Лутер 3
Шрифт:
– Бросить оружие! – послышался механический, безжизненный голос позади меня.
Давление на больную ногу исчезло, и я перевернулся на спину, вскинул свой автомат (который каким-то чудом до сих пор не потерял).
– Сдохни, железяка! – прорычал я и открыл огонь.
Мои пули били по броне робота, не причиняя ему ровным счетом никакого вреда.
Несколько секунд он терпел это безобразие, а затем резким движением руки выбил автомат из моих рук.
Его нога оказалась на моей груди, и из моих легких тут же вышел
Похоже, это конец…
Глава 2. Партизаны
В какой-то момент с дроидом произошло нечто, что я даже сразу не смог понять.
Просто у дроида, стоявшего надо мной, давящего мне на грудь своей тяжелой ногой, вдруг взорвалась башка.
Выглядело это так, будто механизмы в его черепушке не выдержали давления, проломили корпус и вылетели наружу.
Обломки плат, кусочки корпуса, всякая другая мелочь, которую я даже опознать не смог, вырвались на свободу, разлетелись на добрые пару метров вокруг.
В башке же дроида заискрило, мне в нос ударил запах паленой проводки, и в следующий миг он словно бы осел, выключился – его камеры потухли, он замер, как изваяние.
Пара мгновений, и машина начала заваливаться, причем прямо на меня.
Уж не знаю, как я так исхитрился, но мало того, что смог вылезти из-под его ноги, но еще и уклонился, дернулся в сторону.
Выключенный дроид рухнул прямо рядом со мной, буквально в нескольких сантиметрах.
Судя по всему, я заблуждался, называя его легким – вмял землю он солидно.
Хм…интересно, сколько же тогда весят два его собрата, что отстали на берегу, решив форсировать реку?
Все еще не понимая, что случилось, я попытался перевернуть дроида (что мне, естественно, не удалось), а затем попросту его обошел (хотя скорее обполз).
Ага! Вот оно что!
Если в левой части головы имелось небольшое отверстие, из которого вылетали детали, то правую ему просто разворотило.
И как это произошло – можно было не гадать: среди деталей, плат и прочей электронной начинки обнаружилась деформированная пуля, причем довольно-таки внушительного калибра.
И кто же прикончил чертова робота?
Мне очень хотелось надеяться, что это сделали мои друзья. А кто же еще? У местных мародеров такого оружия отродясь не было.
Хотя нет, вру. Как раз таки у одного из маров СВР в свое время мы и «отжали».
Тем не менее, узнать, кто сейчас меня спас, кто прикончил чертова дроида, не представлялось возможным.
Даже если бы я знал, что это были мары, что они сюда сейчас заявятся и прикончат меня – ничего с этим поделать не мог: сил на то, чтобы ползти или бежать не было.
Я лежал и просто ждал, пока ситуация прояснится.
Рация как и прежде молчала, вокруг никого и ничего.
Только выключенный, а точнее расстрелянный дроид
Минут десять я лежал, практически не двигаясь. Еще бы – стоило только попытаться, как меня тут же захлестывала волна боли из-за раненой ноги. Какого хрена, собственно? Стимуляторы и обезбол уже не действуют? Или рана настолько серьезная, что мне препараты не помогают? Да нет, действуют – пока лежу и не двигаюсь, вроде не болит.
И я перестал дергаться. Просто лежал и слушал, что творится вокруг.
Вскоре мне послышались тихие шаги.
Послышались, или все же они действительно были?
Я сосредоточился на звуках окружения и был за это вознагражден – где–то слева отчетливо хрустнула ветка.
Повернув голову в ту сторону, я принялся ждать.
И вот, спустя пару минут я заметил движение за кустами, а затем разглядел и человека, осторожно и тихо двигающегося среди листьев.
Человек ненадолго замер, явно внимательно осматривая поляну, на которой валялись я и дроид, а затем убедившись, что опасности для него нет, пришелец раздвинул кусты руками и, наконец, вышел из своего укрытия.
Строгов!
Черт подери! Как же я сейчас был рад его видеть!
Строгов подошел ближе, присел возле меня так, чтобы дроид все равно оставался в поле его зрения, и поинтересовался:
– Ну что, жив?
– Жив… – я не узнал собственный голос, настолько слабо и безжизненно он звучал.
– Это хорошо, – кивнул Строгов, – ладно…потерпи немного…
Он поднялся, подошел к дроиду и осмотрел его. Явно хотел точно убедиться, что чертова машина не поднимется и не устроит нам судный день в самый неподходящий момент.
– Готов, красивый! – хмыкнул Строгов, закончив осматривать робота.
– Кишки из него повыдергивай, – прохрипел я.
– Не…этот уже не встанет, – протянул явно довольный собой Строгов.
Он тут же поднялся, махнул рукой, явно давая кому-то сигнал.
И вот из тех же кустов, откуда вылез сам Строгов, появились Анна, Кийко и Мерзкий.
Анна и Кийко тут же подошли ко мне.
Девушка сделала мне несколько инъекций, от которых я моментально «поплыл»: абсолютно все мне стало по барабану, боль отступила, а разум обволокло некой пеленой, сквозь которую мысли протекали неимоверно медленно, словно бы застревая в этом киселе.
Мерзкий же тем временем успел разложить носилки, и затем вместе с Кийко перетащил меня на них.
Я ощущал, как поверхность подо мной дернулась, как я словно бы пополыл по воздуху, слегка покачиваясь.
Ну а далее меня просто вырубило.
***
Очнулся, и первым делом попытался уставиться в потолок. Нет, по уже заведенной привычке он не был серым, что не могло не радовать.
Надо мной были просто доски, а значит, я все еще в деревушке, что в «Заповеднике».
Я осторожно поднялся на постели, боясь потревожить раненую ногу.