Лыр
Шрифт:
– Слушайте, ведь завтра Новый год, может отметим? – предложила я.
И тут все как-то замялись. Неужели разом всё позабыли про тот мир в котором до сих пор жили? Быстрые какие!
– Тут Новый год не отмечают. У них он кажется осенью, зачем праздновать то, что никто не празднует? – Ответил за всех Витя.
– Так ведь есть мы, – напирала я. – Разве все из вас не готовились встречать Новый год? Ну и что что мы в чужом мире, взрастим здесь свои традиции!
– Это неразумно и лишено смысла, – хмыкнула Тина и пригубила компот.
На
В графе анкеты «Чем вы занимались в своём мире» я указала «Астрологией. Предсказывала будущее людям, родившимся под разными зодиакальными созвездиями». Хм, интересно куда меня направят?
Наконец, объявили.
– Попаданка Люда распределяется к архивариусу Звестрадамусу, крыша здания номер пять.
Опа, крыша.
Стоило мне подняться как моему взору открылась целая астрономическая лаборатория. Крыша, на которой я стояла, была разрисована в виде карты звёздного неба, причём не просто карты, а карты светящейся, так что свет в лаборатории шёл от пола. Посередине стоял массивный дубовый стол, на котором покачивалась армиллярная сфера. Ближе к краю располагался телескоп. Большой телескоп. С противоположной стороны возвышался книжный стеллаж, а одна книга широкого формата в кожаном переплёте лежала на аналое. Рядом на подставке стоял посох с горящим желтовато-оранжевым кристаллом. Я огляделась: ни души. Решила взглянуть в телескоп – край было интересно расположение звёзд: такое же оно как на Земле или иное. Не сказать чтобы я хорошо знала расположение звёзд, но по началу по долгу службы честно пыталась разобраться в движении планет.
Только я сделала пару шагов к телескопу как из-под стола вылезла взлохмаченная седобородая голова. Я и голова одновременно вскрикнули.
Присмотревшись я поняла, что у головы есть продолжение. Седовласый старичок, вылезая из-под стола не ожидал никого увидеть, а я собственно не ожидала, что досточтимый архивариус, а как я поняла это был именно архивариус, будет сидеть под столом.
– Ты кто? – спросил Звестрадамус, и голос его прозвучал как-то пискляво, совсем не подобающе для почтенного учёного мужа.
– Я Люда, меня направила к вам по распределению. Работать.
– О, о, о, о, – произнёс архивариус, поднимаясь с четверенек.
С каждым последующим «о» его голос становился на тон ниже, а последняя «о» прозвучала уже совсем солидно.
– Рада познакомиться, – неуверенно произнесла я.
– Искал очки я там, – пояснил Звестрадамус и в подтверждение своих слов водрузил на нос круглые очки в толстой оправе.
Архивариус оказался высоким старцем с длинными седыми волосами и длинной бородой. Одет он был в синий халат и мягкие тапочки.
– А ты, ученица-работница, не та ли дева,
– Эээ… – замялась я, – возможно и я.
Архивариус поцокал языком.
– Не удавалось никому доселе так! Эгнергии-то извели-то на тебя сколько!
То ли он восхищался, то ли журил, было не ясно. На всякий случай я изобразила полную раскаяния улыбку. А сама подумала, что фиг бы я сейчас здесь стояла, если бы смогла дотянуться до последней кляксы.
– Особенная! – Погладил бороду Звестрадамус. – А ответь-ка, научена чему, чем промышляла там, у себя, ты?
– Составляла прогнозы на будущее по звёздам, – ляпнула я правду-матку. Эх, если бы время было мозгами раскинуть что-нибудь более подходящее придумала, может и поручения бы были более подходящими…
– О, о, о, о! – воодушевился архивариус. – У нас работёнка такая же ждёт тебя совсем. Пророчить грядущее для челяди обычной, без магического дара, для людей-магов, для людей-волков, для людей-драконов, для ламий, да эльфов будешь. Составлять пророчество на каждый день надобно.
Пророчества?! Это к Лорелее, а не ко мне.
– Нет, вы не поняли, – я вздохнула, – я не умею читать по небу будущее. Пророчества я сочиняла. Ну чтобы людям досуг скрасить и себе в карман копеечку положить. Со звёздами я на глубоко почтительное «вы».
Архивариус погладил бороду, подозвал меня жестом и произнёс доверительным шёпотом:
– Звёзды загадочны, звёзды далеки, звёзды молчаливы… Глаголь за них, да только с умом привирай, чтобы двояко толковать слова твои могли.
Что?! Я отстранилась от архивариуса. Опять врать и тоже про грядущее и тоже по звёздам? Блеск!
– А что мне им пророчить-то?
Архивариус прошёлся взад-вперёд, почесал бороду и ответил:
– Приятственное пророчь, ни к чему зря люд и нелюд волновать. Челяди поведай об урожае знатном, змиям о дожде скором, оборотням о полнолунии особо полном, эльфам о капусте сочной и моркови сладкой, здравствуй Ивеллиос.
Я обернулась. На меня в упор смотрел тот самый эльф в серых лакированных сапожках, чей зад так приглянулся Ссешагешу.
– Не люблю ни капусту, ни морковь, – фыркнул он. – Приветствую, архивариус Звестрадамус. Смотрю я: кристалл накалился.
Невежа. Мог бы и со мной поздороваться. И какой ещё кристалл накалился?
– Не слышно раз всякий подкрадывается, – шёпотом буркнул архивариус, – надеть на шею колокольчик бы не мешало ему.
Ивеллиос прошёл к посоху с оранжевым кристаллом, взял его и грациозно повертел в руках.
– Пора зажечь световые шары, – произнёс он и двинулся вниз вместе с посохом.
– Что? – спросила я Звестрадамуса.
– Энергия магическая, что стенами поглощается в кристалл и поступает. Сперва светом кристалл синим мерцает, но от энергии той краснеть начинает, перегревается. Опасно то. Так расходуем с пользой энергию мы эту, шары заряжаем, что путь во тьме освещают.