Лунная ведьма

Уинстед Линда Джонс

— Ты снова просишь меня отказаться от волка.

Жульетт медленно приподнялась и посмотрела на него сверху вниз. Чуть ранее Рин разжёг небольшой костёр, чтобы приготовить обед, и остатки пламени сейчас освещали её лицо. Она выглядела прекраснее, чем когда-либо.

— Я просто думала вслух.

Они хотели от жизни одного и того же. Маленький дом, семью, нормальную жизнь — вот только их представления о нормальном отличались. И ни один из них не получит желаемого. Она станет его повелительницей, а он супругом королевы, послушно исполняющим

приказы.

— Что ты знаешь о своём отце? — спросил он.

Она удивлённо заморгала.

— Я никогда его не видела.

Рин кивнул, хотя ничего не понял. Для энвинцев казалось неслыханным отправиться в низины и лечь с женщиной, не предназначенной ему в пару.

— Я знаю только, что его звали Кей.

Сердце Рина глухо застучало в груди. Кей. Среди энвинцев насчитывалось немного отшельников, а Кей Деверин из клана Энсикенов был одним из них. Несколько лет назад случилось нечто необычное. Его пара умерла вскоре после похищения. От их краткого союза не осталось детей, и лишившись долгожданного счастья, Кей ушёл из Города, поселился на холмах и стал таким же диким, как волк. Но, похоже, однажды он всё-таки покинул своё жилище и лёг с женщиной, не предназначенной ему в жены. Энвинцы так не поступали, однако такое было возможно.

— Ты рассказывала про сестёр, — подстегнул Рин.

— Вообще-то они мне сводные. У нас всех разные отцы, — Жульетт сморщилась, будто эта тема вызывала у неё неловкость. — Моя мать была очень милой женщиной и любила своих детей, но к мужчинам относилась нетрадиционно. Она согласилась бы с тобой, что вожделение лучше любви. Её пугало проклятие и возможность влюбиться. — Жульетт заметно нервничала, смущённая беседой. — А что насчёт твоей семьи? Твои родители живут в Городе?

— Мой отец умер больше десяти лет назад во время нападения карадонцев.

— Я сожалею. А твоя мать?

— Она умерла вслед за ним, во сне. Меньше, чем через два лунных цикла. Энвинцы редко переживают своих супругов, но когда это происходит... такого не должно случаться, — тихо закончил он.

— Но ведь твоя мать не была энвинкой, правильно? — озадаченно спросила Жульетт.

— Она ею не родилась, но стала.

— У тебя есть братья? — Жульетт отчаянно пыталась перевести разговор на что-нибудь менее грустное.

— Трое.

— Вы с ними близки?

— Мы одна семья. Кэлам и Энсгар заняты своими семьями, и мы встречаемся не каждый день, но регулярно. Дэнтон служит вместе со мной во дворце королевы, поэтому с ним мы видимся чаще.

— Дэнтон ещё не забрал свою пару? — уточнила она.

Рин помотал головой.

— Он ещё молод и не слышит зов. Но его время придёт.

Рин не хотел рассказывать Жульетт только ему известную правду, не сейчас, когда она только-только начала признавать себя его женой. Но он не мог позволить ей войти в Город неподготовленной.

— Твой отец энвинец, — тихо произнёс он, не зная, как ещё поделиться с ней своим открытием.

— Нет, это не возможно, —

ласково возразила она. — Ты же говорил, что мужчины-энвинцы делают мужчин-энвинцев, и потом, я совершенно точно не оборотень.

— Я уже объяснял тебе. Примерно раз в пятьдесят лет у одного из нас рождается девочка. Она может появиться у любого энвинца и становится королевой, когда достигает возраста превращения в волчицу.

— Я не...

Рин перевернул Жульетт на спину, но не ради удовольствия, которым они наслаждались с тех пор, как стали супругами во всех отношениях, а потому что она не слушала его объяснений.

— Я построил для тебя дом, но мы не сможем в нём жить. Я распланировал нашу жизнь, но те планы не осуществятся. Когда мы приедем в Город, мне выпадет почётная обязанность сопроводить тебя прямиком во дворец королевы Энвина. Но не для бракосочетания. Ты положишь руку на священный камень и дашь клятву, которая сделает тебя королевой. Эта же клятва полностью превратит тебя в энвинку.

Жульетт с трудом моргнула и слегка оттолкнула его.

— Я бы знала, если бы такая ужасная вещь была правдой.

Ей казалось ужасным принадлежать к его виду. Она относилась к волку в нём с презрением, он знал это, но надеялся, что жена изменит мнение. Как Жульетт отреагирует на новость, что ей суждено принести их народу мир, взяв в любовники карадонца?

— Ты ведь закрылась от своих способностей несколько дней назад?

— Да.

— Соединись с землёй снова и скажи, что чувствуешь.

— Я не...

— Если хочешь узнать правду, потянись к сердцу земли и позволь ему открыться тебе. Я буду с тобой, видара, обещаю.

Рин опустил разделявший их барьер, и Жульетт, переполняемая тревогой и недоверием, последовала его совету. В момент высвобождения энергии он ощутил толчок первозданной силы. Из-за близости Города способности Жульетт за последние дни существенно окрепли. Рин прикоснулся к ней, позволяя её дару окутать их обоих, и частично увидел мир глазами жены. Почувствовал её боль, потому что она делилась ею с ним.

Её глаза изменились, став сначала золотыми, а потом почти полностью почернели, спина выгнулась, и она вскрикнула от боли. Рин прижал её ладони к земле, не позволяя оттолкнуть его и убежать от правды. Жульетт попыталась воспротивиться, но даже сил королевы Энвина было недостаточно, чтобы сдвинуть его с места.

Её тело дёрнулось, когда знания промчались по венам и наполнили душу, с Рином происходило то же самое. Она закричала и ещё раз безрезультатно попыталась высвободиться. В голове замелькали образы, так быстро и беспорядочно, что он почти ничего не разобрал. Рин вздрогнул и тяжело задышал, когда, разбив видения, на него нахлынуло чувство, испытывать которое ему совсем не хотелось. Но он не одёрнул руки и не перестал сдерживать Жульетт весом своего тела.

Образы исчезли, и она расслабилась, измождённая использованием своих новых, возросших способностей.