Лунный луч
Шрифт:
Эдриенн Вудс — Лунный Луч
Оригинальное название: Moonbeam
Автор: Эдриенн Вудс / Adrienne Woods
Серия: Луч #1 / Beam #1; Драконианцы #6 / The Dragonian #6
Переводчик: maryiv1205
Редактор: Дарина Ларина (главы 1–3),
Анастасия Дроздова (главы 4-11),
maryiv1205 (главы 12–26)
ПЕРВАЯ
ЧЕТЫРЕ ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ СПУСТЯ
ТЕО
Было сказано, что величайшая любовь, которая когда-либо существовала, — это Божья любовь. Он послал своего единственного сына умереть за наши грехи. Сына, который не совершал зла и никогда не имел злого умысла. Сына, который восстал из мертвых и жил вечно. Говорят, что каждый, кто верит в него, обретет такую же вечную жизнь.
Моя прапрапрапрабабушка и ее возлюбленный Рубикон разделили вторую самую глубокую в истории любовь, любовь, которая длилась тысячи лет. Они бы умерли друг за друга, не задумываясь. Вы больше не найдете второй такой истории любви.
Самым печальным было то, что ей пришлось попрощаться с ним 1022 года назад. Пришло его время, но из-за того, что он передал ей свою сущность, она не могла уйти вместе с ним. В чем-то она была сильнее его.
Все думали, что она умрет, не выдержав горя. Но ее семья — дерево со множеством извивающихся ветвей — так сильно любила ее (и она их), что они вернули в нее искру жизни. Она сумела примириться с уходом своего Рубикона. Она согласилась подождать тот день, когда он придет и заберет ее.
Я никогда не знал лично того Рубикона, о котором говорила моя бабушка, но я слышал много историй о нем.
Я родился всего двадцать восемь лет назад, но знаю, как он выглядел, потому что ее глаза загорались при каждом моем появлении. Я не раз умолял ее рассказать мне истории о ее «здоровяке». Так она всегда его называла.
Ее глаза сияли, когда она рассказывала свои истории. Она по-настоящему любила его даже спустя столько веков. Хотел бы я, чтобы однажды и у меня была такая любовь. Чтобы кто-нибудь любил меня так, как она все еще любила своего Рубикона.
Когда мне было шесть, одно особенное яйцо дало трещину.
Бабушка услышала мысли дракона внутри этого яйца еще до того, как скорлупа треснула. Это был новый Рубикон, пришедший в этот мир. У нее все еще была связь с ним, даже после смерти предыдущего.
Нового Рубикона звали Морган. Она была самым уродливым дракончиком, которого я когда-либо видел. Но бабуля смотрела на нее с огромной любовью и восхищением.
Она помогла Морган прийти в этот мир, привела ее к свету. И безумной ею дорожила. Вскоре у нее случилось видение, что я стану тем счастливчиком, который взберется на Морган, когда наступит ее шестнадцатый день рождения.
Даже Вайден не могла этого
У нее было много предсказаний о нашей семье. Разум Вайден не мог заглянуть в будущее нашей родословной. Только бабуля и Лунный Удар по имени Джордж, скончавшийся несколько тысяч лет назад, могли это сделать.
Джордж был одним из их лучших друзей. Когда он умер, его драконианец покинула этот мир несколько дней спустя. Их тоже связывала редкая особая связь, как у бабули и ее Рубикона.
Когда Морган, наконец, обрела свою человеческую форму, она оказалась противоположностью ее драконьей форме — милая светловолосая маленькая девочка с безумно красивыми красно-карими глазами.
С доброй душой… А еще чертовски умная и такая же непослушная, как и все Рубиконы. Хотя мы учились в Академии Драконии в разное время, я был ее другом с самого детства. Я заявил на нее права шесть лет назад, когда тьма внутри нее начала пробираться в душу.
Она знала, что я стану ее всадником — ее дентом, — поскольку Рубикон не могут найти дорогу к свету без своего маяка.
Боль в моем сердце становилась все острее, когда я смотрел на хрупкое тело бабули, лежащей на кровати. В ней все еще была искра, но ее тело уже угасало. Она что-то пробормотала — то ли о прошлом, то ли о будущем. Она говорила о зле, настолько могущественном, что способно разорвать ее семью на части. Это встревожило меня. Я не смог найти в библиотеке информацию ни о чем подобном. Бабуля прожила слишком много лет. Я могу потратить всю свою вечность пытаясь понять, о чем она говорила всю прошлую неделю.
Скоро придет ее время. Она вернется домой. Обратно к нему.
Я не мог представить себе жизни без нее. Она была единственной константой в нашем генеалогическом древе, но даже это подходит к концу. Скоро ее не станет.
Раздался стук в дверь. Морган пришла. Она уже не маленькая девочка, а сногсшибательная девушка.
— Как она? — прошептала она, подходя ко мне для поцелуя.
Она села на диван рядом со мной. Я обнял ее. Хотя я не мог слышать ударов ее сердца, я знал, что оно бьется в том же ритме, что и мое.
— То в сознании, то нет. Сегодня она пару раз приняла меня за него.
Слезы навернулись на глаза Морган. Она подошла к кровати бабули.
Бабуля проснулась.
— Моя милая, милая Морганна.
Морган улыбнулась.
— Не оставляй меня, пожалуйста.
— Ну что ты, дитя. Ты же знаешь, что ты не единственный Рубикон, которому я нужна.
Морган взбила подушку бабули.
— Что я буду делать без тебя?
— У тебя есть Тео. Только представь: когда меня не станет, вы будете сводить с ума друг друга.