Лунная ведьма
Шрифт:
Отчаявшись выяснить планы похитителя, Жульетт закрыла глаза и подумала об Айседоре. К югу от дороги, по которой они ехали, землю усыпали лишь небольшие холмы. Солдаты с лёгкостью последуют за Айседорой в том направлении. Почему она не побежала к Жульетт? Сейчас им следовало держаться вместе, а не врозь.
Жульетт никогда не чувствовала себя одинокой, потому что у неё всегда были сестры, и они собирались провести вместе всю жизнь. А теперь их разделили расстояние, гнев и предательство. Она даже не предполагала, что когда-нибудь попадёт в подобную ситуацию.
Вопреки всем стараниям, ей не удалось увидеть, где
На некоторое время Жульетт смирилась. Невероятно, но в какой-то момент она чуть не заснула — сказались изнурительные попытки дотянуться до Айседоры и постоянное недосыпание. Ведь даже в периоды дремоты на твёрдой, холодной земле, её продолжали мучить кошмары.
Теперь ей требовалось пописать. Существо отказалось выполнить другие её просьбы. Он даже не замедлил темп на мольбы остановиться. С чего бы ему поступить иначе в этот раз? Как бы там ни было, она должна попытаться:
— Нам нужно ненадолго остановиться, чтобы я могла уделить внимание личным нуждам, — выдавила она.
Ей показалось, или великан хмыкнул?
— Я понимаю, что поблизости нет нормальных удобств, — она подняла голову и посмотрела вниз на скалистый ландшафт, который они только что преодолели. От увиденного закружилась голова, и Жульетт крепко зажмурилась, чтобы избавиться от неприятного ощущения. Нет, такой роскоши, как ночной горшок здесь не найти, не говоря уже об удобной уборной или уличном туалете. — Но если бы вы позволили мне на минутку укрыться за скалой или просто отвернулись...
Неожиданно, похититель остановился и, едва не опрокинув, поставил Жульетт на ноги. Она ухватилась за его мощную руку, восстанавливая равновесие, и на лицо ей упал длинный локон рыжих волос. Казалось, великан даже старался поддержать её, пока она отводила волосы от лица и оглядывалась. Они оказались в месте, напоминающим некое узкое плато.
Наконец-то он остановился. Похоже, этот кретин всё же частично понимал её.
— Мне нужно... нужно... — о, как же это неловко!
— Помочиться, — закончил он за неё.
Не терзай её сейчас более насущная проблема, Жульетт почувствовала бы себя оскорблённой.
— Да.
Он покачал головой, разметав спутанные золотые пряди.
— Если ты решила сделать для солдат подсказку с указанием нашего направления, учти, что тебе это не поможет. Они остались далеко позади и никогда сюда не доберутся, — голос похитителя оказался глубоким и бархатистым, очень подходящим его большому телу. Она наконец-то получила возможность как следует рассмотреть лицо великана, столь же твёрдое и гладкое, как гранит, по которому он так легко лазил. Жульетт усиленно старалась больше ничего не рассматривать, поскольку мужчина носил лишь прикрывавшую бедра кожаную повязку. На талии висел пухлый мешочек, сделанный из такой же кожи, а ещё нож, ни разу не использованный, но всё же пугающий.
Временами ей казалось, что похититель больше животное, нежели человек, но сейчас, глядя на его лицо, она поняла... что он самый настоящий человек.
— Ты разговариваешь, — сказала она.
— Разумеется, я разговариваю.
—
— Если тебе не нужно помочиться, то мы пойдём дальше. Нам сегодня предстоит проделать долгий путь. — Он потянулся к ней, но Жульетт отстранилась и отступила. Поскольку плато было узким, а у неё всё ещё кружилась голова, она для устойчивости оперлась рукой на каменистый склон позади себя.
— Нет. Я... мне нужно, — она поискала какое-нибудь убежище и нашла его в большой скале у себя за спиной.
— Если сбежишь, я тебя поймаю, — предупредил он, когда девушка направилась в ту сторону.
— Не сомневаюсь, — буркнула Жульетт, заходя за валун.
После того, как она закончила с личными делами, этот грубиян имел наглость обойти скалу и осмотреть место. Жульетт отошла, высоко держа голову. Даже Борс и его солдаты не вели себя настолько невоспитанно.
Она изо всех сил старалась игнорировать бесстыдного дикаря и перевела взгляд наверх, в ту сторону, куда они направлялись. Но разглядела лишь почти вертикальный скалистый утёс. Куда же он её тащит?
Великан вышел из-за валуна слегка улыбаясь.
— Ты ведёшь себя лучше, чем сестра, — сказал он.
— Поэтому ты похитил меня, а не её? — резко спросила она. — Боишься Айседору?
Мгновение он выглядел растерянным, а потом кивнул.
— Не тёмная сестра. Блондинка. Софи.
Жульетт шагнула к великану, на миг позабыв о пугающем путешествии.
— Ты видел Софи?
— Четыре полных луны назад.
— С ней все было в порядке? — при мыслях о младшей сестре Жульетт охватывало чувство умиротворения, а там, где дело касалось семьи, она доверяла своим инстинктам. Рассказ солдата о взорвавшемся окне в потолке, беспорядках и побеге прояснил небольшую часть истории. Однако неплохо бы найти подтверждение своим чувствам от кого-то, видевшего Софи лично.
Он пожал широкими, голыми плечами.
— Вполне. Я принял её за тебя и похитил, но когда попробовал кожу, понял, что ошибся.
Эта странная фраза содержала больше информации, чем Жульетт стремилась получить. Что ж, по одной проблеме за раз.
— Ты попробовал её кожу? — неожиданно она вспомнила свой ночной кошмар о когтях, крови и боли.
— Я не сделал ей больно, — заявил великан, явно оскорблённый ужасом, проступившим в голосе и на лице Жульетт.
— Рада это слышать. — Жульетт тщетно попыталась привести в порядок косу. — Что значит, ты принял Софи за меня? — Никто в здравом уме ни за что не перепутал бы её с красавицей-сестрой.
— Она пахла тобой. Её кровь, одежда, вещи — всё пахло тобой. Мне следовало понять, что она не ты. Она мне лгала. Говорила, что хочет помочиться, а сама оставляла знаки отцу своего ребёнка, который нас преследовал.
— Я не понимаю, — тихо произнесла Жульетт.
— Мы тогда находились намного южнее, там земля почти ровная и годится для лошадей. Сюда же не взберётся ни одна лошадь.
Жульетт внимательнее всмотрелась в лицо своего похитителя и спасителя. У неё было мало знакомых мужчин. Из них другом она называла только Вильяма, покойного мужа Айседоры. Она никогда не знала своего отца, также как отцов Айседоры и Софи. И всё же этот огромный мужчина утверждал, что знает её запах.