Лунная ведьма
Шрифт:
— Что за мысли придают тебе такой свирепый вид? — тихо поинтересовалась она.
— Я выгляжу свирепым?
— Да.
Он сделал ещё несколько широких шагов и только потом ответил:
— Я думал о карадонце.
— Которого ты убил?
— Обо всех них.
Она немного напрягалась.
— Ты учуял поблизости других?
— Нет. Они, как и энвинцы, изменяются в полнолуние и более опасны в кошачьем обличии. Как люди, карадонцы трусливы, предпочитают одиночество и не нападают на тех, кто сильнее.
Она расслабилась.
— Они тебя совсем не волнуют?
Он
— Нет, если и тебя не будут. Карадонцам нельзя доверять, Жульетт. Они опасны и лживы, если ты подпустишь кого-то из них слишком близко, он разорвёт тебе горло и сожрёт глаза.
— Фу! — её слегка передёрнуло.
— Я не хотел тебя напугать, — уже мягче сказал он.
— Но напугал.
— Мои самые глубочайшие извинения.
Расслабившись, она прислонилась к нему и закрыла глаза.
— Извинения приняты.
— Я позабочусь о тебе, Жульетт, — пообещал он. — И защищу от карадонцев.
— На некоторое время, — тихо сказала она.
— Навсегда.
На этот раз она не стала с ним спорить.
С тех пор, как Лиана в последний раз готовилась к вечеру с Себастьеном, прошло много времени, однако она не забыла, что надо делать. Сидя за туалетным столиком, императрица распустила волосы и принялась расчёсывать их, пока не заблестели. Себастьен обожал необычное сочетание её золотых и русых прядей. Потом Лиана надушила кожу за ушами, выбрав мускусный аромат, который кричал о сексе. Она не пользовалась краской для лица с тех пор, как стала императрицей, но сегодня вечером подвела глаза и слегка подкрасила губы.
Лиана подумывала не послать ли за одним из своих старых прозрачных платьев, чтобы Себастьен сразу догадался, зачем к нему пришла жена, но посчитала это немудрым. Ей придётся научиться сочетать в себе императрицу и любовницу. Для Мари, стражей и всех остальных, кто сегодня встретится по пути к Себастьену, нужно выглядеть величественной матерью будущего правителя Каламбьяна. Тогда как перед Себастьеном она предстанет женой и любовницей.
Она предпочла бы пройти к нему по тайному коридору, но несмотря на все попытки не смогла отыскать дверь, которой воспользовался Себастьен, да и не знала путь к его покоям. Вход в личные комнаты императора, наверняка, хорошо замаскирован и даже защищён опасными ловушками. Кроме того, ей не хотелось пробираться в кровать мужа украдкой. Она отправится к нему, как подобает жене — с высоко поднятой головой. А если он сегодня с другой? Её сердце упало, во рту пересохло. На сей раз уйдёт та другая, а жена останется.
Фергус не одобрил настойчивого требования снова проводить её к мужу, но не посмел предложить остаться в своих покоях, лишь цинично прищурился и поджал губы. Все знали, чем в прошлый раз закончился её внезапный визит к Себастьену. Однако Лиана проявила упорство, и Фергус неохотно отвёл хозяйку на первый уровень. О Рионе, которая впервые за год искупалась, хорошо поела и теперь отдыхала вместе с ребенком в мягкой кровати на третьем уровне, они не говорили.
Солдаты снова оказались не готовы к появлению
— Открой дверь.
— Если вы настаиваете, миледи.
Он кратко постучал, затем с подчёркнутой торжественностью открыл двустворчатые двери. Лиана не дышала, пока не увидела, что Себастьен отдыхает в кровати в полном одиночестве.
Муж явно не ожидал её увидеть и быстро сел.
— Чего ты хочешь? — спросил он, будто почувствовал сильнейшее раздражение от одного её вида.
Лиана остановилась в дверном проёме. Сегодня вечером она не боялась и знала чего хочет.
— Многого, милорд. Прежде всего, прошу отправить этого деревенщину в самый дальний район северной провинции, — она обернулась и ехидно улыбнулась Тэнэли, — он меня оскорбил.
— Считай, это сделано, — без тени сердечности согласился Себастьен.
— Что ещё? Мне вскоре должны привести женщину, и твоё присутствие испортит весь вечер.
Она не вздрогнула, лишь посмотрела ему в глаза. И увидела ложь.
Лиана повернулась к Фергусу.
— Если какая-то женщина посмеет прийти к моему мужу в столь неурочный час, убей её.
— Да, миледи, — с блеском в глазах ответил Фергус.
Лиана отвернулась от стражей, вошла в спальню мужа и захлопнула двери.
Себастьен слегка приподнял брови.
— Убить её?
Лиана улыбнулась, уверенно направившись к мужу.
— Это право жены. Разве нет?
— Насколько я знаю, нет.
Она встала возле кровати и посмотрела на Себастьена сверху вниз. Его длинные тёмные волосы были распущены, черты казались острее, чем когда-либо, словно он похудел. В глазах притаилась усталость.
— Начиная с этой ночи, если ты захочешь женщину под собой, на тебе или вокруг тебя, это буду я.
— Лиана, не унижай себя таким образом.
Она подняла левую руку и покачала средним пальцем, на котором блестело простое золотое кольцо.
— Кольцо говорит, что если ты решил кого-либо трахнуть, это буду я.
— Едва ли подобные выражения приличествуют императрице, — Себастьен откинул покрывала и сел на край кровати. На нем был тёплый красный халат. Ещё одно доказательство, что император не ждал гостей с третьего уровня. В прошлом, когда она приходила к нему, он почти всегда встречал её голым. По его словам, чтобы не терять драгоценные минуты. — Разве я не ясно дал понять своё отношение к данному вопросу?
— Нет, не ясно, — честно призналась она.
Себастьен мог взять её за руки и выставить за дверь. Сил у него хватило бы. Он мог вышвырнуть её из своей спальни, и тогда все во дворце узнали бы, что муж в самом деле совершенно её не хочет.
— Некоторое время я считала, что отлично тебя поняла, — она расстегнула две верхние пуговицы на платье, слишком вычурном, чтобы называться одеждой. — Тебе со мной скучно, ты испытываешь ко мне отвращение и больше меня не хочешь. Я думала, что поняла тебя слишком хорошо. А потом ты пробрался в мою комнату посреди ночи, чтобы просто на меня посмотреть.