Львица
Шрифт:
К его немалому огорчению, он оказался за столом в кругу всей своей семьи. Тетя Харриет приехала накануне вместе с Дианой. Граф Рон появился всего час назад.
Это совпадение, разумеется, не было случайным. Диана, конечно, притворилась удивленной, когда Рон не спеша вошел в дом. Но Лайон видел сестру насквозь, и ей не удалось обмануть его. Он уже поговорил с другом накануне. Рон попросил руки Дианы. Лайон ничего не имел против, но не стал говорить об этом, поскольку Рон как раз разглагольствовал на тему серьезности своих намерений
Лайон сидел во главе стола, слева от него расположился Рон, справа – Кристина. Его мать занимала место напротив, на другом конце стола. Тетя Харриет и Диана по очереди пытались втянуть пожилую маркизу в разговор, но их усилия были тщетны. Единственный раз мать Лайона подняла глаза от тарелки, чтобы сказать что-то о Джеймсе.
Лайон вскоре уже скрежетал зубами.
– Ради Бога, Диана, убери руки от Рона, – заявила тетя Харриет. – Мальчик умрет с голоду, если ты не дашь ему поесть, дитя мое.
– У Джеймса всегда был хороший аппетит, – вмешалась мать Лайона.
– Не сомневаюсь, мама, – сказала Кристина. – Вам нравится ваша комната? – спросила она, меняя тему.
– Совершенно не нравится. Слишком светлая. И раз уж мы заговорили о том, что мне не нравится, пожалуйста, объясни мне, почему ты настаиваешь, чтобы я не носила черное. Знаешь, Джеймс предпочитал этот цвет.
– Мама, пожалуйста, не могли бы вы перейти на другую тему?
Кристина покачала головой, делая знак Диане.
– Лайон, – позвала она улыбнувшись. – Как ты думаешь, когда приедет Ричардс? Мне не терпится начать.
Лайон нахмурился.
– Ты никуда не поедешь. Мы уже обсуждали это, Кристина, – напомнил он.
– Джеймс никогда не сидел на месте, – заметила пожилая леди.
Все, за исключением Кристины, повернулись и сердито уставились на седовласую даму.
– Когда мы обсудим подготовку к свадьбе? – спросила тетя Харриет, пытаясь заполнить неловкую паузу.
– Мне совсем не хочется долго ждать! – воскликнула Диана. Покраснев, она добавила:
– Я хочу, чтобы мы поженились сразу, как Лайон с Кристиной.
– У нас были особые обстоятельства, – заметил Лайон, подмигнув Кристине. – А тебе придется подождать до настоящей свадьбы.
– Джеймс хотел жениться. Он просто не мог найти никого достойного, – вновь вмешалась мать.
Лайон скривился, и Кристина накрыла его руку ладонью.
– Ты сегодня очень красив, – сказала она. – Тебе всегда нужно носить голубое.
Лайон посмотрел в глаза жены и заметил веселые искорки. Он понимал ее тактику: она пыталась отвлечь его внимание от матери. Но все равно комплимент достиг цели, и Лайон внезапно улыбнулся.
– А ты во всем выглядишь прекрасно, – сказал он, затем наклонился и прошептал:
– Но я по-прежнему предпочитаю
Кристина вспыхнула.
Рон улыбнулся счастливой паре, потом повернулся к тете Лайона.
– Вы по-прежнему считаете, что мы с Дианой не подходим друг другу? Мне бы так хотелось, чтобы вы одобрили наш брак!
Тетя Харриет взяла веер и стала обмахиваться им, обдумывая ответ.
– Я дам вам благословение, но мне кажется, что вы все-таки не до такой степени подходите друг другу, как Лайон и Кристина. Посмотрите, как они счастливы!
– О, мы тоже очень разные, – возразила Кристина. – На самом деле у Рона и Дианы гораздо больше общего. Они воспитывались одинаково, – пояснила она.
Тетя Харриет пристально посмотрела на Кристину.
– Теперь, когда ты стала членом нашей семьи, может быть, расскажешь мне, где ты воспитывалась, дитя?
– В Черных Холмах, – ответила Кристина. Она повернулась к Лайону. – Графиня наверняка будет рассказывать обо мне направо и налево, так что я должна подготовить твою семью, как ты считаешь?
– Графиня не скажет ни слова, – ответил Лайон. – Пока продолжают поступать деньги, она будет хранить твою тайну.
– Какую тайну? – спросила Диана нахмурившись.
– Кристина имеет право на свои секреты, – вмешался Рон подмигивая.
Тетя Харриет громко фыркнула:
– Чепуха! Мы – семья, и у нас не должно быть секретов друг от друга, если только ты не сделала чего-то такого, чего теперь стыдишься, а я уверена, что этого просто не может быть. У тебя доброе сердце, – добавила она и замолчала, чтобы подчеркнуть свою мысль.
– У Джеймса было такое доброе сердце, – неожиданно вмешалась старая маркиза. Все промолчали.
– Ну? – глаза Дианы горели любопытством.
– Меня воспитали дакота.
Кристина была абсолютно уверена в том, что ее заявление вызовет немедленную реакцию, но все продолжали выжидающе смотреть на нее. Она повернулась к Лайону.
– Думаю, они не понимают тебя, любимая, – прошептал он,
– А кто эти дакота? – спросила тетя Харриет. – Что-то я не припоминаю такого имени. Они, вероятно, не англичане, – пришла она к выводу, вновь обмахиваясь веером.
– Нет, они не англичане, – сказал Лайон улыбаясь.
– Большая семья? – спросила тетя Харриет, пытаясь понять, почему Лайон улыбается, а Кристина краснеет.
– Очень большая, – протянул Лайон.
– Тогда почему я ничего о них не слышала? – требовательно спросила его тетя.
– Они индейцы, – произнесла Кристина и стала ждать реакции. И она последовала.
– Неудивительно, что я не слышала… Бог ты мой, ты имеешь в виду дикарей? – ахнула тетя Харриет.
Кристина уже собралась сказать, что ей совсем не нравится слово «дикари» (графиня слишком часто называла их так) и что индейцы племени дакота – добрые и отважные люди, но смех тети Харриет и Дианы помешал ее намерению.