Лунный Ветер

Вудс Эдриенн

— Это ищешь? — спросил Сеймур, показывая кнопку в своих руках.

— Как же ты выжила, моя маленькая птичка?

Ко мне вернулся голос, и я закричала. Сеймур исчез, а в комнату ворвалась Констанс.

— Это просто сон, ты в безопасности, Елена. Ты в безопасности, — прошептала она, и я снова зарыдала.

Я была такой сильной, а теперь все исчезло, и вернулась старая Елена, только что открывшая, что драконы существуют. И даже хуже, я стала намного слабее, чем была когда-либо.

Мне не хотелось засыпать,

но утомление брало верх, и все повторялось снова.

Я постоянно просыпалась от кошмаров, где ко мне приходил Сеймур, это каждый раз казалось правдой. А если Сеймур не приходил, то мне снилось произошедшее в лесу.

Я больше никогда не смогу смотреть на деревья как раньше.

Единственное, что крутилась в мыслях, это фраза девушки той ночью, когда нас с Энни забрали. О том, что меня сломают, жёстко.

Меня сломили, и, честно говоря, не думаю, что на этот раз я смогу восстановиться.

Четыре месяца проныры-журналисты не находили ничего интересней, чем писать «где же она?» Теперь я вернулась, и им не терпится поистязать меня снова.

Бекки и Сэмми приходили каждый день, но я не хотела их видеть. Я ещё не готова.

На Блейка я плевать хотела с высокой колокольни. Я была уверена, что он просто держался от меня как можно дальше. Я даже видеть его не хотела. Я постоянно обновляла свой магический заслон от посторонних звуков.

Констанс тоже заходила, много раз. Но ни разу не сказала ничего против, не прервала меня и не попросила прекратить это. Ни разу.

Королева Маргарет и король Гельмут хотели забрать меня к себе, и, если честно, это была отличная идея, но Совет уже вынес свое решение.

Мне следовало вернуться в академию. Потеряно слишком много времени, что бы это ни значило.

Поэтому у меня не осталось выбора, кроме как собрать свои вещи на десятый день и ждать, когда Мастер Лонгвей и Констанс приедут за мной.

Одна из медсестёр принесла и отдала мне выписку.

Я скучала по Энн и переживала за неё. Не сомневалась, что Сеймур отыграется на ней, зная, что она мне как сестра. Я постаралась не думать об этом. На этот раз ей не справиться. Её убьют. Я не смогу помочь ей.

Пока лежала в больнице, ко мне приходили ещё Джимми и Моник.

Моник изо всех сил старалась не разреветься и говорила обо всем, что произошло за последние четыре месяца, мудрое решение. Я ничего не хотела слышать о Блейке и прервала её, когда она впервые упомянула его имя. Джимми покачал головой и улыбнулся мне.

Это большее, что я смогла получить от него. Он почти не говорил.

Изабель и сэр Роберт также появлялись изо дня в день.

Сэр Роберт раз сто пытался узнать название города Виверн, но я молчала. Понимала, что с моей стороны это эгоистично, а ему приходилось смиряться. Когда давление оказывалось слишком сильным, я просто закрывала глаза и выстраивала вокруг магический

щит. Всё уже поняли, что если я так делала, то им пора на выход.

Ко мне приходило множество людей, и иногда репортерам тоже удавалось прорваться.

Их снимки всегда помещали на первые полосы. Это могло бы быть унизительно, если бы мне не было плевать.

Я уложила последние вещи в кожаную сумку, которую принесли Бекки и Сэмми. Знала, что они хотели как лучше, но я ещё не была готова.

Не хотела слышать, как они меня искали — надо было меня найти.

Джордж — один из лучших следопытов в Драконии, если не лучший в Пейе. В том сне, в пещере, Пол оказался прав. Я не слишком-то и нужна своим друзьям.

Король Гельмут тоже пытался рассказать мне о своих поисках.

Он говорил, что организовывал поисковые кампании, но все они возвращались с пустыми руками.

Он даже спросил, уверена ли я, что была именно в городе Виверн.

Так как людей Виверны просто терпеть не могли.

Я знала, где была, это был точно их город, и там точно люди ездили на именно этих драконах.

Я не хотела, чтобы они вообще что-то искали.

Ага, я так и сказала королю Гельмуту. Мне уже было на все и на всех плевать.

— Елена, — послышался из-за двери тихий голос Констанс, возвращая к реальности.

Я обернулась и увидела её ласковую улыбку. Это так тяжело.

Казалось, словно они все меня предали, потому что никто по-настоящему даже не пытался меня искать.

— Ты готова?

Я кивнула, лишь бы только остановить дальнейший поток слов. Я обернулась на сумку на кровати. Надела свитер и очки.

Бекки купила их на мой день рождения, и я вздохнула, надевая их.

В коридоре все доктора и медсестры, ухаживавшие за мной последние десять дней, улыбались.

Они ничего не говорили. Да и что им было сказать? Скорейшего выздоровления? Так я не больна — меня изнасиловали. Меня выворачивало от этого, а ещё от тех ублюдков.

Это было одной из причин, почему я не хотела видеть Блейка. Он так походил на Билли. И это из-за Блейка, из-за того, что слишком скучала по нему, я и доверилась Билли, поверила его словам, когда он сказал, что он поможет мне.

Так же я вспоминала, что он оказался жив и здоров. И это ещё одна причина моего огромного разочарования.

Если говорить честно, то я не знала, почему решила, что он должен был разыскивать меня, когда обнаружила, что он жив, но часть меня действительно верила, что где-то глубоко в нем оставалось что-то хорошее, и, возможно, тот поцелуй мог его изменить, но — нет.

Даже когда Констанс сказала, что тот поцелуй связал нас дентом, поэтому вокруг все было в крови. Он все так же остался Блейком, и всегда будет разочаровывать меня. Бросать меня в самые тяжёлые моменты. Хватит, больше никаких шансов.