Любимый обманщик
Шрифт:
— Только недолго, хорошо? — Марк был еще больше огорчен. — Ты не ответил, видел ли Сьюзан в «Тиаре»?
— Она только танцует, Марк! Поженились бы и делу конец! В «Женеве» почти нет жильцов! Что там можно заработать?! Ты не маленький, прекрасно понимаешь, что ей нужны деньги.
— Мама тогда лишит меня работы — отнимет конюшню! Ты же знаешь, что для меня значат лошади!
— Скоро Сью будет получать много денег! — обрадованно забормотал Крис. — Хочу заручиться поддержкой Йортома и разработать жилу! Помнишь, тогда
— Ну и что? Тебе, наверное, нужны деньги? — Голос Марка стал совсем тихим. — Если не найдешь и будет очень нужно, то я тебя выручу, но не обещай невозможное людям, которые тебе доверяют!
— Марк, я говорю серьезно, — начал горячиться Крис и даже сам себе поверил. — Сью скоро сможет купить тебе две конюшни!
— Я ни за что не возьму деньги у женщины, тем более любимой! — Марк встал, протянул руку. — Крис, мне на самом деле пора! А лошадь можешь выбрать любую! Я словно знал об этом и потому отдал распоряжение дежурному конюху!
Марк зашагал по улице. А Кристиан долго смотрел вслед. Он был в который раз за этот день ошеломлен и сконфужен. Его друг высказал потрясающую мысль: нельзя брать деньги у женщины, тем более любимой! Это была такая простая истина. Нельзя играть любовью, злоупотреблять чужим доверием. Он поднял голову и посмотрел на небо. В черноте с лиловым отливом сверкали мириады звезд. Одни светили ярко и все время играли своими лучами. Другие сияли ровным огнем. Третьи еле просматривались, словно крохотные пылинки.
Господи! Как давно он не смотрел на небо! В погоне за деньгами ему приходилось трудиться много и тяжело. Он был забойщиком на шахтах Калифорнии, мыл золото на приисках Монтаны. Мошенничал, оправдывая себя тем, что садящиеся за карточный стол игроки все равно спустят заработанное или награбленное. Он собирал деньги для того, чтобы обеспечить себе безбедную жизнь, не оглядываясь на тех, кто рядом. До неба ли ему было, когда приходилось спасаться бегством от обманутых им игроков или женщин.
Кристиан встал и угрюмо поплелся в «Тиару». Поднялся по боковой лестнице на второй этаж, вошел в свой номер, вдохнул воздух, пропитанный запахами прокисшего пива, подгоревшего картофеля, немытого мужского тела и дешевой косметики. На душе стало пусто и неуютно.
Молодой человек лег на кровать и закрыл глаза. И тотчас же перед его мысленным взором прошлась ласковая Лавли с каплями молока на черных усах. Он увидел накрытый к завтраку стол. Салфетки. Дымящийся пудинг с подрумяненной корочкой. Запах сдобы и ванилина. Чашки, наполненные ароматным кофе. Сливки в фарфоровом сливочнике.
Аппетитную картину заслонило новое видение — женщина с каштановыми волосами, собранными в строгий пучок. Ее нежные и одновременно сильные руки. Взгляд серо-голубых глаз, то полный восторга и воодушевления, то обиженный, словно
Разыгравшееся воображение вызвало боль в груди. Сердце застучало сильно и резко. Зашумело в голове. Волна нежности захлестнула его. От чего-то светлого и недостижимого хотелось плакать. И он понял, что это — настоящая тоска по домашнему теплу и уюту. Сладостное желание сделать счастливыми живущих рядом переполняло его, он хотел, чтобы им было тепло, уютно и спокойно.
Кристиан застонал и проснулся весь в поту.
Только этого ему и не хватало — снов, от которых мутится в голове! В незакрытое шторами окно уже просачивался слабый предутренний свет. Сердце по-прежнему ныло. Бриться он не стал. Умылся и прополоскал во рту. Надел рабочие джинсы, сапоги со шпорами, теплую куртку. Спустился вниз.
В танцевальном зале было темно и тихо. Возле стойки Оскар сметал в кучу влажные опилки. Он удивленно глянул на постояльца, озадаченный его столь ранним подъемом.
— Сварить кофе, приятель? Что, не спится? — не ожидая ответа, разжег спиртовку под кофеваркой.
— Заверни мне пару бутербродов с ветчиной или беконом, Оскар! И запиши все на мой счет!
— А может, на счет миссис Мелиссы Коуплендл? — не удержался бармен от остроты. — Разве вдова тебе не платит за работу? Как прискорбно!
— Я не беру денег у женщин! — Кристиан даже удивился тому, что сказал. В его словах, по-видимому, прозвучала грусть, потому что Оскар сочувственно вздохнул:
— Чем она тебя зацепила, приятель? Сочувствую! Миссис Коуплендл непростая штучка! Она — серьезная леди! И очень образованная!
— Ладно, ладно! — недовольно забормотал уязвленный Крис. — Чем уж так она отличается от остальных?
— Тебе лучше знать, приятель! Посмотри на себя в зеркало. Таких тоскливых глаз насмотрелся я в своей жизни. Всех нас рано или поздно угораздит влюбиться. И что только с нами делают эти женщины! — он поставил перед постояльцем чашку и пышущую жаром кофеварку. Положил бумажный пакет с бутербродами. — Может, еще что-нибудь?
— Спасибо, Оскар! — Крис налил себе кофе, отпил несколько глотков. Даже любимый напиток сегодня не радовал.
Оскар продолжил уборку, а Кристиан вышел на улицу, в промозглый влажный рассвет.
В воздухе клубился туман. Голубоватая дымка затянула все окрестные горы. Дома на противоположной стороне улицы просматривались размытыми силуэтами. Было тихо и безветренно. Однако каждый звук разносился далеко в наполненном влагой воздухе.
Куртка у Криса моментально покрылась крохотными капельками росы. Холодной влагой пропитались джинсы и шляпа. Легкая дрожь пробежала по всему телу. Молодой человек пошевелил плечами, чтобы согреться. Но дрожь не отступала. И тогда он зашагал быстро в сторону конюшни.