Лунный Ветер

Вудс Эдриенн

Когда вошла в свою комнату — место, куда не мог проникнуть ни один дракон с его усиленным слухом, — я разочарованно закричала.

Четыре пары глаз уставились на меня с дивана в углу.

Бекки выключила телевизор.

— Ты в порядке?

Джордж и Дин просто смотрели, в то время как Сэмми уже пробиралась к двери.

Подруга обняла меня.

— Что случилось, Совет вам что-нибудь дал, они что-нибудь сказали?

Я фыркнула.

— Это не касается Совета. Твой брат решил вернуться и поговорить

о моем маленьком разговоре с твоим отцом. Он чертовски высокомерен, ты знаешь это?

— Подожди, мой брат вернулся? — спросила она, чуть изменившимся тоном.

— Да, он никогда не изменится, Саманта. Прошло почти три месяца с тех пор, как я предъявила права на его, а он все еще отказывается признавать меня своим всадником.

Я посмотрела на Бекки.

— Не знаю, как долго смогу это терпеть.

— Елена, не смей так говорить.

Джордж громко выдохнул.

— Дай ему время, Елена. Я обещаю, что он очень пожалеет, когда придет время.

— Когда, Джордж, через два года, через три? Они даже не знают, работает ли этот дурацкий браслет.

— Что?

На лице Бекки было написано удивление, так же как и у остальных.

— До нас такой неразберихи со связью ни у кого не случалось. Так что они не могли опробовать его ни на ком. Это просто обнадеживающие сны. Единственное, что они сказали, что получили его на черном рынке, или, как я предполагаю, что он с черного рынка. Ненавижу это, Бекки, — я села на край кровати, обхватив голову руками, и казалась совсем расстроенной, чем была на самом деле.

Кровать прогнулась, и я почувствовала ее присутствие рядом.

— Он вернулся, Елена. Он будет на каждом уроке рядом с тобой. Поверь, сколько бы он ни собирался протестовать, его заставят.

Я рассмеялась «не верящим» смехом, а она глянула на меня взглядом «не впечатлена».

— Кто заставит его, Бекки? Половина профессоров до смерти его боятся. Я не могу, потому что он ненавидит меня, и я последний человек, которого он когда-либо будет слушать.

— Знаю, что это звучит как безнадежный случай, Елена. У меня тоже так было, но всё наладилось.

— А если это не сработает? — я помахала браслетом у нее перед носом, игнорируя последние слова, потому что она не занималась этим три долбанных месяца. — Тогда что? Я просто должна принять побои? Ты видела, как долго они заживали, Бекки. Я ходила неделями с болью, и шрамы все еще там.

Она ничего не сказала, просто посмотрела на меня с состраданием.

— Я уже ни в чем не уверена.

— Не сдавайся, Елена, — умоляла Сэмми. — Я поговорю с ним, если ты захочешь.

— Нет, Сэмми. Я могу сделать грязную работу.

— Да ладно, он мой брат, и я люблю вас обоих. Я знаю, что он высокомерный ублюдок, но также знаю его и с другой стороны.

Я покачала головой.

— Знаю, что

ты хочешь добра, но разберусь с ним по-своему. Я постараюсь, попрошу совета, если потребуется. Но отказываюсь ждать его годами.

Я посмотрела на них обеих, прежде чем направиться прямо в ванную.

— Я собираюсь пойти поздороваться.

Сэмми говорила тихо, но я услышала через дверь, как будто она сказала это прямо мне в лицо.

Я посмотрела на браслет. Он уже не так сильно светился, от него исходило лишь слабое мерцание.

Ну, по крайней мере, хоть какая-то польза от него есть: это даст мне знать, когда идиот рядом.

Я оставалась в своей комнате до обеда. Даже попыталась снова прочитать дневник моей матери, но не могла выбросить из головы этот глупый разговор и образ того, каким придурком был Блейк.

Просто не могла поверить, как однажды сказала, что люблю его. Что бы это ни было, но чувство давно прошло, и единственное, что осталось, это то же самое, что он чувствовал ко мне.

Я действительно не хотела делиться с ним этой связью и хотела, чтобы ее можно было передать.

Примерно в половине восьмого Бекки и Сэмми зашли в комнату. Сэмми держала в руках серебряное блюдо.

— Шеф просил передать это.

Я улыбнулась, когда она положила его на тумбочку.

— Благодарю.

Когда я подняла крышку, под ней оказалась тарелка с курицей в вине. Одно из моих любимых блюд.

Я уткнулась носом в тарелку, а Сэмми всё никак не могла перестать говорить о своём брате.

— У него просто стадия безысходности. Я уверена. Он застрял между добром и злом.

— Поздравьте меня!

— Елена.

Она посмотрела на меня и, казалось, хотела что-то сказать, но просто покачала головой.

Я знала, что она расстроена всем этим испытанием. Так же, как и я. Тем не менее, безвыходность или нет, я должна была заключить с ним какую-то сделку, чтобы просто сотрудничать, и я понятия не имела, как собираюсь это сделать.

Мы легли спать после нашего любимого подросткового сериала «Огненный Мороз».

Это была новая серия и напомнила мне немного «Волчонка», но этот сериал был о Пантерах-оборотнях. Главный герой очень горяч и мог составить Блейку серьезную конкуренцию.

— В тот день, когда ты с ним встретишься, — сказала Сэмми, — я уже буду там.

— Я тоже, — чирикнула Бекки.

— У тебя есть Джордж, — сказала Сэмми с легкой ухмылкой.

— А у тебя Дин. Кроме того, я просто скажу Джорджу остаться.

Я не могла поверить, что она это сказала:

— Ненавижу, когда ты так делаешь.