Люби, Рапунцель
Шрифт:
Сомнений быть не могло. Стороннему наблюдателю вполне могло показаться, что они поцеловались.
«Сколько же объяснений мне сегодня потребуется сходу выдать?»
Единственное спасение для нее теперь было выбраться из стихии Якова. Здесь он приобретал какую-то мистическую силу и ломал любое сопротивление, словно стены из бумаги.
Даня выпрямилась вместе с ним – и вновь не по своей воле, а повинуясь движению его требовательных рук. Только он знал, как жить в этой стихии, как с ней сосуществовать и как подчинить себе
«Не хочу ничего видеть. Не желаю ничего слышать. И понимать тоже. – Даня сжала губы, впилась ногтями в ладони, но эмоции рвали грудную клетку тяжелым дыханием. – Я не слушаю тебя. Не слушаю. Не слушаю!»
Follow me – just once in my dreams
One fleeting moment I need to believe
«Следуй за мной – единственный раз в моих мечтах,
Мимолетное мгновение, и я в это поверю…»
Вихрь, ветер, бриз.
Подняв согнутую в локте руку, Яков, грациозно взмахивая ногами, прорисовал своим телом круг вокруг Дани. Растерянной и застывшей столбом.
«Попадает в ритм. Даже рывки кажутся уместными. Не знаю, что делать. Без его рук я абсолютно беспомощна».
– Ой… – Даня вновь не успела уследить за Яковом, а тот, перестроившись из одной позиции в другую, уже был перед ней, но на этот раз сам прижался к ней спиной. – Что мне?.. – зашептала она, благодарно зарываясь лицом в пышную мягкость волос Якова. – Что мне делать?
– После припева будет быстрый темп. – Он завел руки за спину и, нащупав руки Дани, медленно вытянул их вперед так, чтобы самому оказаться в ее объятиях. – Ничего, если я сам проживу эту жизнь?
– А? Да, конечно, дотанцовывай сам, – чувствуя неимоверное облегчение, согласилась Даня. Ладони послушно прижались к тем местам на груди и животе мальчишки, куда он сам их определил. – А мне-то куда деться?!
– А ты, – Яков чуть повернул голову в сторону девушки и потянул ее за запястья, Даня сильнее вжалась в его спину, – стань центром этой жизни.
Мысли в голове окончательно пропали. Ведь она хотела задать вопрос… Но какой именно?
Пока застывший разум пытался вернуться к работоспособности, Яков, завладев левой рукой девушки, поднес ее к своему лицу. Даня вздрогнула, почувствовал теплое прикосновение губ к ладони.
На фоне заиграло пианино.
Вот он, быстрый темп.
Яков резко опустился на корточки, увлекая за собой Даню. На бок она не завалилась только благодаря тому, что он снова завел руки за спину и, не глядя, придержал ее за бедра.
Разворот на одном колене. Даня едва моргнуть успела, а Яков уже придал ее позе долю изящности: повелительным жестом усадил на пол и быстрым движением сдвинул ее прижатые друг другу колени в сторону. Легкий взмах, расположивший летящий подол платья вокруг нее, и вместо того, чтобы ощущать себя неуклюжим
А Яков уже рвался к новым ветрам. Наблюдая, как он встает, выводя тело из глубокого прогиба, как взмахивает волосами и выгибается, набирая силу для следующего рывка, Даня понимала, что остудить этот жар уже не удастся.
Глава 5. СМЯТЕНИЕ ВОЛЬНОЙ СТИХИИ
Смотреть – все, что теперь требовалось от Дани. Страстность, с которой Яков танцевал, странно действовала на нее. Резкость, жесткость, бушующее пламя – он танцевал вокруг нее, идеально подстраиваясь под настроение композиции.
И тело Дани сотрясалось от мелкой дрожи. Этот особый вид возбуждения ужасно мучил ее.
«Followme…»
Песня завершилась. На затихающем звучании композиции Яков протянул ей руку и помог встать. Как только она дотронулась до него, тут уже ощутила, что что-то не так. Его голова была опущена, волосы полностью скрыли лицо, а плечи подрагивали, выдавая сбивчивость дыхания.
– Эй. – Она шагнула к нему. – Ты как?
Тишину взорвали аплодисменты.
Морщась от шума, Даня осторожно убрала волосы с лица Якова. Он крепко сжимал зубы, стараясь побороть мучительность собственных выдохов. На лбу дрожали капельки пота.
– Пере… – Он поднял взгляд на нее и тут же отвел в сторону. – Перестарался…
– Больно? – Аплодисменты начали затихать. Пространство зала заполнили голоса и шуршание одежд. Заметив, что Яков пошатнулся, Даня встала вплотную и подставила плечо под его склоняющуюся голову. Взмокший лоб прижался к ее шее, чуть трясущиеся руки обвили ее талию и сцепились в замок на ее пояснице. – Давай уведу тебя.
– Нет… – Яков судорожно выдохнул и медленно помотал головой. Распушившиеся волосы пощекотали щеку Дани и огладили ее руку. – Я хочу остаться…
«Прекрасно!»
«Красота какая!»
«Превосходно!»
Десятки восхищенных восклицаний доносились со всех сторон. Но Даня едва их слышала. Ее напряженный взгляд был сосредоточен на одной точке. Требовалось сделать верный выбор.
Времени оставалось все меньше. Пустой круг пространства, что некогда принадлежал ей и Якову, начал заполняться посторонними. Еще чуть-чуть, и их уединение будет прервано. Пара секунд, и кто-нибудь заметит, в каком состоянии Яков.
Можно тысячу раз ошибаться и глупить, но в некоторых вещах порой уверен на сто процентов. Так и Даня понимала, что Яков Левицкий скорее умрет, чем позволит чужим увидеть себя в настолько жалком свете.