Лунное сердце

де Линт Чарльз

– Поставьте себя на наше место, – продолжал Такер. – Есть дело, которое мы расследуем уже две недели, и, должен признать, без особого успеха. И вдруг появляется то, что может оказаться важным ключом. Ладно. Обсуждаю этот вопрос с вашим дядей. Он начинает понемногу выводить меня из себя своими объяснениями, и я невольно задаюсь вопросом: «Что он старается скрыть?»

– Он просто немного разволновался, – сказала Сара.

Такер пожал плечами:

– И то же произошло с вами, как только я вошел. Даже сейчас вы ведете себя так, словно я собираюсь

вас укусить.

– Я… ночью я видела плохой сон, – призналась Сара, – и что-то заставило меня вспомнить его как раз сейчас. Вы правы насчет Джеми, но он не преступник. Он очень быстро заводится, а вы ни больше ни меньше назвали его лгуном. А притом что постоянно читаешь в газетах про… ну, вы знаете…

– Про Королевскую комиссию и тому подобное?

– Ну…

– Вы начитались триллеров.

– А кто эти люди, которых вы ищете? – спросила Сара. – Что они сделали?

– Пока ничего не сделали. Просто мы хотим с ними побеседовать.

Такер полез в карман и достал две фотографии. Положив их на прилавок перед Сарой, он спросил:

– Вы когда-нибудь видели кого-то из них?

Сара всмотрелась.

– Вот этого, – проговорила она, коснувшись пальцем фотографии Томаса Хенгуэра.

– Выходит, вы с ним знакомы?

– Не совсем. Несколько раз он заходил в лавку, и по-моему, я даже раза два видела его у нас в Доме. Но это было давно.

– А он не мог спрятать диск где-то здесь так, что вы этого не заметили?

Сара вспомнила, как она нашла диск – он был завернут в коричневую бумагу и вложен в шаманский мешочек.

– Не знаю, как это ему удалось бы, – сказала она. – Я нашла этот диск на дне коробки, которую вытащила из чулана. Она была вся в пыли. К тому же я никого в этот чулан не пускала.

Такер кивнул и показал на фотографию Киерана:

– А этого встречали?

– Лицо знакомое, я его не знаю, но как будто где-то видела. – Сара зажмурилась, стараясь вспомнить. – По-моему, он играл в оркестре, в оркестре народных инструментов. Это было очень давно – три, а то и четыре года назад. Они назывались «Шутниками», а дальше шло какое-то длинное название. Кажется, он пел и еще играл на гитаре. – Сара подняла на Такера глаза. – Боюсь, я не очень вам помогла, правда?

– Во всяком случае, вы старались. А вы не видели их где-нибудь недалеко от вашей лавки? В последнее время?

Сара покачала головой.

– Вот насчет этого, – она показала на фотографию Киерана, – с уверенностью сказать не могу. Ну а если бы увидела второго, то запомнила бы. Мы с ним в те времена довольно часто подолгу разговаривали. Забавный он. Выглядел стариком, а впечатление было, что он моложе. А вы показывали эти фотографии Джеми?

– Не думаю, что это имело смысл.

Такер убрал фотографии и достал ручку и блокнот. Он написал свое имя, домашний и рабочий телефоны, вырвал страницу из блокнота и протянул ее Саре:

– Если вспомните что-нибудь еще, все равно что, позвоните мне, ладно?

– Ладно. А вы не можете сказать мне, почему вы их ищете?

– Боюсь,

что нет. А это имеет значение?

– Конечно имеет. Старик казался таким славным. Мне он нравился. Неприятно думать, что он попал в беду.

– Если он и попал в беду, то не из-за нас. Мы просто стараемся найти его.

– Вот оно что, – отозвалась Сара.

– Уверен, он объявится. – Такер встал. – Спасибо за помощь. И приношу извинения за то, что сначала был так суров.

– Да ладно. Наверное, я была немного раздражена. – Она посмотрела на бумагу, которую он вручил ей. – Значит, если я позвоню, надо просто попросить вас к телефону?

– Днем и ночью.

Сара сунула записку в карман джинсов и встала. В этот момент дверь распахнулась, и в лавку с шумом ворвался Джеми, таща за собой их семейного адвоката Филлипа Мак-Набба. Мак-Набб – человек лет пятидесяти – немного запыхался. У него было широкое открытое лицо, что очень помогало ему в общении с присяжными.

– Вот он! Это он! – кричал Джеми.

– Спокойно, Джеми. – Мак-Набб переключил свое внимание на инспектора, и они обменялись улыбками.

– Привет, Фил. Как дела?

– Нормально, Такер. Как Мэгги?

– Наверное, хорошо. Я не видел ее уже некоторое время.

Заметив, что глаза инспектора погрустнели, Мак-Набб быстро переменил тему.

– Ну, что здесь за проблемы? – спросил он.

– Никаких проблем, – ответила Сара. – Мы все выяснили.

– Мне пора возвращаться в управление, – объявил Такер; в небрежном салюте он поднес кончики пальцев к виску. – Спасибо вам за помощь, мисс Кенделл. Держите меня в курсе.

Он прошел мимо взволнованного Джеми и вышел из лавки, прежде чем тот догадался остановить его. Джеми схватил Мак-Набба за рукав.

– Вы не можете вчинить ему иск, или как там это у вас, законников, называется? – спросил он.

– Джеми! – воскликнула Сара. – Ведь все обошлось!

– Да что случилось? – спросил Мак-Набб.

– Садитесь, и я вам все расскажу.

Сара достала термос и заглянула внутрь, проверяя, сколько там кофе.

– Кто-нибудь хочет кофе?

Мак-Набб сел на стул, на котором до этого сидел Такер. Джеми метался по лавке с видом недовольного петуха, пока Сара не усадила его и не сунула ему в руки кружку.

– Он показался мне славным человеком, – сказала она, взгромоздившись на стол за прилавком. – Видите ли, они ищут каких-то двух людей.

«Ладно», – подумал Такер, залезая в своей «бьюик».

Машина была припаркована на Четвертой авеню, за углом улицы, на которой располагалась лавка «Веселые танцоры». Такер положил руки на руль и уставился в лобовое стекло.

«Так что же мы имеем? Кое-что. Может, к проекту „Нечисть“ это и не имеет отношения, но тем не менее…» Такер не верил в совпадения. Прежде всего нужно установить, какая связь у Тэмсона с этим костяным диском. Такер считал себя знатоком человеческих характеров и понимал, что Сара не лукавила с ним.