Лука

Кастиль Сара

Нет. Она не могла просто сидеть здесь и притворяться, что все в порядке. Два года она следовала правилам, работая над делом Гарсии, и что это ей дало? Ничего. Справедливость из-за смерти Дэвида не восторжествовала. Никакой мести. Гарсия не сел за решетку. Ни одна улица не очистилась от наркотиков. Она закрыла лицо руками, заметив слабые синяки на запястьях после ночи с Лукой.

Лука, который бросал вызов правилам своим бесцеремонным отношением. Лука, который отказался надеть больничный халат, занимался с ней сексом в общественном месте, незаконно получил доступ к базе данных «Гламура», чтобы найти ее адрес,

выследил ее, а затем напал на полицейского на лужайке перед ее домом. Лука был мятежником. Почему она не может быть такой же? Она сказала, что собирается поговорить с агентом Палмером. Так почему бы не сделать это сейчас?

Она застегнула пиджак и направилась в кабинет агента Палмера. Часть ее — та часть, которая обильно потела под рубашкой — надеялась, что его не будет на месте. Но другая часть — та часть, которая отвергла Джеффа в пользу человека, которого она едва знала, человека, с которым она добровольно совершила «нескрываемую, грубую непристойность» и «непристойное обнажение» — с нетерпением ждала вызова.

Хорошая новость — он был на месте.

— У вас есть минутка? — Она шагнула в кабинет агента Палмера, вторгаясь в его пространство.

Агент Палмер поднял голову. Если бы кто-нибудь хотел узнать кем он работал, то это не заняло бы много труда. Гладко зачесанные черные волосы, черный костюм, темно-серый галстук, белая рубашка и спокойное лицо. Не хватало только темных очков.

— Мисс Фокс. Что я могу для вас сделать?

— Гарсия послал двух своих головорезов обстрелять мой дом.

— Я слышал о стрельбе, — кивнул он. — Откуда вы знаете, что это был он?

Она открыла рот, чтобы ответить, но заколебалась. Как она узнала, что это он? После двух лет расследования ей казалось, что она знает Гарсию. Он был человеком, который прятался, посылая других делать грязную работу, чтобы он мог держать свои руки чистыми. Он быстро реагировал, когда чувствовал угрозу, устраняя любую оппозицию или конкуренцию самым жестоким образом, что предполагало, что им управляли скорее эмоции, чем логика. Дэвид подошел слишком близко и поплатился за это. И если она была права насчет личности стрелявших, это означало, что она обнаружила что-то в тех файлах, которые Гарсия не хотел, чтобы она видела.

— Кто еще мог стрелять в мой дом? Я не работала ни над каким другим делом.

— Это вы мне скажите, мисс Фокс. Я не посвящен в вашу личную жизнь.

Еще при их первой встрече ей не нравился агент Палмер, а сейчас он нравился ей

еще меньше. Он даже не был похож на настоящего человека. Он не откинулся назад, не сложил руки на груди, не вздохнул, не зевнул и не пошевелил большими пальцами. В отличие от Луки, который был очень выразителен, он не выказывал никаких эмоций, даже намека на то, что он жив. Ей было интересно, дышит ли он вообще.

— Ради спора, давайте предположим, что я никого не разозлила, чтобы они прислали парочку автоматов Калашникова ко мне домой на вечеринку по стрельбе по мишеням, — парировала она. — Мы не можем позволить Гарсии думать, что он нас запугал. Мне нужно снова заняться этим делом, делать что-то видимое, чтобы он понял, что мы его не боимся.

— Нет.

— И на этом все? Нет?

— На этом все, — сказал он ровным голосом. — Вы только что доказали мне, что я принял правильное решение, сняв вас с

этого дела. За вас говорят эмоция. Вы злитесь. Ваш дом был обстрелян. Точно так же, как когда убили вашего мужа, вы опустошены и хотите отомстить. Эмоции мешают расследованию, мисс Фокс. Это мешает нам быть объективными, а если мы не объективны, мы не можем выполнять свою работу, которая, как я полагаю, для вас теперь включает в себя поиск украденного имущества.

— Это совсем не похоже на то, что случилось с Дэвидом. И я думаю, что вы совершаете ошибку. — Она сложила руки на груди и плотно сжала губы.

— Конечно вы так думаете, — он пренебрежительно махнул рукой. — Если только Гарсия ничего не украл, я не думаю, что нам придется снова разговаривать. Однако один совет, мисс Фокс. В качестве аргумента, если Гарсия стоял за инцидентом в вашем доме, было бы разумно принять предложение Департамента полиции о защите до тех пор, пока стрелявшие не будут пойманы. Насколько я понимаю, вы отказались.

— Я согласилась проехать мимо своего дома и в нерабочее место — спортзал, бары, рестораны и тому подобное — для устрашающего эффекта. Но мне не нужен круглосуточный телохранитель. Я знаю Гарсию. Если бы он хотел убить меня, я была бы уже мертва. Это было предупреждение. Он чувствует угрозу. И если бы вы действительно хотели поймать его, вы бы попытались выяснить, что заставило его так себя чувствовать.

— Габриэль Фокс?

Она обернулась и увидела в коридоре отдела курьера, держащего огромный букет нежных розовых и белых роз.

— Да?

— Доставка. И вам понадобятся обе руки. Я никогда не доставлял такой большой букет.

Ее щеки вспыхнули, и она снова посмотрела на агента Палмера, принимая букет.

— Личная жизнь, мисс Фокс. — Его тонкие губы дрогнули в том, что, она была уверена, было версией ухмылки ФБРовца. — Это также ставит под угрозу нашу объективность.(Перевод группы)

— Спасибо, что уделили мне время. — Габриэль подавила желание возразить. Нет смысла становиться на плохую сторону ФБР, если она не была готова.

Она вышла в коридор, закрыв за собой дверь агента Палмера.

— Вы уверены, что они для меня? — Она не могла себе представить, кто мог послать ей букет цветов. Сегодня не был ее день рождения или какой-то другой особый случай.

— Карточка прикреплена к бумаге, — сказал он. — На нем ваше имя.

Габриэль вернулась в свою кабинку и вдохнула тонкий аромат роз. Мягкие лепестки касались ее щек, и долгое мгновение она просто впитывала их. Она насчитала не меньше сорока, но у нее было ощущение, что их больше. Положив букет на стол, она вытащила карточку.

«Счастливого первого дня в отделе Краж.

Кто-то украл мое сердце. Может быть, ты сумеешь его найти.

— Л.»

Мощная волна эмоций захлестнула ее. Не только потому, что цветы были изысканным или что размер букета, перехватил ее дыхание, не потому, что он вспомнил про ту историю, о которой она рассказала ему, или что он, в конце концов, выполнил свое обещание послать ей цветы. Причина была в том, что в этот момент, когда она чувствовала себя настолько подавленной и побежденной, он поднял ее дух и заставил смеяться, даже не будучи рядом.