Любимая игрушка
Шрифт:
Так, я щас сорвусь. Кто-нибудь, спасите этого идиота от бешеной меня! К счастью, к нам подошел Целестин.
— Уважаемый, не могли бы оставить нас с леди наедине? Нам хочется с ней кое-что обсудить.
Надоедливый хлыщ неохотно выпустил меня, поклонился Целестину и удалился неторопливым шагом.
— Целестин, ты даже не представляешь, как ты вовремя. Еще чуть-чуть — и я бы с ним что-нибудь сотворила. Бывают же такие лицемерные бабники. Альфонс проклятый, чтоб тебе икалось.
Цели рассмеялся и с видом ужасно довольного сорванца уселся на перила балкона. Я устроилась рядом, пытаясь не думать
— Сотворила бы, говоришь? Да еще секунда — и мой неразумный братец скинул бы вас обоих отсюда. Я ему помешал. А так он сейчас погуляет часик, поуспокоится, вызовет наглеца на дуэль, и еще одним нервным молчаливым пациентом у старого лекаря станет больше. Вы с Деем все еще в ссоре?
Я кивнула. Да уж, нелепейшая ситуация. Сказать, что мы поссорились, значит преуменьшить. Причем сильно. Когда мы ругались, все прятались по закоулкам и опасались к нам приближаться. Впервые я так сильно разозлилась, что начала кидаться вещами. Вообще у меня тот день не задался. Как любая женщина в определенную неделю месяца я становлюсь неуправляемым стихийным действием. Как раз наступило это время. У меня жутко болел живот, да еще и первый альфонс тогда объявился в моих апартаментах, доведя до белого каления. А потом и Дей еще подлил масла в огонь. Вот на нем-то я и отыгралась. Да, я сорвалась. Да, мне стыдно. Но зачем было так сильно на меня обижаться-то? Ну ладно бы день не общались, а то уже третий, как он меня избегает. И при этом методично отправляет к лекарям всех, кто меня домогается. Лицемер!
— Да, он все еще на меня обижается. А я не знаю, как извиниться. И не могу никак его выловить — он прячется от меня по самым темным уголкам.
Целестин снова рассмеялся. Вот ведь несправедливость: с ним я прекрасно лажу и легко нахожу общий язык, а вот с Деем все не так безоблачно.
— Лина, может тебе стоит его разыскать и просто обнять, а слова сами найдутся? Будь с ним нежнее и терпимее. А то не могу смотреть на его хмурую рожу, да и на твое грустное личико тоже. К тому же, наш молодняк увидит, что у тебя уже есть достойный ухажер, и станет держаться подальше.
Ага, сначала надо этого мухомора найти, потом затискать, потом зацеловать. А потом еще волноваться, как бы брачный ошейник не принял наши с Деем отношения за измену и не придушил меня. Эх, жизнь моя жестянка. Да ну их всех в болото. Целестину, видимо, надоело меня упрашивать:
— Ладно, я пойду. Завтра коронация, и у меня много дел.
Грациозно потянувшись, он с выражением вселенской скуки на лице направился в сторону тронного зала. Красив, зараза. Но братец его еще красивее. На мой вкус. С Азой мы уже по этому поводу чуть не подрались.
Окружающую тишину разрезал визгливый голос особи женского пола. Мгновенно заныли зубы, но все же я прислушалась. Эту стерву Камиллу стоит держать поближе, чтобы отслеживать все ее пакости и вовремя от них увертываться.
— Мой темо, вы сегодня восхитительны! — визжала Камилла. — Еще никогда в моей жизни я не встречала столь обаятельного мужчину. Вы собираетесь украсть мое сердце? Ах, вы его почти украли!
Темо? Она разговаривает с Деем? Вот мымра крашеная! Да на кой ему сдалось твое сердце? Если только
Встав с перил и расправив платье, я перешла с балкона в коридор, чуть не столкнувшись с прогуливающейся парочкой. Нацепив оскал во все тридцать два зуба, я изобразила восторг.
— Леди Камилла, темо Турвон Дей Далибор, какая радость видеть вас.
Ага. А не видеть — совсем другая. И не скалься мне так, блондинка крашеная, я тоже тебя терпеть не могу, но держу же себя в руках.
— Леди Ангелина, какая приятная встреча. А где же ваш кавалер?
— Не знаю, но наверно по пути к лекарю. Как и все предыдущие. А что вы здесь делаете? Разве вы не должны быть на примерке платья невесты?
Камилла переменилась в лице. Еще бы: ей даровали единственный шанс взглянуть на платье будущей Императрицы. Разве может истинная блондинка отказаться от этого? Ведь эта свадьба — событие века. И все придворные дамы только и трещат о нарядах. А я платье Француазы уже видела. И услышала, кстати, много новых нелестных эпитетов в адрес портных.
— Ой, как же я могла забыть об этом! Мой темо, простите ли вы мне эту выходку, но мой долг зовет меня. Я должна помочь своей подруге в примерке платья.
Ага, подруге, как же. Француаза плевалась от этой особы даже больше, чем я.
Блондинка фривольно клюнула Дея в щечку и упорхнула, оставив нас наедине. С огромным трудом поборов приступ раздражения, я мило улыбнулась кнерту, отчего он настороженно повел плечом и попытался незаметно прикрыть самое сокровенное. Ух ты, как я зашугала бедного. Чувствую, как запылали мои щеки.
— Дей, нам пора поговорить.
— О чем леди желает говорить со мной?
Вот ведь какой вредный! Сейчас опять поссоримся. Так, не поддаваться на провокацию. Не поддаваться. Я не злюсь. Я люблю его. Нет, ну я на самом деле его люблю!
— Леди желает извиниться. Прости, что я так по-свински постоянно с тобой поступаю. Это, наверное, потому, что ты мне нравишься, и я не знаю, как себя вести с тобой. С одной стороны, ты бываешь ужасно милым, так что хочется обнять тебя и зацеловать до смерти. А иногда ты такая сволочь, что кажется необходимым придушить тебя и закопать в саду под фонтаном. А еще ты принц. И…
Я замолчала, подбирая слова и рассматривая мраморный пол. Надо же, я и не замечала, какая красота под ногами!
— Лина?
Дей осторожно положил мне руку на плечо, все еще прикрывая другой рукой самую уязвимую точку своего тела, а я, неожиданно для себя уткнулась лицом в его грудь и крепко обняла. Он такого тоже не ожидал, поэтому через десять секунд я почувствовала себя глупо и решила слинять. Ага, так мне и дали. Этот демон, наконец, очнулся и тоже меня обнял. Показалось, или раздался хруст ребер?
— Лина, я сейчас ужасно милый, поверь мне. Поэтому можешь начинать целовать.
Фыркнув, я подняла на него взгляд. Блин, как же он хорош, когда улыбается. У меня аж колени подкашиваются.