Луна Хадриана
Шрифт:
Хэнксон, казалось, не склонен был безоговорочно принимать последнее утверждение
– Я не думаю, что все так просто, – признался он. – В стратегическом отношении бунтовщики имеют преимущество. Хотя они для нас как на сцене, но практически невозможно подобраться к ним незамеченными.
Крофт не сомневался, что расслышал в голосе Хэнксона язвительные нотки. Но тем не менее воздержался от комментариев по этому поводу, лишь кивком давал Хэнксону понять, чтобы тот продолжал.
– Кроме того, эти люди отлично знают, что терять им нечего, – продолжал капитан с самодовольной
Крофт наморщил лоб, склонившись над картой, хоть и знал ее всю назубок.
– К сожалению, следует признать, что все именно так и есть, – проговорил он. – Скорее всего, жилы бирания непосредственно связаны с главной. И если там, внизу, как следует рванет, то и для остальных секций это будет иметь весьма плачевные последствия. Производство будет остановлено на месяцы.
– Если не на годы, – уточнил Хэнксон. Крофт лишь удрученно кивнул. Впервые с тех пор, как Хэнксон прервал его с Нелорой, ему стало казаться, что эта история нечто большее чем просто досадный инцидент.
– Вопрос лишь в том, – пробормотал он, продолжая массировать подбородок, – известно ли это вообще бунтовщикам! Может, они по еле первой победы просто сидят и ждут у моря погоды.
– В подъемнике я разместил устройство наблюдения, – сообщил капитан. – Можем отправить ого вниз и взглянуть, что там делается.
Голова Крофта дернулась. Он с досадой глядел на капитана
– А почему вы раньше этого не сделали?
– Для этого потребовалось провести кое-какую подготовительную работу, я провел ее и тотчас же связался с вами, командир, – доложил Хэнксон. – Но вы же мне сказали, что я не...
– Понятно! Я помню, что говорю, можете не напоминать, – Крофт сделал нетерпеливый жест рукой, – Ну так чего же вы ждете? Отправляйте ваш зонд! И выведите изображение на большой экран!
Хэнксон стал отдавать соответствующие распоряжения, а Крофт обратил своп взор на экран. Он узнал подъемник, потом, спустя полминуты, может быть, минуту, отошла в сторону бронированная плита ворот.
– Переключаем на инфракрасное восприятие, – объяснял по ходу дела Хэнксон. –Теперь я продвигаю зонд в штольню.
На экране было видно, как стены штольни медленно ползли по обеим сторонам экрана. Первых восставших они увидели в служебном помещении, где прежде дежурил Шмиддер. При виде их даже у Крофта не повернулся язык назвать их бунтовщиками. Эго были жалкие создания, давно потерявшие рассудок и не обратившие никакого внимания на зонд.
А зонд тем временем странствовал дальше.
– Они вон там, впереди! – комментировал Хэнксон. – Их примерно десять человек, вон, видите, там дальше, на перекрестке двух ходов? То есть они именно там, где мы и предполагали, – самодовольно констатировал он.
– Уменьшить скорость перемещения! – приказал Крофт, и зонд незамедлительно
– Стоп! – тут же велел Крофт.
Объектив тут же автоматически навел фокус на заключенного, одетого в измазанный комбинезон. У Крофта возникло впечатление, что этот человек уставился прямо на него и глядит ему прямо и глаза. Это, разумеется, не соответствовало действительности, хотя впечатление было именно такое. В руке его хорошо был виден лучемет, судя по всему, этот человек стоял во главе мятежа.
– Кто– это?
– Заключенный Седрик Сайпер, номер С-3811, –считывал информацию Хэнксон с экрана одного из компьютеров. – Бывший терминатор. Классность но специальности – высшая.
«Да, терминатор высшего класса! Что же, недурно, – мелькнуло в голове у Крофта. – Крепкий орешек, ничего не скажешь!» И его надежда, что заключенным ничего не известно о том, каким образом они могут заставить Крофта сильно понервничать, испарилась в ту же секунду, когда этот человек в штольне навел луче мет на ее стенку и выстрелил прямо по одной из жил бирания. Вспышки разрядов были видны хорошо, вскоре они погасли, Значит, знали!
Тут же к предводителю подошел еще один заключенный, в его костлявых руках Крофт разобрал стальную руку робота-надсмотрщика с вмонтированным в нее лазером. Последовала еще одна вспышка, ослепительно яркий луч еще раз заставил вспыхнуть тысячей разрядов жилу бирания.
– Заключенный Бедам Набтаал, номер Ф-4711, – пояснил Хэнксон. – Арестован в секторе «Мажордом», ему предъявлено обвинение в шпионаже и ведении враждебной пропаганды.
«Шпионаж!» – эхом отдалось в ушах Крофта. И тут же враждебная пропаганда! Вместе это как-то не вязалось! Какой шпион отважится вести пропаганду? Ведь он неизбежно привлечет к себе внимание!
– Давайте поближе подберитесь! –приказал он.
Изображение заключенного стало крупнее, по всего лишь на мгновение, Крофт уже понял, что совершил ошибку, когда заключенный № 3811 поднял лучемет, наведя его, как казалось, прямо на всех, кто находился в командном пункте, и экран тут же погас. Наблюдательный зонд был уничтожен!
Но уже через секунду на экране появилась другая картинка – на этот раз в широкоугольной перспективе.
– Задействован вспомогательный зонд, – пояснил Хэнксон. – Сейчас производится корректировка изображения.
Строки исчезли с экрана, и теперь снова перед Крофтом были оба заключенных: один с лучеметом, другой – с лазером уничтоженного робота. Тот, кто держал лучемет, повернулся.
– Надеюсь, – донесся до Крофта искаженный помехами голос Седрика, но тем не менее вполне различимый, – они поймут, что это за предупреждение. Ну а если нет, тогда их командир, скорее всего, – полнейший кретин.
У Крофта возникло такое чувство, что все присутствующие повернули головы к нему (хотя на самом деле этого, разумеется, не произошло и не могло произойти), кроме Хэнксона, который и не отворачивался от него.