Лунное сердце
Шрифт:
– Ну и ну! – воскликнул Байкер. – Имеем дело с мощными колесами!
Он сидел на кровати у себя в комнате, на нем были спортивная рубашка и джинсы. Салли лежала под одеялом, только голова торчала на подушке, одеяло и простыню Салли натянула до самого подбородка.
– Что ты хочешь сказать? – удивился Джеми.
Байкер усмехнулся:
– Наркотики, дорогой. Зелье. Травка. Что же еще?
– Но я говорю правду, Байкер. Он просто исчез. А если такое может произойти, то как утверждать, что все остальное – неправда?
Улыбка исчезла с лица Байкера. Джеми не
– Это вы серьезно? – спросил он. – То есть я хочу спросить: вы и впрямь в это верите?
Джеми кивнул:
– Понимаю, как это звучит, но… о чем еще я могу подумать?
– Черт. Что будем делать?
– Не знаю.
Салли переводила взгляд с одного на другого, не веря своим ушам.
– Байкер, – сказала она, – ты ведь понимаешь, что этого не может быть?
– Я знаю, звучит как сущий бред, но раз Джеми говорит, что так было, значит, так действительно было, каким бы диким это ни казалось.
– Но…
– Ты не понимаешь, Салли. Поживешь в этом Доме – привыкнешь ко всяким странностям. Правда, на этот раз дело куда чудней, чем обычно, вот и все. – Он повернулся к Джеми. – Я только не понимаю, чего вы так удивились, Джеми? Я хочу сказать: разве вы сами не занимались всем этим, не изучали такие штуки?
– Раньше я никогда не думал, что все это может происходить на самом деле. Хотел верить, но не мог, доказательств не было. А сейчас… – Он потер лицо. – Спасибо, что поверил мне, Байкер.
– Ха! А что мне остается? Вы для меня самый главный, Джеми.
– По-моему, вас обоих просто разыграли, – сказала Салли.
– А где тогда Сара? – спросил Байкер. – И как этот старик Хенгуэр ухитрился вдруг очутиться в Доме и так же внезапно исчезнуть? Перед тем как мы легли, я проверил все окна и двери… – Он помолчал, задумавшись. – Может, надо снова их проверить?
– Но почему вам не приходит в голову, что Сара, может быть, просто встретила какого-нибудь симпатичного парня и пошла к нему? – спросила Салли. – Так ведь бывает, сам знаешь.
Байкер улыбнулся, вспомнив, как они с Салли встретились в Национальной галерее. И покачал головой.
– Сара позвонила бы, – сказал он. – Этого она, может, и не сказала бы нам, но предупредила бы, что не вернется к ужину.
– Сдаюсь! – Салли повернулась и закрылась одеялом с головой. – Тогда ступайте искать эльфов и колдунов, – добавила она, одеяло приглушило ее голос. – А мне дайте хоть немного поспать.
Байкер взглянул на Джеми и пожал плечами, словно желая сказать, что Салли здесь недавно и ей трудно понять.
– Пожалуй, нам всем надо поспать, – сказал Джеми, прекрасно отдавая себе отчет в том, что сейчас меньше всего думает о сне.
– А может, выпить по пуншу с горячим молоком? – предложил Байкер. – Хочешь, Салли?
– Я сплю.
– Ну и спи! Пошли, Джеми, посмотрим, что можно сварганить.
Джеми благодарно кивнул. Ему не хотелось оставаться одному. Он не мог справиться с объявшим его ужасом. Если этот арфист обидел Сару… тогда Джеми… а что, собственно, он тогда сделает? О Господи! Он чувствовал, что просто сходит с ума.
– Джеми?
Джеми поднял глаза и увидел, что Байкер ждет его у дверей.
– Я опять думал
– Что-нибудь придумаем, – попытался успокоить его Байкер. Он до сих пор сомневался, может ли все это быть правдой. В то, что Джеми пережил нечто из ряда вон выходящее, он верил. Что в дело замешаны колдуны и эльфы, переварить было труднее. К тому же всякий раз, когда он задумывался о таких вещах, ему представлялось, что Джеми и сам колдун. Но созидатель. Не жертва. А Сара… Байкер покачал головой. Мысль, что с ней может что-то случиться, была для него невыносимой.
– Пошли, Джеми, – сказал он.
Джеми устало выбрался из кресла, в котором сидел, и поплелся за Байкером в кухню.
8.10, утро четверга.
Лоуренс Хог стоял на автобусной остановке на углу Банковской улицы и улицы Сомерсет, ждал автобус и читал утренний выпуск газеты «Ситизен», вся первая полоса которой была посвящена смерти Томпсона, о чем сообщалось под кричащим заголовком: «Убит офицер Конной полиции». Сопровождавшая статья была довольно схематична. Проект, разумеется, не упоминался. Сводилась статья примерно к следующему: Томпсон во внеслужебное время зашел пообедать в ресторан «Патти Плейс». Когда туда ворвался вооруженный грабитель, Томпсон попытался остановить его, не успел он достать оружие, как бандит трижды выстрелил в него.
Хог рассматривал фотографию, изображавшую, как из ресторана выносят носилки. В статье отсутствовали ответы на невольно возникающие вопросы: зачем бандиту понадобилось грабить этот жалкий ресторанчик? Почему не опубликованы интервью со свидетелями? Ведь ресторан был почти полон. Неужели никто не заметил происшедшего? Эффективность лжи испугала Хога. Она очень напоминала ту власть, которую имел над ним Уолтерс.
– Простите, пожалуйста, огонька не найдется?
Вздрогнув, Хог поднял глаза. Обратившийся к нему человек был в бежевом пальто, распахнутом так, что под ним виднелся синий деловой костюм. В руке он держал сигару. Он сунул ее в рот и наклонился вперед. Не успел Хог ответить на просьбу, как раздался слабый свист, и Хог почувствовал, как его что-то укололо – словно булавка вонзилась. Он поднял руку к шее и вытащил крошечную иголку. Но было поздно. Смертельный яд, действующий на сердечно-сосудистую систему, уже начал свою работу. Концентрированное производное яда гадюки поразило сосуды и остановило сердце. Хог почувствовал резкую боль в груди, в глазах все поплыло. Человек с сигарой с явным беспокойством вглядывался в него.
– Слушайте, – сказал он, – как вы себя чувствуете? По-моему, с ним что-то неладно, – обратился он к подошедшим из толпы.
Человек поддержал Хога, только его подобная тискам хватка и не дала пострадавшему упасть. Хогу показалось, что он видит сотню уставившихся на него, крутящихся, как в калейдоскопе, лиц, и подумал: «Уолтерс… вот гад!»
Человек с сигарой осторожно положил Хога на тротуар.
– Кто-нибудь позвоните лучше в полицию или вызовите врача, – сказал он, не оборачиваясь. – У него, наверное, сердечный приступ или что-то в этом роде. – Он спрятал сигару под пальто в нагрудный карман костюма.