вскоре до него дошло, что она просто избегает встречи с ним. Оскорбленный в своих чувствах, он быстро собрал вещи, закинул их в машину и покинул дом с привидениями, где обрел было свое счастье, но так ненадолго.
Недаром, этот дом всегда считали в городе проклятым, в гневе подумал Роналд, съезжая с холма. Не разбирая дороги, он мчался по шоссе, непроизвольно выбрав направление, по которому вез накануне Мейбл. Быстрая езда немного заглушала бушевавший в нем гнев и обиду. Как могла она так легко отказаться от него после всего, что случилось с ними? Встреча с Мейбл произвела в нем полный переворот. Ее любовь обожгла ему сердце, оставив, словно клеймо, незаживающую рану. Разве мог он подозревать, что и это всего лишь часть игры, которая закончилась, как кончаются праздники и выходные? А потом вступает в силу привычная жизнь с ее привычными делами, обязанностями и привычной тоской о несбыточной, другой жизни, наполненной глубокими ощущениями, событиями, будоражащими кровь и разум.
Он заметил знакомый съезд на проселочную дорогу, ведущую к заповедному лесу. Оказавшись на знакомом месте, огляделся. При свете дня все здесь выглядело по-иному, серым и унылым. Опустив голову на руки, сжимавшие руль, он закрыл глаза…
Роналд не помнил, чтобы он плакал, но, когда проснулся, лицо его было мокрым. Внезапный сон помог ему справиться с вихрем противоречивых чувств. Осталась спокойная решимость забыть о своем приключении в заколдованном доме и вернуться к работе, которая ждала его в Лондоне. Но прежде надо было навестить своего деда, чтобы разобраться в их отношениях. Он помнил, что сказала ему Айви. Может, Патрик Вудфорд созрел, чтобы сменить гнев на милость?
Роналд развернул машину и пустился в обратный путь. Теперь, успокоившись, он почему-то вспомнил, какими грустными были глаза и голос Мейбл во время их последнего разговора. И почему она отвернулась?
Роналд съехал на обочину и остановился. Может, он погорячился, когда поспешил уехать из гостиницы? Ведь он успел понять эту женщину, как же мог он в ней усомниться? Продолжая вспоминать свои
Почти два дня они были неразлучны, думал он, теперь пришла пора разойтись по углам и осмыслить то, что произошло между ними. Окончательно успокоившись, Роналд поехал дальше и через сорок минут уже звонил в дверь дома, где жил его дед.
Дверь распахнулась сразу, словно его ждали.
— Здорово, дед, — сказал Роналд.
Глядя на постаревшего немного со дня их последней встречи Патрика Вудфорда, он переминался с ноги на ногу, чувствуя себя как провинившийся школьник. Дед смотрел на него строго из-под густых поседевших бровей.
— Айви предупредила меня, что ты можешь заехать, — ворчливым тоном сказал Патрик, продолжая стоять в дверном проеме и не приглашая внука войти в дом.
Роналд вспомнил, какие легенды рассказывал ему отец, тоже полицейский, о деятельности Патрика на посту инспектора полиции. Его, даже безоружного, боялись все нарушители общественного спокойствия. Упоминая о нем в разговоре, всегда добавляли слово «справедливый». Роналд посмотрел в глаза деду и заметил, что они улыбаются ему.
— Наслышан о твоих приключениях в гостинице, — насмешливо произнес старик.
Роналд за переживаниями совсем забыл, что Айви — ближайшая Подружка Патрика. Наверняка она позвонила деду сразу после его отъезда из гостиницы и все разболтала. Хотелось бы знать, известно ли деду о прошлом его подружки, подумал Роналд, вспомнив, что рассказала ему о себе тетка Мейбл, пока они торчали в восточной башне. Он не сразу ей поверил, и в доказательство Айви показала ему старые вырезки из газет и фотографии. История жизни Айви Томпсон показалась ему и жуткой и трогательной. Интересно, узнает ли когда-нибудь Мейбл всю правду о своей любимой тетушке?
Дед отступил в сторону и пригласил Роналда войти.
— Подружка моя хоть и постарше меня, но еще очень боевая. Требует, чтобы я ухаживал за ней по всем правилам. — Он засмеялся. — Иначе отказывается иметь со мной дело.
Роналд вошел в гостиную и огляделся. Здесь все оставалось по-прежнему.
— Чай будешь со мной пить? — спросил дед.
Сколько помнил его Роналд, Патрик предпочитал чай всем остальным напиткам. И все их разговоры проходили за чаепитием. Пока он не покинул Фоксфилд на долгие три года.
— Да, с удовольствием, — ответил внук.
Пока дед уходил на кухню, чтобы приготовить чай, Роналд прошелся по комнате, отметил появление нового телевизора и остановился перед книжными полками. К его удивлению, Айви ничего не придумала: на одной из полок стояли все выходившие его книги, даже переиздания и даже в нескольких экземплярах.
— Черт бы меня побрал! — тихо произнес потрясенный до глубины души Роналд.
— Твоя последняя книга мне больше всего понравилась, — сказал неслышно вошедший в комнату дед. — Особенно посвящение.