Лунное очарование

Мартин Дебора

– Поверьте, ваше сиятельство, мне не в чем признаваться, – пролепетал Чен, дрожа всем телом.

– Что ж, как хочешь. Хотя мне противно насилие, я сделаю все, чтобы защитить мою родину и близких мне людей. Впрочем, в данный момент меня больше всего беспокоит Эсме Монтроуз. Почему Майклз ищет ее? Что он задумал?

Китаец молчал.

– Мне кажется, ты меня плохо понял! – Йен еще сильнее вдавил кинжал в кожу Чена, так что из-под его острия показалась кровь. – Мне ничего не стоит сказать, что ты был убит при попытке к бегству…

– Какая

разница – теперь меня так или иначе повесят, – неожиданно буркнул Чен.

– Возможно. Но, во-первых, пока они это сделают, у тебя, может быть, и правда появится шанс сбежать, а во-вторых, чистосердечное признание, может облегчить твою участь. Но ни того, ни другого шанса у тебя не будет, если я тебя сейчас прирежу. Выбирай! – Йен снова надавил на кинжал.

– Хорошо, я скажу, – нехотя ответил китаец.

Йен ослабил хватку.

– Майклз когда-то хотел сделать Рене Монтроуз своей любовницей, но она отказала ему. Неудивительно, что теперь он увлечен дочерью, которая очень напоминает мать…

Понимая, что это еще далеко, не все, Йен снова прижал нож к горлу Чена.

– Не надо пыток, я и так все скажу, – забеспокоился тот. – Мать Эсме не совершала самоубийства – ее убил Майклз, потому что она видела, во-первых, как он украл из консульства какие-то бумаги и, во-вторых, как он передал их французскому шпиону. Эсме также видела встречу Майклза с французом…

Йен похолодел.

– Но неужели он считает, будто Эсме все тогда поняла – что он передает и кому? Я лично так не думаю, иначе бы она уже давно кому-нибудь об этом рассказала.

– До недавнего времени Майклз действительно был уверен, что Эсме Монтроуз ни о чем не догадывается, но с некоторых пор девушка вдруг начала проявлять повышенный интерес к смерти матери: она даже пыталась расспросить Раштона о том, что ему об этом известно. Тогда Майклз решил, что, если даже девчонка действительно ничего не знает, лишний раз привлекать интерес к этой истории не в его интересах. Убить Эсме он не может – две эти смерти выглядели бы слишком подозрительно…

Йен нахмурился. И как ему самому все это до сих пор не пришло в голову? Эсме не раз говорила о своих подозрениях, и если бы он тогда задумался об этом… Впрочем, клубок действительно оказался слишком запутанным!

– Продолжай. – Он бросил на китайца взгляд, не обещавший тому ничего хорошего.

– Ну вот, теперь Майклз хочет жениться на Эсме, чтобы заставить ее помалкивать, – так, во всяком случае, он говорит. Но я думаю, завладеть ею он мечтает с той же страстью, с какой когда-то хотел заполучить ее мать.

– Похоже на то, – кивнул Йен. – И что он задумал теперь?

Немного поколебавшись, китаец произнес:

– Он хочет похитить ее. После побега дочери ее отец каким-то образом узнал, что сплетню про нее пустил именно Майклз, и отказал ему в третий раз. Я думаю, теперь Майклз собирается убить ее.

Эти слова настолько обескуражили Йена, что, возможно, не одерни он себя, Чену удалось бы улизнуть. К счастью, Йен быстро сумел

взять себя в руки.

– А что он хотел от тебя?

– Я должен был сказать ему, где она. За это он обещал хорошо заплатить.

Йен похолодел.

– Так ты сказал?

– Разумеется, нет! Если Майклз убьет девушку, уже никто не поверит, что это самоубийство. А если его арестуют, то он выдаст и меня. Я ведь не враг самому себе!

Йен облегченно вздохнул – он не исключал, что Чен все-таки сказал правду. Возможно также, что Вонг уже успел задержать Майклза. Но все это были только предположения, и, пока они не подтвердились, он не мог считать, что Эсме Монтроуз находится в безопасности.

Глава 19

Эсме открыла глаза и удивилась: она уже давно не чувствовала себя так хорошо. Внезапно вспомнив, что произошло ночью, она покраснела. Или, может быть, все это приснилось ей во сне?

Приподнявшись, Эсме огляделась. Она находилась в спальне Йена, и, видимо, это все-таки был не сон. Правда, когда-то она поклялась противиться Йену до последнего, но если бы ей тогда было известно, какой восхитительной будет их близость, она бы давно уступила ему – и своему сердцу…

Эсме вдруг заметила кровь на простыне – свою собственную кровь. Теперь-то Йен точно убедился, что все эти россказни о ее романе с Раштоном не более чем глупая сплетня… Но означает ли это, что он захочет сделать ее своей постоянной любовницей?

От этой мысли Эсме вдруг бросило в жар. Любовница… Как она пойдет на это, зная, что в любой момент Йен может пресытиться ею и бросить, променяв на другую женщину, или – что еще хуже – жениться на другой и продолжать, держать Эсме в качестве своей любовницы? А если ему вдруг придет фантазия заняться любовью одновременно с ними обеими? Эсме знала, что некоторым мужчинам нравятся подобные вещи – тому же Раштону, если верить слухам…

Она тут же поспешила отогнать от себя эти мысли. Что за нелепость! Конечно же, Йен женится на ней и никогда не променяет ни на кого другого… В конце концов, он сам поклялся ей в этом!

Но стоит ли верить клятвам, произнесенным в порыве страсти? Йену наверняка нужна совсем не такая жена – светская красавица, с которой не стыдно показаться на балу у самого короля… Он сын графа, вращается в самых высоких кругах, а кто она? Дочь простого школьного учителя, которая сбежала из дома… К тому же она совершенно не знает света, так как почти всю жизнь прожила в Бангкоке…

Впрочем, что толку гадать – нужно сперва поговорить с Йеном, заставить его дать недвусмысленный ответ, чего же он хочет, и только потом принимать решение…

Но где же сам Йен? Эсме огляделась вокруг. Она вспомнила, что вчера в порыве страсти он бросил свою одежду на пол, однако сейчас ее там не было.

Откинув одеяло, Эсме решительно поднялась. Она не собиралась нежиться все утро в постели, ожидая, когда Йен придет к ней, – напротив, ей хотелось поскорее найти его и поговорить с ним.