Львиное сердце

Баркли Сюзанна

– Нет, говорили… когда давали брачные обеты. А что будет утром, когда придут женщины и увидят не испачканные кровью простыни? Они решат, что я… распутна.

– Ну и пусть. Меня интересует только, где ваша сестра и чтобы она сказала правду. Я вытяну из нее правду.

Вот оно что. Их взгляды скрестились, словно в поединке. Схватив кувшин со сладким свадебным вином, он поднес его ко рту, и по его дрожащим рукам Меган понята, как он разъярен.

От его угрозы она похолодела. Она-то надеялась, что он поможет ей защитить и уберечь Сьюзан! Теперь это может сделать лишь она сама. Меган дрожала, но не от мысли о предстоящем опасном пути к тетке Брите. Дрожала она оттого,

что ей придется сесть на лошадь. Что ж, раз надо, значит, надо.

* * *

– Милорд?

Росс проснулся и увидел перед собой озабоченное лицо Оуэйна.

– Что?

– Я постучал… но вы не ответили.

Росс застонал. Виски ломило – он, должно быть, выпил лишнего вчера ночью. На него это было не похоже. Он насупился, пытаясь припомнить, что же довело его до такой невоздержанности.

Свадьба. И ложь Меган.

Он повернул голову, ожидая увидеть большие карие глаза, смотрящие на него с соседней подушки, но там никого не было, только заметная впадина на льняной наволочке, где лежала ее голова.

– Где Меган? – прохрипел он.

– Когда мы вошли, ее здесь не было, – сказал Дейви.

– Вот дьявол, неужели она сбежала…

Преодолевая головную боль, он сел и откинул покрывала. Господи, да он голый, хотя совершенно не помнит, как раздевался. И что еще хуже, отвратительное красное пятно испачкало чистую белую простыню. Кровь. О Боже! Он напился и овладел женой, до которой поклялся себе не касаться. Будь все проклято! Но, как бы он ни был зол на самого себя, вид крови, да еще в таком количестве, ошеломил его. А что, если он в ярости и неуправляемой страсти изранил ее? Это невозможно – он не мог так поступить ни с одной женщиной. Но выходит, что смог. Он опустил голову – ему было стыдно, несмотря на то что Меган Сатерленд довела его до жестокости своей ложью. От ее упрямства и суеверий можно было сойти с ума, но это преступление с его стороны – так обойтись с ней.

– Вставай. Пора заняться делом, – сказал Эндрю, и Росс заметил рядом с ним троих своих воинов с суровыми лицами и одетых в доспехи.

– Что случилось?

– Они загружают корабль, – сказал Дейви. В одной руке он держал простую шерстяную тунику, а в другой – кольчугу Росса.

– Наконец судьба нам улыбнулась. – Забыв свою вину перед Меган и головную боль, Росс натянул одежду, а Оуэйн, Эндрю и Дейви посвятили его в то, что произошло, пока он топил свой гнев и разочарование в вине.

– Уйдя от вас, мы отправились в деревню, – начал Оуэйн.

– Те двое, которых мы оставили там сторожить, были убиты, – перебил Эндрю.

– Мы прождали несколько часов, и вот подплыл корабль. Тут мы сообразили, что происходит, – продолжал Оуэйн.

– Когда это было? – Узнав, что с тех пор прошло два часа, Росс нахмурился. – Почему вы не пришли ко мне сразу?

Все трое взглянули на кровать и тут же отвернулись.

– Мы не хотели вас беспокоить, – ответил Оуэйн.

Лучше бы они пришли пораньше, мрачно подумал Росс.

– Все готово. Наши люди ушли из замка маленькими группами. Одни следят издали за деревней, другие наблюдают из-за скал за берегом. Уи Уот ждет на берегу с лодкой, чтобы отвезти нас на «Черный ястреб».

– Хорошо. Пошли.

Прикрепив к поясу меч, Росс первым, не оглядываясь, вышел из комнаты. Пятна крови не давали ему покоя. Наверняка Меган убежала к матери за утешением. Когда он вернется, то пойдет к ней извиняться. Это страшило его больше, чем предстоящая «прогулка» на неприятельское судно.

– Хорошо хоть луны нет, – сказал Росс, когда они вышли во двор.

Но из-за кромешной тьмы

они не могли идти быстро. Крадучись, они миновали задние ворота замка и медленно двигались вдоль края отвесного утеса, а затем по извилистой тропе к берегу. На море была легкая зыбь, которая не помешает грести даже таким сухопутным крысам, как мы, подумал Росс. Он сел в утлую лодчонку, добытую Уи Уотом. Уи Уот и Оуэйн выказали себя незаурядными гребцами, и, плавно обогнув береговой мыс, они вышли в полукруглую бухту. Мерцающие на берегу факелы придавали происходящему там какой-то потусторонний вид. Между нагруженными повозками и цепочкой отплывающих лодок суетились люди. Они несли громоздкие предметы: мебель, бочки и сундуки.

– Кажется, мы поспели вовремя. Теперь только бы найти на судне доказательство, – тихо сказал Росс, когда они подплыли ближе к кораблю, качавшемуся на якоре, словно пчелиный улей, куда нес свою добычу рой рабочих пчел. Россу было противно наблюдать, как корабль наполнялся тем, что было отнято у других. – Укроемся вон за той лодкой, – прошептал он. – Подгребите к дальней части судна и привяжите нашу лодку к якорной цепи. А я…

– Вы подождете здесь, – тихо, но твердо сказал Оуэйн.

– Нет. – Росс отрицательно покачал головой. – Ведь только я читаю по-английски и по-французски.

Оуэйн был вынужден согласиться, а Росс взял себе в помощь Уи Уота.

После всего случившегося с ним в Кертхилле взобраться по канату оказалось для ослабевшего Росса испытанием. Бросив быстрый взгляд поверх поручней, он увидел, что люди на палубе стоят к нему спиной и заняты загрузкой трюма. Перевалившись через поручни, Росс откатился в тень кормы судна. Уи Уот почти неслышно шлепнулся рядом.

– Лазить по канату – дело утомительное, – прошептал он, извлек из-под рубахи маленькую кожаную фляжку и протянул ее Россу.

Спиртное обожгло Россу горло, и жар разлился в желудке, но это придало ему сил. Не теряя времени, он огляделся, чтобы разобраться, где что находится. Корабль был похож на небольшую рыболовную шхуну, принадлежащую его кузену Алексу Соммервиллю, а поскольку Росс провел на ней целое лето, то знал, что капитанская каюта расположена на корме. Он смерил глазами открытое расстояние, которое ему предстояло пересечь, чтобы добежать до лесенки, ведущей в каюту. Необходимо было чем-то отвлечь людей. Увидев рядом бочонок с вином, он вытащил затычку и толкнул бочонок, который покатился по палубе.

– Берегись! – крикнул он. Красное вино тонкой струей разлилось вокруг.

Матросы сначала разбежались, потом устремились к лужам бургундского. Одни руками выплескивали вино за борт, другие, нагнувшись, лакали его, словно собаки.

Усмехнувшись, Росс взбежал по лесенке и распахнул дверь каюты. Она была пуста. На маленьком столике, приколоченном к полу, горела свеча, рядом стояли кувшин и два кубка. Значит, капитан недавно был здесь… и не один. С затворником Эаммоном Сатерлендом?

Не мешкая, Росс бросился к небольшому письменному столу в углу каюты, а Уи Уот следил за дверью. Капитан оказался неаккуратным человеком – бумаги в беспорядке валялись на столе и на полу. Росс сомневался, что нужные ему документы будут лежать на видном месте, но тем не менее он быстро пробежал глазами разбросанные пергаменты. Откинув их в сторону, стал рыться в ящиках стола. На дне одного из них он обнаружил маленький сундучок и поддел замок кончиком кинжала. Первое, что он увидел, – это декларацию судового груза с «Цветка Британии». Судно вышло из Кале и направлялось в Лондон с грузом товаров для лорда Дэнби. Тот ли это лорд Дэнби, который делал покупки у Дугласа?