Любимая

Фэйзер Джейн

Сильвестр вынужден был признать, что Эдвард абсолютно прав. Он не должен, не имеет права держать Тео в стороне от своих дел. Постель может объединить любовников, но супругов объединяют еще и общие заботы, большие и повседневные.

Тео, пусть непродуманно, пусть по-ребячески, но стремилась к одному: помочь мужу, особенно в тяжелую минуту. Каких он еще ждет доказательств ее преданности? Тео любит его, в этом нет сомнений!

— Как мы туда войдем, сэр?

Настойчивый и обеспокоенный голос Эдварда вернул Сильвестра к действительности.

—

Постучимся, — спокойно ответил граф. — Что вы предпочитаете, шпагу или пистолет?

— Шпагу, — незамедлительно ответил Эдвард. — Полагаю, что легко смогу фехтовать одной рукой, и не надо будет заботиться о перезарядке пистолета.

— Хорошо, — ответил граф, вручая Эдварду трость и вынимая пистолеты. — У меня еще нож и карманный пистолет. Мы вооружены до зубов, друг мой!

Граф говорил почти весело, но в глазах его пылала ярость. Он не верил, что Джерард способен пойти на крайние меры, но это его нисколько не оправдывало. В противном случае он заплатит за это

кровью.

— Я войду первым. Вы держитесь за мной так, чтобы они вас не видели, — тихо сказал граф, когда они приблизились к двери.

Наверху в комнате Тео тихо лежала на кровати. Дыхание ее было ровным, она спокойно ожидала возвращения Джерарда. Сколько времени ему понадобится, чтобы закончить с этой девицей? Немного, надо полагать.

Силы возвратились к Тео, сознание прояснилось. Теперь будет сложнее притворяться. Она снова и снова проигрывала в голове свои действия. Что именно она предпримет, зависело оттого, какую позицию займет Джерард, когда приблизится.

Наконец дверь отворилась. Тео почувствовала, что вот-вот заморгает, но принудила себя к полной неподвижности.

Джерард подошел к койке. Она лежала все в той же позе, подол юбки был задран так, что были видны кружевные края панталон. Минуты, проведенные с тощей служанкой, утолили его голод, но при виде прикованной цепью к кровати и поэтому такой доступной графини он снова почувствовал возбуждение.

Что же это за женщина, которая, отправляясь на прогулку, берет с собой пистолет? Женщина, которая отважилась углубиться в лондонские трущобы. Она его подозревала, это ясно.

Но теперь это не имеет значения. Он заполучил Тео, как и планировал, подержит ее здесь пару дней, после чего ее репутация будет испорчена навсегда. Тогда он продиктует Стоунриджу свои условия. Тому и в голову не придет торговаться.

Но пока она здесь, почему бы Джерарду не насладиться ее телом и не сделать вымысел правдой? Джерард облизнул губы. Когда у него будет письменное согласие графа, Стоунридж уже не сможет выдвинуть встречного обвинения. А графиня Стоунридж никогда не признается мужу, что произошло на самом деле. У гордого и самолюбивого Стоунриджа такое признание не вызовет ничего, кроме отвращения.

Джерард стоял у изножья кровати и смотрел на Тео.

«Подойди поближе, ради всего святого, подойди поближе!» — вертелось у Тео в голове. Если бы не цепь, она

могла бы пустить в ход ноги, но нельзя рисковать единственным шансом.

Она шевельнулась на грубом тюфяке и чуть раздвинула ноги.

Дыхание Джерарда, как показалось Тео, стало тяжелым. Затем она почувствовала, как он подошел ближе. Она скорее осязала, чем видела его тень на своем теле. Ждать. Ждать.

И вдруг одним молниеносным движением она выбросила пальцы вперед к его глазам. В этот момент снизу донесся пистолетный выстрел, и кто-то пронзительно закричал. Джерард тоже вскрикнул и повалился спиной на койку, пытаясь прикрыть глаза. Тео вскочила, навалилась на него и прижала цепь к его горлу.

Дом меж тем наполнился шумом, топаньем ног и стуком дверей. Джерард лежал полузадушенный цепью и все еще прикрывал руками глаза, которые чудом уцелели.

Тео тяжело дышала, лицо ее покрылось испариной, но она была полна воодушевления. Она догадывалась, что Эдвард пришел ей на помощь. А это значит, что Стоунридж узнает, каким образом она освободилась. Это хотя бы отчасти будет говорить в ее пользу. Но разумеется, за самовольство, чуть не закончившееся трагедией, Стоунридж вправе выбрать любое наказание.

— Ключ, — потребовала она.

Джерард, задыхаясь, начал отчаянно шарить в своем сюртуке, пытаясь нащупать внутренний карман.

— Поторопитесь, — холодно проговорила Тео. Глаза ее источали крайнее презрение. — Иначе я придушу вас, мой доблестный похититель, хотя вы не стоите того, чтобы тратить на вас усилия.

Наконец Джерард нащупал ключ, вытащил его и трясущейся рукой протянул Тео.

— Благодарю вас.

Тео взяла ключ. Если сейчас войдет Сильвестр, он своими глазами убедится в том, что произошло, к тому же ему не надо будет тратить силы на своего врага: он просто решит, что с ним делать.

— Возможно, я пока не воспользуюсь ключом.

Тео сложила руки и смотрела на дверь, которая вдруг с шумом распахнулась.

Сильвестр беглым взглядом окинул комнату. Слава Богу, жива и невредима! И хотя сидит с победным видом, тем не менее наверняка прикидывает, что ее ждет впоследствии.

— Ну и ну! Кажется, рыцарская защита вовсе и не нужна тебе, — медленно проговорил Сильвестр.

— Но мне еще надо выбраться из этого дома, — сказала Тео. — Так что ваши усилия не напрасны, милый Лохинвар!

— Не морочьте нам голову, юная амазонка! У вас просто было мало времени. — Эдвард от смеха даже закашлялся.

— Что он тебе сделал? — Теперь в голосе Сильвестра звучал металл.

Тео осторожно потрогала голову.

— Кто-то ударил меня… но не этот слизняк.

Сильвестр кивнул.

— Тем не менее я приплюсую это к счету. Постерегите дверь, Эдвард. Мне надо закончить одно дельце, а я очень не люблю, когда меня прерывают.

Сильвестр протянул руку за ключом. Тео молча протянула ему ключ. Граф был очень грозен, но не она сейчас была тому причиной.