Любимый обманщик
Шрифт:
Мысли путались и перескакивали с одного на другое. Она должна завещать все имеющиеся у нее средства Кристиану Бентону, чтобы он смог расследовать обстоятельства гибели Бенджамина, а то, что останется, вложил в разработку участка Йортома Шенли и купил несколько акций в пользу малюток — Мелиссы и Кристиана Фосдик. Возможно, это просто романтические фантазии, но она не может бездействовать. Да, все правильно! Но прежде, прежде всего она должна сама выяснить правду о смерти мужа.
Мелисса пришла в себя, когда коляска свернула на аллею, ведущую к ее дому.
— Почему
Со мной все в порядке! Я совершенно здорова! — настаивала она. — Ведь люди ждут меня! Они ни в чем не виноваты!
— Успокойтесь, миссис Коуплендл! В поселке шахтеров все идет своим чередом. — Медсестра была неумолима. — Вы переутомились, и вам необходимо хорошенько отдохнуть. Ничего страшного с рабочими не случится. А если что и произойдет, то я постараюсь оказать незамедлительную помощь! — Мисс Рэмзак говорила и говорила своим мелодичным голосом, звук которого успокаивал, действовал умиротворяюще. На Мелиссу навалилась сонливость. Она чувствовала, как цепенеет, тело перестает подчиняться ей, а руки и ноги делаются словно ватные.
Мисс Рэмзак и Филипп отвели ее в спальню. Филипп удалился, а медсестра бережно переодела молодую женщину в ночную сорочку, напоила успокаивающими каплями, уложила в постель, накрыла теплым одеялом. Дождавшись, когда Мелисса согрелась, перестала дрожать всем телом и задышала ровно и спокойно, старая дева сокрушенно вздохнула, погасила лампу и осторожно вышла из дома.
Филипп отвез ее в город, высадил возле дома и вернулся назад.
Тем временем Кристиан с чувством удовлетворения от выполненного в доме Мелиссы ремонта принялся за другие дела, без которых, как он полагал, ему не видать денег, как своих ушей. Для начала он отправился в адвокатскую контору Джозефа Балларда. Предстояло решить множество вопросов, связанных с освоением золотоносной жилы на Поляне Мертвого Койота: написать представление для получения лицензии, встретиться со Сьюзан, которая снова куда-то подевалась. Весь вечер накануне он проторчал в баре «Тиары», но девушка там так и не появилась.
Мистер Джозеф Баллард встретил Кристиана настороженно. Однако пообещал оказывать любое содействие, предупредив напоследок:
— Надеюсь, мистер Бентон, вы понимаете, какую ответственность взваливаете на себя. Хватит ли у вас на такое предприятие средств? Или вы, молодой человек, собираетесь ввязаться в какую-то авантюру — обыграть кого-либо в карты, облапошить? — взгляд адвоката был серьезен. Кристиану казалось, что мистер Баллард читает его мысли. Молодой человек покраснел и хотел возмутиться, но вспомнил, где находится, и сдержался.
— Мистер Баллард! — начал он свою, как ему показалось, коронную речь. — Господин адвокат! Я пришел в вашу контору не для того, чтобы отвечать за свои прошлые грехи. В них я раскаялся и за них расплатился. Но кое-какие долги остались. Много лет назад я пообещал мистеру Йортому Шенли и его дочери Сьюзан вернуться, чтобы помочь разработать жилу, которая досталась им от жены Йортома и матери Сьюзан в наследство. Я должен выполнить данное обещание. И тогда
Ни один мускул не дрогнул на лице мистера Балларда. Он выслушал Кристиана молча, в величественной позе восседая в своем кресле с высокой спинкой. Когда молодой человек закончил короткую, но содержательную речь, адвокат заявил:
— Я согласен начать составление и оформление необходимых документов, мистер Бентон. Надеюсь, мне не придется пожалеть о том, что взялся вам помогать.
Рукопожатием они скрепили джентльменское соглашение. И Кристиан вышел на Мидоуз-стрит. Остановившись на перекрестке, долго раздумывал, что делать дальше и где занять денег. Ничего подходящего не придумал и отправился в «Тиару».
В баре, явно кого-то дожидаясь, сидела Сью, повернувшись лицом к входной двери. Увидев Кристиана, рванулась к нему навстречу.
— Привет, Крис! Как поживаешь? — она словно позабыла о своих недавних угрозах. — Зайди-ка в гости! — Девушка так радостно улыбалась, что молодому человеку показалось: недавний скандал — всего лишь плод его разыгравшегося воображения.
— Подожди, крошка Сью! Дай же мне хотя бы промочить горло! — уперся Кристиан, разглядывая неожиданно подобревшую Сьюзан. Она была одета в мужскую рубашку, завязанную узлом на животе, в индейские замшевые штаны с бахромой. Прямые черные волосы были заплетены в две косы и тугими жгутами падали на спину.
— Ты получишь все, что захочешь! — и она приказала ему подняться на второй этаж в один из номеров. Кристиан удивился, но подчинился распоряжениям девушки. На его стук в дверь знакомый голос разразился тирадой:
— Какого черта! Не заперто! Входите! Сью, это ты опять шутишь, детка! — дверь распахнулась, на пороге стоял немного растерянный, но довольный и улыбающийся Марк. — Крис, входи! — Он посторонился, пропуская в комнату друга.
Кристиан и Сьюзан вошли. Девушка заботливо поправила на диване шерстяное индейское покрывало, усадила гостя и умчалась в бар за пивом. А Марк молчал, загадочно улыбаясь.
— Судя по вашему таинственному виду, вы решили пожениться! — Кристиан позавидовал другу, понимая, что тому серьезно бояться нечего и некого. — А как же твоя мама, Марк?
— Мама? — Марк снова улыбнулся. — Сказала, что в этом гнезде разврата, то есть в «Тиаре», ее ноги не будет!
— Тогда вы вдвоем сходите к ней в гости! — Кристиан представил Ханну Фишер в то мгновение, когда Марк приведет домой Сьюзан.
— А мы вчера так и сделали! — Марк сокрушенно вздохнул. — Хотя я очень боялся!
— Чего? — Крис радовался и недоумевал одновременно. Странные эти люди — женщины!
— Что она будет плакать, упадет в обморок! Что у нее разорвется сердце!
— Ну, и? — в эту минуту Кристиан готов был сам разорвать Марка за его медлительность.
— Она, конечно, расплакалась. Потом поцеловала Сью и назвала дочкой. А в конце вечера подарила ей кольцо с бриллиантом. И сказала, что кольцо я должен был подарить невесте давным-давно и по собственной воле. А не ждать материнского согласия.